Настя против Князя Зла - Тальяна Орлова

семейства не осталось? Кстати о первой цели. Когда выступаем? Я, к примеру, завтра совершенно свободен.

Лашми повернулся к нему и, вскинув брови, произнес:

– Смешно. Мы только добираться до Красного Леса будем полмесяца, да и там вряд ли управимся за пару минут. Затем я вернусь ровно на эту же должность, то есть не имею права надолго пропасть, чтобы ни у кого не возникло вопросов. Это и будет моим единственным условием: мы пойдем на Оудена после окончания курса, для того я и вожусь с Настей. К тому же надо собрать армию магов.

Юта парировал без паузы:

– А это будет моим единственным условием: мы не будем собирать армию, отправимся вдвоем.

– Спятил? – князь выпучил черные эллесовы глаза.

– Нет, – уверенно отозвался Тахарион. – Нас двое, он один, горстка его слуг не считается. Не вижу никаких затруднений. Потом выживших монстров поделим пополам – по-братски. Да и при драконах нам с тобой придется тщательно выбирать заклинания, а вот Оуден уже не станет осторожничать.

Я знала, почему он будет настаивать на этом пункте: собирается прикончить противника потом, и для этого ему точно не нужны будут все сильнейшие маги Гонты в свидетелях. Вероятно, Лашми-паук подумал о том же, раз спорить не стал:

– Хорошо. И раз мы договорились, вернемся к медитации.

Юта не возражал – лишь отмахнулся. То есть Лашми действительно имел в виду то, что имел? Вот прям-таки медитацию? Ладно, раз Юта одобряет, то и я кочевряжиться не стану.

Никакого результата я не ощутила, разве что устала сильнее обычного.

Но оба князя зла заглядывали ко мне каждый вечер – один через дверь, другой – черным дымом в окно. И однажды на практическом занятии мне удалось такое заклинание огня, которое раньше без бустов я бы не осилила. В этот момент даже о хронической вялости позабыла, но и вновь закрались сомнения – зачем Лашми-пауку мне так активно помогать? Для лояльности Юты достаточно было мне просто не вредить! Да и вчера он прямо-таки настаивал, чтобы мы сделали перерыв: повторял, насколько опасным мероприятием мы занимаемся и призывал Тахариона в помощники, чтобы унять мой пыл. Неужели просто собирался снять с себя ответственность на случай, если наш эксперимент все-таки приведет к тяжелым последствиям?

И тем не менее на следующий день я его искренне поблагодарила:

– Спасибо. Настоящий декан Эллес на такой риск не пошел бы, поэтому мне очень повезло. Я еще далека от уникалов, но уже и гораздо сильнее любого другого универсала. Даже появилась надежда, что экзамен я сдам.

Он почему-то поморщился и заявил:

– Тогда прекращаем. Никто не должен заметить подвоха. Какие заклинания теперь тебе даются легче?

К теоретическим экзаменам и прохождению иллюзий я вообще перестала готовиться – все равно сдала, хоть и не на высшие баллы. Мои предыдущие сверхусилия дали такую фору, что сейчас я кратковременно могла выделить часть быстро иссякающих сил на более важную задачу. И, наконец, настало время ее выполнения. Теперь я уже была измотана не еженощными усиленными медитациями, а нервами. Нельзя пройти такой путь – и провалиться в самом конце курса! К сожалению, точно такая же точка зрения у абсолютно всех моих одноклассников.

На дуэли я попала в пару с Тарасом – не имею представления, приложил ли кто-то к этому выбору руку, но мне стало немного легче. Я до последнего боялась, что окажусь напротив дракона, – и там у меня не было бы ни малейшего шанса, а маг земли в сравнении показался легкой добычей.

Однако таковой он не был. Парень тоже был взвинчен и заметно переживал, безмолвно двигал губами, будто бы повторял заклинания.

Мы стояли на краю тренировочного поля, над ареной вибрировал прозрачный защитный купол. Вокруг притихли однокурсники, а преподаватели молчали. Мне и не нужны были их одобрительные речи, достаточно того, что сразу за моей спиной остановился Юта, скрестив руки на груди, а на противоположной стороне замер Лашми-Эллес в точно такой же позе.

Тарас шагнул вперед, и земля под его ногами дрогнула, будто признала хозяина.

– Готова, Настя? – поинтересовался он с показной ленцой, хотя было видно, что тоже волнуется. Вообще-то странно, если учесть, что даже теперь, через год обучения, я по общему мнению оставалась наислабейшей.

Не дождавшись ответа, Тарас вскинул руки и прочитал заклинание – коротко, резко. Из земли перед ним вырвалась огромная каменная рука, рванулась ко мне с такой силой, что воздух засвистел. Я отпрыгнула в сторону, перекатом ушла от удара и сразу же подняла ладони. Ощутила, как внутри меня шевельнулся ветер, и толкнула его вперед – мощный порыв ударил в каменную границу, сбил ее с курса, но не разрушил. Она только замедлилась. Тарас не дал мне передышки. Земля затряслась, и за его спиной выросли массивные каменные плиты. Они сложились в нечто похожее на щит, а потом с глухим грохотом рванулись вперед, как лавина. Пришлось спешно создать знак пальцами и призвать огонь: полилась дуга, пламя охватило первую плиту, обуглило, но движение ко мне не прекратилось. Я едва успела отскочить и почувствовала, как каменная кромка срезала край моего рукава.

Два-ноль, если кому-то придет в голову вести счет, а по моему внутреннему таймеру прошло секунд десять. Отчислят того, кто продержится меньше остальных, и мне целых два преподавателя дали совет отбиваться минимум три минуты. А после четырех можно и с чистой совестью сдаться – покажу класс через годик-другой.

Тарас не тратил времени на разговоры или насмешки, а снова произнес заклинание – длиннее и громче. Земля перед ним раскололась, и из трещины вырвался поток черной пыли, в котором крутились довольно крупные обломки камней. От такого сокрушительного поражения я растерялась и забыла главный совет Эллеса – не распыляться, а сосредоточиться на одной стихии. Зачем-то вызвала воду. Она встала передо мной стеной, но каменная волна пробила ее насквозь, и я полетела назад. Повезло, что не пересекла край обозначенного круга.

– Все? – почти с надеждой спросил Тарас у кого-то в стороне.

Подумал, что уже выиграл. Наверное, так оно и есть. Стихий у меня много, но ни одна не слушается до конца. Или я просто плохая ученица? Мне было злобным по княжескому сказано: не распыляться! А я что делаю?

Встала со смешным звуком кряхтения и попыталась сосредоточиться для последнего рывка. Плевать, что лучше всего я раскачала воду и огонь, но против лома – вернее, магии земли – нет приема, окромя другого лома. Я рывком подняла пласт камней, о которые и споткнулась атака Тараса.