Его вторая семья - Юлия Гауф

Полина, — репортёр поднялась и прошлась по спальне, мельком глянула на Матвея, что с интересом следит за ней. — Уж не знаю, может, это секрет. Но мы выяснили, что вы с Софьей Соколовой лучшие подруги. Учились вместе. И все то время, что вы жили в Испании — ваша дружба продолжалась. Это так?

— Да, — с напряжением отозвалась Полина.

— Получается, вы осознанно отбиваете у подруги мужа? Довольно цинично. В таких случаях всегда интересно, что человеком движет. Любовь? А совесть, она вас не мучает?

— Вы о чем? — Полина сняла сына с колен и поднялась, поправила платье. — Я никого не отбиваю. И в мыслях не было. Более того. Я никогда бы на такое не решилась, все эти интриги — они ничего не стоят, когда есть настоящая любовь. Я верю в это.

— И потому хотите увести из семьи Дениса Соколова?

Как же у нее лицо вытянулось. Не ожидала, дрянь, не готова была, что ее обвинят.

Слишком уж она привыкла к безнаказанности.

— И такое тоже бывает, — улыбнулась в камеру журналистка и вышла из комнаты, двинулась по коридору, на ходу оборачиваясь, продолжая репортаж, — говорят, в любви и на войне все средства хороши, а мы в очередной раз убедились, как верна эта мудрость. Денис Соколов скрывал вторую семью. А Полина Ризова все эти годы предавала подругу. Нам очень интересно, что думает по этому поводу сама Софья. И если она согласится — то в следующем интервью мы с ней встретимся.

Журналистка вышла на улицу, и камера напоследок захватила дом, из которого выбежала Полина, вся в слезах.

— Я не хотела! — с надрывом выкрикнула она.

Ее слезами этот репортаж завершился.

Черный экран.

Молчание, длинной в вечность.

— Я тебе охрану найму, — низкий голос Дэна дрогнул. — Никто к тебе подойти не посмеет.

Хмыкнула.

Меня не страшит камера, и все эти акулы, которые на части готовы разорвать обычных людей, лишь бы скандал получился побольше, покрасивее, это их работа — трясти грязным чужим бельем на весь свет.

Но Макар…

Молча забрала чашки с недопитым какао. В кухне достала из холодильника графин с водой и с жадностью напилась.

Черт.

Будь ты проклят, Денис, во что ты нас втянул.

Унизительно, когда твою жизнь вот так мусолят миллионы людей. Мы, взрослые, с этим справимся, но каково детям?

У Макара модный садик.

А новости и воспитатели посмотрят, и родители других ребят. Сплетничать начнут, сболтнут что-то при детях, а те запомнят.

И бог знает что наговорят Макару. Дэн для него — супер-папа, сын им гордится, в рот ему смотрит.

Макар, а у твоего отца другой ребенок, тебя теперь бросят — представила, как друзья дразнят его и вздрогнула.

Что теперь будет с моим сыном?

— Позвонил в агентство на счёт охраны, — прозвучал за спиной мрачный голос Дэна.

— Не надо.

— Надо, — отрезал муж. — И, Сонь, ещё. Я сегодня с пиарщиком говорил. Они стратегию разрабатывают, и…

Его прервал звонок моего сотового.

Глянула на экран и усмехнулась.

Барков.

Отличный адвокат, наверняка, он уже в курсе интервью с Полиной. Но мы в прошлый раз неудачно расстались.

И я понятия не имею, как нам теперь общаться.

— Возьми трубку или отключи, Соня, — приказал Денис. — И выслушай меня.

— Алло, — выбрала меньшее из зол, перед общением с Денисом мне нужна пауза. Прижала сотовый плечом и протиснулась мимо мужа в коридор.

— Про интервью с Ризовой в курсе? — деловым тоном спросил Барков.

— Да.

— Ко мне когда подъехать сможете?

— Зачем? — тихонько вышла на крыльцо и набрала полные легкие свежего воздуха.

Как хорошо на улице. Словно из тяжелого сна вынырнула.

— Мы вашим разводом занимаемся, Софья, — напомнил Алексей. — Действовать надо быстро и без глупостей. Когда вас ждать?

Помялась.

Ожидала, что Барков как-то объяснится на счёт того приглашения в ресторан. И что пролетел мимо меня на своей тачке, как обиженный мальчишка.

Но адвокат делает вид, что такого не было.

Может, и мне замять?

Искать другого специалиста сейчас просто нет времени.

— Завтра подъеду, — пообещала. — До обеда.

Когда отключила вызов, за спиной открылась дверь.

— С кем говорила? — спросил муж.

— Неважно, — постояла, собираясь с мыслями.

Сейчас никому нельзя доверять. Но Полина…

Я не хотела, не хотела воевать, готова была от Дэна отказаться, вычеркнуть мужа из жизни поскорее и идти дальше.

Ей надо было немного подождать, а не вываливать на всю страну нашу историю.

Теперь же…

Легко ей не будет.

Она сама начала.

И за это поплатится.

Полине конец.

Глава 33

— И всё же, кто тебе звонил? — нахмурился Дэн.

Так и хотелось рявкнуть что это не его дело. Что Денис потерял право задавать любые вопросы!

— Неважно. Ты хотел что-то мне сказать про пиарщика, — вспомнила я слова мужа.

— Степан будет звонить тебе, или попросит о встрече и захочет сказать лично… в общем, — Денис скривился, — он с отделом разрабатывает легенду, сейчас, думаю, думают над вариантами. Хотят представить всё так, словно ты всегда знала про Полину и Матвея. Хотят, чтобы ты дала интервью и помогла мне с репутацией. Сонь, я сказал что ты не будешь участвовать в этом. Да я и не хочу.

— Правда?

— Да. Не хочу. Ты права: я сам до этого довел, значит сам должен справиться с последствиями ошибок, а не прикрываться тобой как щитом. Предупреждаю тебя потому что Степан в любом случае тебе позвонит, и я бы не хотел чтобы ты думала что я солидарен с моей командой. В общем, шли всех куда хочешь, отказывай, не отвечай на звонки. Я найму охрану для тебя и всё разрулю.

Удивилась я не наигранно, а вполне искренне.

Так мало времени прошло после появления Полины в нашей жизни. Но за это время я привыкла видеть Дениса ведомым. И когда речь зашла про Степана, подумала что Денис попросит меня встать на его сторону, прикрыть его грешки. А он… ну надо же, передо мной почти прежний муж.

Но дело как раз в том, что сейчас я планирую дать Полине сдачи. Да так дать, наотмашь, хлестко, не жалея силы, чтобы она забилась в ту нору, в которой сидела все эти годы!

— Как ты планируешь всё разрулить? — спросила, снова устраиваясь на диване. — У тебя есть план?

— Принять последствия. Натравить свою команду на СМИ, чтобы твоё имя не полоскали. Самому дать интервью, или заставить Полину дать опровержение… я не знаю, Сонь, не придумал еще. Но придумаю. Тебя это не коснется.

— Уже коснулось.

— Прости.

— Хватит этих слов, — махнула рукой