Проданная истинная, или Хозяйка горячего источника - Элен Славина

больше никогда бы не увидели Ксандара в том виде, в котором знаем.

– Ты бессердечный мерзавец! – Выплюнула оскорбление в лицо молодого мужчины. – Как тебя ещё земля носит?

– Я тебя умоляю, Лириэль. Не прикидывайся невинной овечкой. Думаешь, я не знаю, чем ты занималась в усадьбе и дома графа Сакстера?

– И чем же? – Спросила я деверя, задрав подбородок и скрестив руки на груди. – Давай, скажи мне. А то, я сама не знаю.

– В усадьбе графа ты ходила голышом перед этим мужчиной. Было дело?

– Не ходила, а лежала, – оправдалась я, но поняла, что лучше бы молчала, – эмм… в ванной. Я упала. Упала.

– В его объятия, как я понимаю. – Засмеялся Торгрим. – Интересно представить, что же было потом?

– Ничего не было. Ничего. – Сжала кулаки и с яростью взглянула на этого мерзкого человечишку. – Да и откуда ты знаешь?

– Ха, у меня везде есть свои связи, дорогуша. А потом ты рассказываешь, что была верна своему мужу. За дураков нас держишь?

– Я не изменяла мужу. – Топнула ногой и ударила кулачками по груди деверя. – Я всегда была верна Ксандару. Всегда.

– Вот это похвально, – услышала я за спиной хриплый голос своего мужа. Резко обернулась и увидела, что Ксандар стоит в дверях и подозрительно смотрит на нас с Торгримом. – Не ожидал таких слов о верности, особенно после того, что видел собственными глазами.

– Это было спланировано, – прошептала я, глядя в суровые глаза мужа. – Твой брат всё подстроил, чтобы… – Договорить я не успела, потому что голос Торгрима прозвучал словно гром среди ясного неба.

– Чтобы она, наконец, забеременела и родила тебе наследника. Не совсем законного и не совсем от тебя. Всего лишь бастарда. Правильно, Лириэль?

Глава 47

Моё сердце практически остановилось от слов Торгрима и взгляда, который послал нам обоим Ксандар.

Надо что-то делать. Срочно! Или Торгрим всё же добьётся своего своими провокациями.

– Что ты несёшь, Торгрим?! – воскликнула я, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. – Ты с ума сошёл?!

– Неужели это так ужасно, Лириэль? – ухмыльнулся он, словно наслаждаясь моментом. – Ты же сама понимаешь, что наследник – это ключ к власти. И у нас есть идеальная возможность! Тем более, дорогая, – его голос становится мягким и вкрадчивым, будто у сытого кота. – Это позволит нам сблизиться ещё больше. Ты же понимаешь, о чём я говорю? – Он протянул руку, чтобы коснуться моей щеки, но я её резко отбила.

– Замолчи! И не смей ко мне прикасаться, – бросила я, переводя взгляд на Ксандара, который стоял, скрестив руки на груди, с выражением, как будто его только что ударили молнией. – Ты же знаешь, что это не так!

– Да? – голос мужа был низким и угрюмым. – Ты действительно думаешь, что я поверю этому? После того, что я видел?

– Ксандар, послушай! – попыталась я объясниться, но он лишь покачал головой.

– Нет, Лириэль. Я не хочу слышать твоих оправданий. Особенно от него, – он указал на Торгрима, его глаза сузились в гневе. – Главное, что я вижу ты и он – играете в какие-то игры, делая из меня дурака.

– Игры? – Торгрим фыркнул. – Я просто показываю тебе всю неверную сущность твоей обожаемой жёнушки, которые ты не видишь. Ксандар, ты слишком слеп, чтобы понять, что твоя ненаглядная Лориэль – слишком слаба на…кхм…, – этот мерзавец прокашливается и вкрадчиво усмехается. – …сам знаешь на какое место. И это в ответ на то, что ты её буквально боготворил. А теперь, посмотри сам на себя Ксандар. Насколько ты с ней изменился. Она ведь довела тебя, брат.

Твоя истинная – настоящая кобра, которая только и умеет, что гипнотизировать мужчин, а после – пожирать их.

– Если я кобра, то ты отвратительный слизень! – Выхожу я из себя.

– Слушай, ты думай, когда разеваешь рот на хозяина поместья! – Сверкает глазами Торгрим, но его прерывает резкий окрик Ксандара.

– А ну, хватит. Ты, кажется, и сам стал забываться, дорогой братец, – низко рычит Ксандар. – Уже хозяином поместья себя возомнил?! Ты не имеешь права даже рот здесь открывать без моего разрешения и уж тем более, так говорить о моей жене! – рявкнул Ксандар, его голос напоминал раскат грома, сотрясающий стены. – Если кто-то и может её оскорблять, то только я.

Какое двоякое чувство, вроде приятное чувство, а вроде, лучше б он этого не делал с такими-то словами.

Но, конечно, вслух, я ничего такого не говорю, чтоб не накалять и без того напряжённую ситуацию до предела.

Ксандар шагнул вперёд, его тело напряглось, словно готовое к атаке. Я видела, как в его глазах начинают вспыхивать искры, предвещающие превращение.

Ой-ой, надо что-то делать.

– Милый, – я потянулась к плечу Ксандара, – да не обращай ты внимания на всю эту ерунду.

– Ты называешь неуважение родного брата и супружескую неверность – ерундой? – Ещё больше выходит из себя супруг.

Да что же это такое? Снова по кругу. Он хоть слышит меня вообще.

– Да не спала я с Торгримом, сколько раз говорить? – Я эмоционально вскинула руки.

– Конечно, ты сделала кое-что похуже, – подаёт голос Торгрим, поднимая бровь. – Ты ведь и сам дорогой братец сказал, что заметил пылкие взгляды, которые твоя супруга посылала признанному красавчику графу Сакстеру. Как считаешь, что хуже – плотская измена или то, что истинная дракона предпочла другого мужчину, м? Обидно, наверное, братец.

– Да закроешь ты рот или нет?! – закричала я, чувствуя, как ярость захлёстывает меня. – Клянусь, в следующий раз я вылью тебе в лицо что-то опаснее холодной воды!

Но этот мерзавец лишь начал издевательски смеяться, изредка бросая испытывающие взгляды в сторону Ксандара, который начал дышать всё тяжелее и прерывистее, а, в конце концов, и вовсе зарычал, а его голос становился всё более низким и угрожающим.

Ксандар рычал, его глаза сверкали, как драконьи рубины. Воздух вокруг нас накалился от напряжения, и я почувствовала, как волоски на моих руках встают дыбом.

– Ты не понимаешь, с кем связался, Торгрим, – прорычал Ксандар, его голос звучал как раскаты грома. – И тот надменный Сакстер тоже. Никто не посмеет отобрать у меня мою истинную. Она только моя, и я испепелю любого, кто посмеет посягнуть на неё.

Он сделал шаг вперёд, и я увидела, как его тело начинает меняться. Чешуя проступала на его коже, а когти удлинялись, становясь острыми, как кинжалы. Ксандар уже не мог сдерживать свою драконью сущность.

– Ксандар, успокойся! – закричала я, пытаясь остановить его. – Не делай этого!

Но он не слушал меня, его взгляд был прикован к Торгриму, который стоял, нагло