Исагон. Настя разносит академию - Тальяна Орлова

Челюсти отвесили даже драконы. Сережа растерянно посмотрел на остальных, но после коротко кивнул. Он в прошлой жизни был военным и наверняка понимал, что при подготовке к реальной угрозе не до сюсюканий – хороший командир будет говорить как есть. А Юмин и вел себя, как грубый и не вполне адекватный командир, – чистый восторг!

Он вновь обратился к Сереже:

– Расскажи, как становятся князьями зла.

Тот от учебы не отлынивал и поэтому ответ знал:

– Нечистая сила четвертого ранга может принять участие в состязании – и единственный выживший забирает силу всех конкурентов. Таким образом он получает пятый ранг, то есть становится князем.

– Отлично. Теперь ты. – Юта потерял интерес к Сереже и посмотрел на Риманну. – А если нечисть пятого ранга пройдет это испытание во второй раз?

Драконица растерялась:

– Мы такого не изучали… Предположу, что в этом нет смысла, он уже стал князем зла и выше не поднимется. Да это и несправедливо! Если у нечисти есть хоть какие-то правила, то пятый ранг допускать к тем испытаниям нельзя – он ведь без малейшего труда вырежет всех участников!

– Молодец, – похвалил Юмин и обвел взглядом аудиторию. – А если допустить, что некий князь зла отличается невероятной подлостью и пробился на такое состязание во второй раз? Ведь эти высшие твари умеют менять облик, что им стоит скрыть свой фон черной магии? Притворятся какой-нибудь жалкой падалью, ничего не умеющей, и привет – пытки, кровавая бойня и однозначная победа.

Я вообще дышать перестала. А ведь Юта как раз скрыл собственную ауру, ведь в противном случае драконы что-то заподозрили бы!

Егор выкрикнул с места:

– Тогда он снова заберет силу конкурентов и станет еще на голову выше! И… это уже не пятый ранг, а какой-нибудь шестой или премиальный! – парень хохотнул. – Точно, премиальная подписка на безусловную монополию!

Юмин посмотрел на него и мягко проговорил:

– Еще раз вылезешь без очереди – сломаю правую ногу. Но ответ верный. – Он снова поднял лицо и продолжил шагать перед доской с заложенными за спину руками. – Так вот, ребятня, в академии вас не научат тому, что мы узнаём прямо с передовой линии. Описанный подлец действительно нашелся – даже среди нечисти таких скотов больше не сыскать, и зовут того мерзавца Юмин Тахарион. – Он глянул на Сережу и иронично добавил: – Вот его имя запомни – он тысячу раз доказал, что с ним придется считаться. А вы, малышня, уже соображайте, что это значит. Ваши профессора еще не придумали такого ранга, и мы не имеем ни малейшего понятия, насколько насквозь прогнивший Тахарион сильнее других князей зла, поэтому пока просто никак его не классифицируем. К чему я веду? Ты.

Маг, на которого Юта посмотрел, вяло промямлил:

– К тому, что наша программа сильно отстает от фактов?

– Отлично сказано, дружок. Но не только. Я о том, что в ваших лекциях Юмину Тахариону уделяют больше всего внимания, потому что его территория ближе. Но это ключевая ошибка. Против этого ужасного монстра мы выступим лишь в одном случае – когда остальных князей зла будем щелкать как орешки. А до тех пор изображайте, что его не существует. Тема сегодняшнего урока: «Оуден Красный и с чем его едят». Чего замерли-то, несмышленыши? Открывайте тетради и записывайте!

Глава 20

В конце урока я отстала от толпы и спиной сдала назад к ухмыляющемуся преподавателю. Убедилась, что нас не слышат, и прошептала:

– Ты действительно прошел бесчеловечное испытание во второй раз?

– Да, – Юта ответил тоже очень тихо. – Но оказалось, что сила соперников уже не переходит ко мне. Пятый ранг в самом деле оказался последним, а я натура любопытная – не мог не проверить. Представляешь, как обидно было это узнать после того, как с меня часами сдирали кожу?

– Вот ты жук… – мой выдох прозвучал раздраженно и восхищенно одновременно. – Теперь понятно, зачем ты здесь. Решил сместить фокус внимания на других князей? Как подробно расписывал зверства Оудена Красного, Маша всю лекцию зеленая сидела!

Он рассмеялся – и в этот момент стал немного похожим на себя настоящего.

– При прямой атаке князя зла может убить только такой же князь зла. Так и зачем мне сдались соперники, если итог нашего взаимодействия непредсказуем? Зато победить князя зла, заручившись поддержкой драконов, – уже легче легкого.

– С ума сойти… Про подлость Юмина Тахариона ты на лекциях все правильно говорил!

– Спасибо, Настя, ты обожаешь засыпать меня комплиментами.

Я заметила, что в дверном проеме показалась Маша. Вряд ли она услышала хоть слово, но застала нас очень близко друг от друга, улыбающихся и перешептывающихся. Потому удивленно вскинула брови на лоб. Но собралась и сказала:

– До свидания, господин Тант. Насть, пойдем в столовую вместе?

И кто бы мог подумать, что тем же днем управление Исы будет в курсе произошедшего?

«Настенька, ты что задумала? Чистокровный дракон по статусу даст фору любому смеску! У тебя там от первой эйфории не слишком ли приоритеты пошатнулись? Или ты решила выйти замуж сразу за всех преподавателей академии?».

Маша-Машенька-Машуня… ну можно же было устроить себе один выходной от стукачества?

Я на протяжном выдохе отослала ответ: «У меня все продумано! Милорд Эллес не торопится с серьезными предложениями – его надо подтолкнуть».

«Ревностью? – удивилась Марина Семеновна. – Ладно, как знаешь. В этом деле важно не переборщить. Тогда собери побольше информации об этом странном господине Танте – на его фоне составим психологический портрет профессионального борца с нечистью».

Конечно-конечно, всенепременнейше! Уже открываю досье. И почему это Юта странный? Хотя вряд ли ребята пришли от него в восторг: он вызывал что угодно от лютой злости до страха, и только у меня – невольный смех. В столовой мы с Машей слышали, как шумно обсуждал нового профессора старший курс чистокровных драконов – они были о нем иного мнения и очень хвалили. То ли Юта с ними вел себя куда тактичнее, то ли студенты, близкие к выпуску, оценили его беспрецедентные знания по любым видам нечистой силы. А этот хитрый негодяй ведь и не стеснялся сыпать фактами – даже о становлении князей зла знал такие жуткие детали, которых в учебниках не найдешь. Не понимаю, какой легендой он убедил ректора принять его в штат, однако уже через неделю-другую он заслужит уважение всех, кто действительно интересуется вопросами этой затянувшейся войны. Притом сам он не постесняется натравить их на своих конкурентов, а с себя полностью убрать фокус внимания.

Я почти не удивилась, когда поздним