Королева и волкодлак (СИ) - Рябинина Татьяна

— Я снова человек, я снова молода и красива. Я люблю, меня любят. И я ведьма, которая может вернуть моему возлюбленному королевский трон. Да, это весит несоизмеримо больше. Но… Лэрга, пока я не выращу этот проклятый Кристалл, между нами ничего не может быть. Близости, я имею в виду.

— Может быть, кто-то и посмеялся бы, — вздохнула она. — Но я тебя понимаю. Еще как. У меня несколько лет не было мужчины. А когда он появился… и какой мужчина! Когда он появился, мне пришлось уносить ноги, и он даже не знает, что со мной случилось. Иттону хотя бы известно, в чем дело.

— Отправь Бэрту письмо с Митрисом. Заодно пусть выяснит, как там обстоят дела. Он же ворон, на нем не написано: «Я Митрис, фамильяр Лэрги Герти».

— Как там обстоят дела, я в общих чертах и так представляю. И могу тебе сказать, что и для Иттона, и для меня Алисанда не убежище. Рианна обязательно передаст правителю, что Иттон здесь. Рано или поздно его найдут. Гораздо раньше, чем ты вырастишь Кристалл.

— Значит, вам надо уехать еще куда-то? В другую провинцию?

От одной мысли о том, что я так долго не увижу Иттона, сердце сжало ледяной рукой. Но… с другой стороны, это было бы разумным выходом. И для нас с ним тоже. Что тяжелее — ждать встречи или находиться рядом, но держать себя на расстоянии? У лисицы таких сложностей не возникало. Желания тела просыпались у нее только один раз в год, когда начинался гон, а желания души в отсутствие возможности их удовлетворения не были такими острыми.

— Не знаю, Ресс, надо подумать. Но, может, ты мне все-таки наконец расскажешь, что здесь произошло?

— Наверно, лучше подождать до завтрака, когда соберемся все вместе. Чтобы не повторять одно и то же несколько раз. Нам ведь тоже хочется знать, что произошло в Энигерне.

Словно в ответ на это, Хелла пришла накрывать стол к завтраку. Когда все сошлись, я подумала, что получилось прелюбопытное собрание: две ведьмы, два фамильяра и три оборотня. Митрис и Гайлер косились друг на друга не слишком дружелюбно, хотя они были единственными связными между нами с Лэргой и оборотнями. Снова, как и в самый первый день, рассказ получился долгим.

«Принц хочет искать нетопырий камень, — сказал мне Гайлер. — Может, ты, Ресс, объяснишь ему, что это слишком опасно? У нас нет другого принца на замену. У нас вообще нет никого, кроме Цеграна, который бесплоден, как сухой пень. Если его убить, а принц погибнет, правителя назначат из Энигерны. Вы этого хотите?»

— Иттон? — я повернулась к нему, но тот только поморщился.

«Он утверждает, что сидеть здесь так же опасно, как и лезть к нетопырям, — продолжал брюзжать Гайлер. — Я все уже сказал, когда они обсуждали это с Гаэтаном. Есть же другие провинции, где можно укрыться. Та же Дегара, к примеру».

Иттон снова поморщился и покачал головой.

«Скажу по секрету, Ресс, он всегда был таким упрямым. Ладно, ты доела? Тогда пойдем. Надо кое о чем поговорить. По нашим магическим делам».

Я извинилась и встала. Гайлер тут же уселся мне на плечо ипосмотрел на Иттона со смесью ехидства и торжества.

«Эй, ты с когтями-то поосторожнее, — попросила я, когда мы вышли в коридор. — Что тебе нужно, придурок? Учти, еще одна такая выходка, как утром, и я тебе хвост по перу выщиплю».

«Ты сама язык придержи, недоучка! — он больно клюнул меня в спину. — Я сейчас пытаюсь помочь твоему парню, а ты тут…»

«Ладно, ладно, — я погладила его по крылу. — Не будем ссориться. Говори».

«Не хотел говорить при всех, потому что помню не наверняка. Чтобы не было лишних надежд и разочарований. Пойдем сейчас в библиотеку и поищем одну книгу о магических тварях. Она там точно должна быть, я ее листал когда-то».

«Нетопыри разве магические твари?» — удивилась я.

«Нетопыри — нет. А вот драконы очень даже магические».

«А разве драконов не всех истребили?»

«А может, ты мне дашь уже договорить? — разозлился Гайлер. — Истребили. Лет двести никто ни одного дракона не видел. Но там упоминалось, что драконы — единственные, кого боятся нетопыри. И полстраницы про самих нетопырей. И вот там было что-то такое… Короче, сейчас посмотрим. Сам-то я не могу, как ты понимаешь. Кто-то должен страницы переворачивать».

Я даже не знала, что в доме есть библиотека. Мы поднялись на второй этаж, а потом еще на несколько ступенек в мансарду — большую комнату с книжными шкафами вдоль стен и темными шторами на окнах.

«Это книги моего деда, — Гайлер подлетел к одному из шкафов и постучал клювом в застекленную дверцу. — Вот здесь. Где-то на нижних полках».

Книги стояли в два ряда, да так плотно, что пришлось вытащить несколько штук лишь для того, чтобы можно было их перебирать. Покончив с первой полкой и перемазавшись в пыли, я перешла ко второй.

«Вот она!» — воскликнул Гайлер, когда я вытащила переплетенный в кожу толстый том.

«О неведомых тварях», — прочитала я название под изображением гигантского спрута, тащившего под воду корабль, и начала перелистывать страницы. Добралась до самого конца, но не нашла ни единого упоминания драконов.

«Я не мог перепутать, — злобно буркнул Гайлер, смотревший с моего плеча. — Точно помню эту гадину на обложке. С кораблем».

«Ну ты же сам видишь: ничего нет».

Поставив книгу на место, я уже хотела закрыть шкаф, но остановилась. Что-то было не так. Как будто глаза увидели что-то, а сознание не успело осмыслить. Снова наклонившись над полкой, я сдвинула книгу и вытащила соседнюю, потоньше. На ее обложке был точно такой же спрут, но название другое: «О магических тварях».

«Смотри, смотри! — Гайлер вцепился когтями в плечо, и я зашипела от боли. — Я же говорил!»

О драконах в этой книге рассказывалось с самых первых страниц. А вот и упоминание о нетопырях. И даже рисунок — фу, какая мерзкая тварь с выпученными глазами и оскаленной пастью! Я и обычных-то летучих мышей не любила, но по сравнению с нетопырями они были просто очаровательными.

«С давних пор известно о вражде драконов и ядовитых нетопырей, — читала я. — Всего один дракон может отбить нападение целой стаи нетопырей, поскольку неуязвим для их зубов и когтей, а его дым, не говоря уже о пламени, смертельно опасен для них. Однако нетопыри любят лакомиться драконьими яйцами и разоряют гнезда, оставленные без присмотра. Надо ли говорить, что драконы жестоко мстят за подобные злодеяния?»

«Дальше, дальше, — нетерпеливо торопил меня Гайлер. — Там должно быть что-то про брачные игры».

«Вот, — нашла я нужный отрывок. — В первое полнолуние осени нетопыри покидают свои жилища для брачных игр, поскольку спариваться могут только в это время, в полете. Именно эту ночь драконы используют для того, чтобы истребить старых особей, остающихся в пещерах».

Полнолуние?!

«Да, это оно! — торжествующе заклокотал Гайлер. — До первого осеннего полнолуния еще есть время, только что было последнее летнее. Если принц доберется к этому времени до нетопырьих пещер, он сможет пробраться туда в волчьем обличье и поискать камень».

«А что, старые нетопыри уже не опасны?» — засомневалась я.

«Кажется, у них выпадают ядовитые зубы».

«Да, точно. Тут дальше написано. И с этого момента они уже больше неспособны к размножению».

«Кажется, я заслужил поцелуй», — заявил этот наглец.

Рассмеявшись, я поцеловала его в макушку, взяла книгу и спустилась вниз, где никого уже не было. Только Хелла убирала со стола.

— Госпожа Лэрга ушла с госпожой Агрой, — ответила она на мой вопрос. — Остальные тоже ушли.

Выглянув в окно, я увидела Иттона, одиноко сидящего в саду на скамейке. Гайлер хотел увязаться за мной, но я не позволила. Выйдя в сад, села рядом с Иттоном, раскрыла книгу и положила ему на колени. Прочитав, он изумленно посмотрел на меня, поцеловал в щеку, забрал книгу и пошел к дому. Наверно, показать Гаэтану.

«Знать бы еще, где эти самые нетопырьи пещеры, — заметил Гайлер, который все же отирался поблизости и появился сразу же, как только ушел Иттон. — Где-то в северных горах, но это слишком уж расплывчато. Может, твоя подруга знает? Или ее ворон?»