Присвоенная ночь. Невинная для герцога - Наталия Журавликова
— Она мне не любовница, нас связывает ритуал, — оборвал я Клементину.
Отведя взгляд от нахалки, я заметил, что в саду уже почти никого не осталось. Рашбер и распорядитель вечера наконец увели гостей в бальный зал. Надо бы и мне туда же.
— И все же к делу, Клементина, что тебе сейчас-то нужно? Наверняка твой отец не одобряет пребывания в моем доме юной особы, которая к тому же чужая жена с мутной историей.
— Мне нужно, чтобы ты навестил наш замок до очередного отъезда отца и подтвердил, что наша помолвка в силе, — заявила Клементина, — а за это я попрошу его вступиться за тебя перед королем.
— Ты ведь даже не знаешь, какого рода у меня проблемы, — заметил я, — возможно, заступничества твоего отца будет мало. А связь со мной станет пятном на твоей репутации и Рик Шардон сам не захочет выдавать тебя замуж за государственного преступника, к примеру.
— Ну, в таком случае я всегда успею тебя бросить, родной — рассмеялась Клементина, — и в глазах папочки останусь хорошей девочкой. Но если он узнает, что разорвать помолвку была твоя инициатива и я тебе вроде как изменила…
— Тогда тебе не поздоровится, — продолжил я.
— Угу, — она вздохнула, — увы, у папы очень старомодные представления о нравственности. Если он решит, что я позорю нравственные устои семьи Шардон, с него станется лишить меня содержания и отправить в закрытое заведение для благородных девиц, пока не найдется новый жених. А это ведь скука смертная! Так что ты мне должен помочь, Максвелл! Пригласи меня на свой праздник, чтобы все увидели, как мы ладим.
— Ничего я тебе не должен, милая, — протянул я сквозь зубы, наклонившись к изменнице, — оставь меня в покое. Мне нужно к гостям.
— Значит, сегодня же все узнают, кто эта милашка Арлин, — сказала Клементина совершенно спокойно, — рот ты мне не заткнешь. И за ворота не выкинешь, слухи пойдут. Так что до того, как я уйду, вполне успею перекинуться парой слов… вот хотя бы с Эдинарой!
Прежде, чем я успел ее остановить, Клементина закричала:
— Эрми Слотли! Как я рада вас видеть!
Моя непрошенная гостья замахала руками, как ветряная мельница.
Увы, Эдинара Слотли, которая явно сбежала от семейства с целью проветриться и хотя бы несколько минут не слушать стенания супруга по поводу одышки и колик, действительно находилась неподалеку. Сидела на скамье и любовалась фонтанной подсветкой.
Эдинара прекрасно услышала Клем и помахала в ответ.
А потом поднялась и радостно поспешила к нам.
— Эрна Шардон, какой приятный сюрприз! — донеслось до нас.
— О, мне столько всего вам хочется рассказать, дорогая, — защебетала Клементина, бросаясь навстречу Эдинаре.
— Ладно, — остановил я ее, — пойдем на бал.
13.4
Арлин
Действо перенеслось в бальный зал. Роскошный, сияющий тысячами свечей, чьи огоньки отражались в гранях хрустальных люстр, многократно преломлялись, устраивали веселую игру-беготню по стенам, потолку, полу. Цветные пятна прыгали по величественным статуям, украшенных осенними декорациями, складывали картины на шторах.
Гости расселись за столиками, расставленными по периметру зала, так чтобы не мешать прохаживаться и танцевать.
Я тоже устроилась. Рядом с герцогом Хатлером. Пока я соображала, как к нему подойти и что сказать, он сам радушно помахал мне, приглашая присоединиться.
— Арлин, вы любите рыбу? — ворковал Давид, пока я присматривалась, что у него можно утащить или тихонько отрезать, так чтоб герцог не заметил. — Я просто вне себя от этих корзиночек с сыром и икрой лосося. Не желаете попробовать?
Может, мне обляпаться чем-нибудь и попросить у Давида платочек?
Ох, очень жаль будет платье. Пятна могут и не отстираться.
Официанты сновали по залу, обслуживая столики.
Лилась прекрасная, нежная музыка, но ее почти не было слышно, поскольку гости оживленно обсуждали уличную часть праздника.
Глаза их сияли, щеки зарумянились.
Увы, в зале все еще не было Максвелла. А так же я почему-то не видела супругу герцога Слотли, в то время как ее семья давно уже обосновалась за одним из столов, и старшая дочь, крепкая, плотно сложенная и весьма решительная, уже несколько раз сама подходила к официантам. И каждый раз с очередным приказанием для своего болезненного папеньки.
То плед принести, то воду подогреть.
Девушка произносила пожелания Веллера Слотли так громко, что их половина зала слышать могла.
Видела я и неузнаваемого Келавса, который мирно беседовал с какой-то благородной дамой.
Надеюсь, это нужно для его расследования! А то я тут сижу размышляю, как незаметно отгрызть пуговицу с камзола Хатлера, пока он мило общается.
— Надо же, какая гостья! — присвистнул Давид, уставившись на вход в залу. — Неужели они и правда решили сойтись обратно!
Повернув голову к дверям, я уже знала, что увижу.
Максвелл шел под руку со своей бывшей невестой Клементиной!
О, как мне вдруг захотелось кинуть в них… столом. Никак не меньше.
Герцог вел свою спутницу, и я не могла не отметить, как чудесно они вместе смотрятся. Как подходят друг другу внешне!
Почему-то к глазам подступали слезы, а в носу щипало, хотя наоборот, надо бы порадоваться.
Максвелл помирится или уже помирился с любовью своей жизни, а ей точно не понравится его стремление исполнить право первой ночи. Не пойдет же он против своей пары.
— Интересно, почему они все-таки разбежались, — задумчиво произнес Хатлер, — слухи разные ходили, но Макс их не комментировал.
В зале перешептывались. Гости не сводили взглядов с Максвелла и Клементины.
— В честь праздника Сердца Осени, — громко произнес герцог, — отставим в сторону былые обиды. Эрна Шардон сегодня среди моих гостей. Как мой друг, с которым нас связывают воспоминания. И мы не таим зла, правда, Клементина?
Девушка улыбнулась, но выглядело это как-то принужденно. Словно ее застали врасплох слова Максвелла.
— Я искренне желаю эрне Шардон счастья и не хочу слышать за своей и ее спиной слухов и сплетен. Поэтому сейчас всем предлагаю поднять тост за добрую память и чистые помыслы. Завершать отношения надо уметь так, чтобы оставаться людьми.
Гости подняли бокалы.
Я заметила, что щеки Клементины порозовели а крылья носа раздулись. Кажется, она с трудом собой владела сейчас.
К паре вальяжной походкой приблизился Келавс, учтиво поклонился Клементине, что-то тихо произнес.
Музыка заиграла громче, и распорядитель вечера принялся побуждать всех к танцам.
Келавс тут же пригласил Клементину.
Как все интересно повернулось!
— Милая Арлин, — сказал Хатлер, улыбаясь и вставая с места, — окажите любезность потанцевать со мной!
Я хотела было отказаться, но тут взгляд мой упал на расстегнутый
