Строптивая. (Не)пара для волка - Кира Райт

это сделала. Наверное, хотела утихомирить обоих серых, чтобы те удалились с чувством удовлетворения от отмщения моим позором, но зато живые и без сражения с моим отцом. Класс. Их она пожалела. А мне теперь расхлёбывать эту кашу.

Хотя настоящего зла я на неё не держал, всё же она защищала тех, кто был ей дорог… И заодно подставляла меня, отрезая пути отступления от решения покинуть стаю – остаться здесь после такого означает каждый день терпеть ярость отца. Возможно, он не покажет её при всех, но наедине…

– Какого… – тут был трёхэтажный мат, – ты позволил ей это сделать?!

Оправдываться, что просто увлёкся её поцелуем, было бы тупо, поэтому спокойно подошёл ближе:

– Я этого не планировал.

Но хотел до трясучки. До сих пор её хотел. И чтобы снова была нежной девушкой со мной. А не пацанкой, которая смотрит на меня как на пустое место. Ведь только когда Лис уехала, не обернувшись, я понял, что её поцелуй был спектаклем (когда целовал её, искренне верил, что она просто хочет целовать меня). Но зато какой это был спектакль!

Ей бы следовало поаплодировать стоя. Так развернуть ситуацию в свою сторону – потрясающе! Лис всегда казалась мне очень мудрой, но что она может составить такую комбинацию – использовать то, что знает о моей паре, понимая мотивы моего альфы и вероятное развитие событий… Я зауважал её ещё больше. Даже не уверен, что сам догадался бы до подобного, а ведь я лучший в части предугадывания действий других и манипуляциях.

Но Лис сыграла свою партию блестяще.

Покоя не давал только её вид. И то, что она даже не посмотрела на меня, удаляясь. Не мог поверить, что так отлично всё спланировала и холодно исполнила, будто ей плевать на мои чувства. Ведь в камере я видел её обиду, её растерянность, а тут при всех – будто бы вообще другая девушка. Всё же Лис не такая… или я очень плохо её знаю на самом деле.

Только это конечно мысли вслух, отцу я бы в жизни во всём этом не признался. Что-то сейчас не ощущал ту самую силу и уверенность, что смогу победить его. Лис очень хорошо меня успокоила. Осадила. И кинула.

– Ты сорвал мой план! Я для чего приглашал члена совета?! Чтобы они при нём тоже нарушили перемирие! А ты всё испортил!

Отец надавил на моего волка силой, наказывая. Но тот только зарычал в ответ, огрызаясь, а не склоняя голову, как обычно. Надо же. Силу я не чувствовал, но его приказы больше не действовали как раньше. Только к моему удивлению отец этого будто не заметил, продолжая давить и орать. А его слова…

Ну да. Поиметь чужую девушку – не считалось нарушением. Сейчас, когда Ева натворила дел в стае серых, оставив нас с носом, братья опять вышли сухими из воды, ещё и плюнули нам в лицо. Укус той, с кем я переспал, не мог бы считаться провокацией с их стороны. Только со стороны Лис. Но я с ней спал. Значит, наказывать её было не за что. Точнее, никто не мог бы предъявить ей претензии кроме меня. А я даже не попытался остановить. Тут реально мой косяк.

Но если бы это всё произошло снова, и я знал, что она задумала, то от её поцелуя всё равно бы не отказался. И возможно снова потерял бы голову настолько, что позволил ей опозорить меня опять. Тем более, что этот поцелуй вероятно стал нашим последним… А её укус… мне даже понравился…

Отец попытался меня ударить, я не позволил ему это сделать, отскочив в сторону. Только и поднять руку на альфу было бы равносильно смертному приговору в стае, поэтому защищаться не стал.

– Отец. Это всё уже случилось. Какой смысл обсуждать? – принял свой обычный легкомысленный вид.

– Ах смысла тебе нет?! – продолжал орать он. – Делаешь, что вздумается. Ведёшь себя как подстилка для серых! – я проглотил оскорбление. – А теперь я обсуждать не должен?! Хрен ты куда-то из стаи денешься. Поставишь метку своей паре и останешься как миленький.

Вот оно как. За позор, которому меня подвергла Лис, он должен был бы меня прогнать. Но в наказание оставит. Ведь знает, что хочу свободы. Да и у нас с ним много общего, тоже умеет видеть мотивы и болевые точки.

– Я уже разорвал связь, – повторил ему на случай, если запамятовал.

– А мне плевать! – проорал он.

– Я не стану ставить ей метку. Девчонка – не моя пара.

– Отец, – брат подошёл сбоку и тут же схлопотал хук в солнечное сплетение.

Чё вот он-то полез? Стоял бы себе тихо. Нет, надо было вмешаться!

– Я тебе приказывал проконтролировать?! Почему ты его к ней одного пустил?! Посмотри, к чему всё привело! Послала же Луна сыновей! Полудохлая дочь и то меньше хлопот доставляет. Хотя… Нет! Все вы – одно сплошное разочарование!

Он обернулся к одному из волков:

– Найди мне способную зачать самку.

Тот мгновенно скрылся. А я для себя отметил «самку», а не волчицу. Мы так не говорили обычно. Но из-за его ора тут же забыл про это маленькое уточнение.

– Пора новых детей заводить. С вас толку – ноль. Вон все пошли. А ты, – он указал на меня, – завтра чтобы был на собрании стаи. Либо одумаешься и примешь пару, либо я вам обоим не завидую. Кивни, если понял, тупица.

– Ты меня услышал, отец, – я подавил ярость, сжав кулаки, а волк снова зарычал.

– А ТЫ МЕНЯ. ЩЕНОК!

Он оттолкнул меня и отправился в свой дом. Я же, прежде чем поехать туда же, отловил волка, оставленного наедине с Лис, и выяснил, что с ней недолго говорил мой брат. Вот мог бы догадаться, что это он её запугивал! Только и так понятно, что мне он не расскажет то, что сказал ей и какие цели преследовал. Да и имело ли это теперь значение? Лис уже дома. А я вот-вот останусь на улице. И больше никогда её не увижу…

Пока же пошёл следом за отцом в его дом. Возьму оттуда самое необходимое. Завтра утром попробую помочь девчонке той – паре своей несостоявшейся, и свалю отсюда. Раз теперь приказы альфы имеют надо мной гораздо меньшую силу, то всё должно наконец получиться. Хотя вместо недавней мощи ощущал внутри странное опустошение. Будто из меня вынули сердцевину и оставили там лишь пустоту.

Только вряд ли это связано с силой. Скорее – с Лис. Мы