Эприлинн Пайк - Миражи

— Тебя не было на уроках после обеда.

Лорел молчала. Слова, которые она тщательно подбирала всю дорогу, разом вылетели из головы. К шарфу прилип лепесток. Интересно, остальные тоже выпадут сегодня или этот она потеряла, обнимаясь с Тамани?

— После этого ты являешься домой затемно, с сияющими глазами. Сто лет тебя такой не видела, — тихо добавила мама.

— Прости, что заставила тебя волноваться, — как можно серьезнее сказала Лорел. Извинения были искренними, и виноватая улыбка могла все испортить.

— Не так уж и долго. — Мама забросила ноги на подлокотник дивана, — Я быстро учусь. Пошла на задний двор и пообщалась с твоим приятелем Аароном.

Лорел вытаращила глаза.

— Ты говорила с Аароном?

— Выяснила, что Тамани объявился около полудня и сказал, что ты с ним. Вот я и успокоилась.

— Неужели этого хватило?

— По крайней мере, я могла не волноваться о твоей безопасности. Той ночью я видела его глаза и поняла: он никогда не даст тебя в обиду.

На этот раз Лорел не стала сдерживать улыбку.

— Только не надейся, что тебе все сойдет с рук. Обсудим наказание, когда отец вернется. — Мама посерьезнела. — Правда, Лорел, о чем ты думала? Дэвид знает, где ты?

Помрачнев, Лорел покачала головой.

— Значит, он дома и сходит с ума от волнения?

— Наверное. — Настроение у нее вконец испортилось.

— Хочешь ему позвонить?

Лорел резко мотнула головой.

— Ах вот как… — Мама помолчала и ласково взяла дочь под руку. — Идем на кухню, я сделаю тебе чаю.

Чай у мамы был панацеей от всех бед. Простудилась? Выпей чаю. Сломала руку? Без чая не обойтись. Лорел подозревала, что в кладовке у мамы припасена баночка чая с надписью «При Армагеддоне настаивать от трех до пяти минут».

Усевшись на высокий табурет за стойкой, Лорел наблюдала, как мама заваривает чай и размешивает в нем кубики льда, чтобы остудить.

— Я видела, у тебя выпал лепесток, — заговорила мама. — Ты не против, если я сохраню парочку? Они фантастически пахнут. Я смогу сделать сногсшибательную аромасмесь.

— Э… да, конечно. — Немного странно, что мама собирается готовить смесь из ее лепестков, но Лорел решила на этом не зацикливаться.

— Сильно промокла?

— Немного.

— Ну вот, — мама положила в чай сахару, — темы для светской беседы я исчерпала. А теперь расскажешь, что произошло?

Лорел несколько секунд молча пила чай.

— Дэвид и Тамани подрались на перемене. Из-за меня, — наконец сказала она.

— Дэвид? В самом деле?

— Да я понимаю… В последнее время оба были злые и мрачные. И постоянно из-за чего-то цапались. Думаю, сегодня их просто прорвало.

Мама заулыбалась.

— Из-за меня парни никогда не дрались.

— Ты так говоришь, как будто это весело. Ничего подобного! — возмутилась Лорел. — Это ужасно. Я их разняла, но было уже поздно. Вот я и сбежала.

— А Тамани… догнал тебя?

Лорел кивнула.

— И куда ты направилась?

— В старый дом в Орике.

— А потом приехал Тамани?

— Я его не звала!

— Но он приехал.

Лорел кивнула.

— И ты не возразила.

Лорел кивнула снова.

— А потом… — Мама не договорила, и вопрос повис в воздухе.

— Потом мы пошли в дом. И… зависли, — добавила она, чувствуя себя по-дурацки.

— Зависли, — с усмешкой повторила мама. — Вот как это называется у современной молодежи.

Лорел уткнулась лицом в ладони.

— Было не совсем так… — пробормотала она.

— В самом деле?

— Ну ладно, почти.

— Лорел. — Мама обошла стойку и обняла дочь, прижавшись щекой к ее волосам. — Все нормально, тебе не нужно оправдываться. Я ничуть не удивлена.

— Я такая предсказуемая?

— Только для родной матери, — Мама поцеловал а ее в макушку. — У меня идея. Может, позвонишь Челси и скажешь, что все в порядке, а она передаст Дэвиду? Он уже дважды звонил.

— Отличная мысль, — Лорел слабо улыбнулась. И правда, с Челси объясниться гораздо проще. Но завтра она все расскажет начистоту.

— О боже! — воскликнула Челси, не успела Лорел поздороваться.

«Спасибо определителю номера», — подумала Лорел.

— Ты порвала с Дэвидом!

Лорел поморщилась.

— Да, похоже на то.

— Перед всей школой!

— Я не хотела бросать его так громко.

— Значит, все-таки собиралась бросить?

Лорел вздохнула. Хорошо, что она решила позвонить Челси из своей комнаты и мама ничего не услышит.

— Нет, не собиралась.

— Ты хочешь все вернуть?

— Нет, — Лорел сама удивилась своей уверенности, — Не хочу.

— Серьезно?

— Да. По крайней мере… пока.

— Что это значит? Ты теперь с Тамани?

— Я… не знаю, — призналась Лорел.

— Но это возможно?

— Возможно.

— Ого!

— Знаю. — Лорел вертела в руках флакон из сахарного стекла. — Я позвонила сказать, что со мной все хорошо. А то я так внезапно исчезла. И если вдруг ты волновалась… — Она замолчала и обернулась к окну, услышав тихий стук. Тамани поднял голову и улыбнулся. Лорел улыбнулась в ответ и чуть не выронила трубку — Извини, Челси, мне пора… обедать.

— В восемь вечера?

— Да. — Лорел наконец вспомнила, зачем звонит. — Ты можешь… позвонить ему и сказать, что я в порядке?

— Кому «ему»? Дэвиду?

— Да. Позвонишь?

Челси вздохнула и пробормотала что-то о гонце, приносящем дурную весть.

— Хочешь, чтобы я все ему объяснила?

— Нет. Только то, что я в безопасности. Мне пора. Спасибо, пока, — торопливо проговорила Лорел, нажала на кнопку отбоя и швырнула трубку на кровать. Затем подбежала к окну и отодвинула шпингалет.

— Можно войти? — спросил Тамани с ласковой улыбкой.

— Конечно! Только тихо: мама внизу, а папа приедет с минуты на минуту.

— Тихо — это я умею. — Тамани бесшумно спрыгнул с подоконника. Он был босиком.

Лорел не стала закрывать окно, с наслаждением вдыхая запах дождя. Тамани притянул ее к себе, обняв за талию, и шепнул:

— Я скучал.

Лорел запрокинула голову и посмотрела ему в глаза.

— Я думала, мы до завтра не увидимся.

Он поднес ее руку к губам и медленно поцеловал каждый палец.

— Ты правда думала, что я буду ждать так долго?

Тамани отпустил руку и приподнял ее подбородок. Лорел застыла, затаив дыхание, а он поцеловал ей веки, потом щеки, подбородок и нос. Ей хотелось стиснуть его в объятиях, потянуть за собой и снова зажечь искры, которые вспыхнули между ними в старом доме, но она заставила себя не шевелиться. Тамани прижался губами к ее губам, и Лорел зажмурилась от нежного поцелуя.