Отдана охотникам: варвары белых песков - Иванна Флокс

закончить свои слова, как из-за дюны показался близнец Абека, и подготовленная стрела полетела в Хиташа, насквозь пробивая тело брата.

Из горла вырвался звериный рев, когда я кинулся к нему, подхватывая падающего в песок мужчину.

Меня трясло от ярости. Я хотел уничтожить этих прогнивших ублюдков.

– Хиташ! – взвыл я.

– Поймай их! Иди! – рыкнул брат, от боли сжимая зубы. – Меня одной стрелой не убить! Иди!

Сжимая в руке окровавленный секач, я кинулся к смеющимся на дюне охотникам. Чувствовал, как внутри просыпается неведомое ранее существо, но они ждали меня.

Только сейчас я стал понимать, что эти твари идеально подготовились. Они гнали вералов к этому месту – впадине среди дюн, чтобы остаться незамеченными. Абек и Таскен с самого начала планировали наши смерти, что подтвердилось, как только я достиг цели. Уже собирался кинуться на них, но ослепленный собственной яростью и желанием мести даже не заметил, как попал в гнездо аяши – ящероподобного существа, медленно сжирающего свою добычу живьем.

Место ее гнездования обладало отвратительным свойством – попавший туда не мог выбраться без посторонней помощи, так как прилипал к клейкообразной паутине, почти незаметной под белым песком.

– Все оказалось проще, чем я думал! – усмехнулся Абек, так и не слезая со своего турала. – Я думал, с вами придется повозиться. Но нет. Один истечет кровью, а если повезет, станет пищей аскара, участь второго совсем незавидная. Уж прости, Архош, но придется помучиться перед смертью.

– Не хорони нас раньше времени, гнилая падаль! – рыкнул я, сплевывая к лапам туралов.

– Так я не раньше времени! – хмыкнул он. – Даже если над вами сжалятся боги и вы неведомым образом спасетесь, без туралов живыми добраться до поселения просто не сможете! К тому же, взгляни на горизонт. Скорее всего завтра начнется песчаная буря.

Пока Абек посмеивался над нашим положением, Таскен подхватил обоих туралов за поводья, привязывая к своему седлу.

Я рычал, проклинал этих ублюдков и пытался выбраться, но с каждым движением все плотнее запутывался в липкой паутине, подобно насекомому, попавшему в ловушку.

– Прощайте! Надеюсь, больше не увидимся! – хмыкнул Абек. – Теперь ваша самка достанется нам!

Взревев, с титаническими усилиями оторвал руку от паутины, кидая в этих уродов секч, вот только из-за неудобного положения и скованности тела, он не достиг цели, а лишь задел шкуру турала и коснулся мешка с выжимкой.

“Все не может закончиться так! Нет!”

Смотрел, как два самых злейших моих врага скрываются за белыми дюнами, в то время как я даже не мог пошевелиться.

– Хиташ! Хиташ! Ответь мне! – но кроме тишины и еле уловимого ветра, пустыня осталась безмолвной.

Глава 41. Я не верю!

Аня

Как и всегда я с нетерпением ждала возвращения Хиташа и Архоша. Целый день придумывала себе занятия, проводя время с бабушкой Шельмой, а когда солнца стали опускаться и старушка отправилась в свою пещеру отдыхать, я рванула к главным воротам, зная, что совсем скоро мои мужчины должны появиться.

Время шло, а их все не было. Ходила у главного костра, посматривая на запертый вход.

В душу стало закрадываться беспокойство… Нет, не так! Я сходила с ума, а в голову лезли истории старушки, в которых она рассказывала о гибели отцов Архоша и Хиташа.

Но вот ворота со скрипом стали расходиться, и я затаила дыхание, кидаясь к ним. Но то, что увидела, лишь чудом не выбило почву под ногами.

Аберк и Таскен, понурив головы, вели двух туралов, в которых я без труда узнала животных моих мужчин.

“Нет! Быть того не может!” – стояла, дрожа как осиновый лист и смотря на два пустых седла.

– Где Хиташ?! Где Архош?! – наконец не выдержала я, когда вокруг мужчин стали собираться охотники, находящиеся в замешательстве. – Где они?! Говорите!

– Не знаем, – хрипло ответил Абек, будто искренне сожалея.

Я знала, что он врет. Чувствовала! В этот момент моя душа будто оборвалась. Слезы текли ручьями, застилая глаза. Я кричала. Обвиняла этих двух ублюдков, не желая даже разбираться. Они хотели смерти моих мужчин! Они что-то сделали!

Стоило Таскену спуститься с турала, и я кинулась на него, желая выместить свою злость.

– Где они?! Говори же!

– Наверное на них напали хищники! Аскары. Мы нашли только туралов, – отчеканил он.

Ощутила, как на плечи легли тяжелые руки, и меня оттащили от одного из охотников. Пыталась вырваться. Я ничего не понимала. Будто попала в самый страшный кошмар. Мое сердце разрывалось в клочья. А от мысли, что их больше нет, дыхание обрывалось. Я умирала вместе с ними, сходя с ума в безумной агонии.

– Тихо, Анья, тихо! – прошептал над ухом Ширхат, прижимая меня к себе и тем самым пытаясь унять безумную дрожь, сотрясающую тело. – Твои охотники сильные! Их не убить даже прайду аскаров. Скорее всего они еще живы. Абек, Таскен, там, где нашли туралов была кровь? – обратился он к пришедшим.

– Была! – холодно ответил один из братьев, а его безжалостные слова полоснули сердце.

– Все равно. Мы найдем их! Анья, – Ширхат поднял мою голову за подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза. – Мы найдем их! Слышишь? Я и Рухташ отправимся сейчас! – заверил вожак уверенным голосом.

– Но Ширхат! – заблеял Абек, только вот увидев убийственный взгляд мужчины, мгновенно сбавил напор. – Выходить в ночь опасно!

– Именно поэтому мы пойдем сами! – встал рядом Рухташ, уже закрепляя на теле оружие. – С какой стороны вы пришли?

– Мы тоже пойдем их искать! – вышел вперед Бэк со своим близнецом. – Они бы сделали это для нас.

К желающим помочь так же присоединились Тесей и Ронар, а следом еще несколько охотников.

– Анья, мы разделимся и быстро найдем твоих мужчин, не беспокойся, – заверил меня Ширхат. – Абек и Таскен показали направление, а значит поиски не затянутся. На юге довольно безопасно, – продолжал он меня успокаивать. – Отправляйся в вашу пещеру и попробуй отдохнуть. Совсем скоро мы приведем твоих охотников.

“Боже, как сильно мне хотелось ему верить!”

Смотрела в изумрудно-зеленые кошачьи глаза Ширхата и молилась, чтобы он оказался прав.

Все тело продолжала сотрясать дрожь, а истерика из шумного крика перетекла в оцепенение.

В данный момент меня не беспокоило, что случится со мной, если их не станет.