Путешествие в Драконьи горы - Галина Васильевна Герасимова

чтобы судить его? Он мог бы сказать, что драконы осенью спят крепко, а в холода их и вовсе сложно добудиться, но это не её дело. К тому же есть подозрение, что феи и сон ему наколдовали покрепче — неслучайно он не услышал, как Яда проснулась и ушла вместе с ними.

— Всё обошлось, но впредь лучше быть внимательнее, — подытожила женщина и поставила перед ним чашку с ароматным чаем. Змар не узнавал травы, но запах был приятным. — Выпей. Как только Яда проснется, вы встретитесь. У вас еще будет возможность поговорить.

Змар сделал небольшой глоток. Жидкость обожгла горло, живым огнем пробежала по мышцам. Одновременно стало трудно дышать, а мир перед глазами задвоился.

— Тебе не нравится? Это пустырник, он хорошо успокаивает. Ты выглядишь напряженным, расслабься.

Ведьма подошла и опустила руки ему на плечи, скользнула узкими ладонями под рубашку. Змар вдруг понял, что не способен ни оттолкнуть её, ни сказать хоть слово против. Она бесцеремонно ощупывала его.

— А ты крепкий. Вырос таким большим и сильным, наверняка отец тобой гордится. Жаль, умом пошел в матушку. — Она задумчиво отступила, разглядывая его, а убедившись, что он полностью в её власти, с укоризной добавила: — Чем ты только слушал? Я же сказала, что надо быть внимательнее.

— Что ты сделала? — еле выдавил Змар, не чувствуя ни рук, ни ног.

Женщина вытащила из-под рубашки розовый камешек.

— Твоя кровь не хочет противиться знакомой магии. А пока на мне этот камешек, я смогу её обмануть. — Улыбнувшись, она потрепала Змара по щеке. — Знаешь, у тебя его глаза. Тёмные, как грозовое небо… Это раздражает!

Она схватила со стола нож и поднесла к его глазу. Острие блеснуло прямо у зрачка, затем женщина опустила руку.

— И взгляд такой же! — она усмехнулась с какой-то непонятной тоской. — Я хочу кое с кем встретиться. Позовешь его — получишь свободу. Я даже твою подружку отпущу. Откажешься — забудешь, что такое полеты. Моргни, если не против.

Змар упрямо уставился в стену, и ведьма зло прищурилась.

— Думаешь, я шучу? Это чтобы ты не сомневался в моих намерениях…

Она замахнулась и вогнала ему в спину нож почти по рукоять. Змар беззвучно закричал от боли.

Позже ведьма скинула его в подпол, пообещав, что скоро вернется, и не обманула. Вот только вернулась она не одна — сначала по ступенькам скатилась бледная как призрак Яда. Девушка была без сознания.

— Будь хорошим мальчиком и помоги мне, — посоветовала дракону ведьма, небрежно пиная Яду в бок. Та откатилась к стене и замерла в неестественной позе, как сломанная кукла. Женщина рассмеялась, поймав тревожный взгляд Змара. — Не бойся, она жива. Но скоро может мне наскучить, и тогда я от нее избавлюсь. Всё зависит от твоего ответа. Позовешь сюда отца? — Она распустила ворот, показывая цветочный узор.

Змар едва заметно покачал головой. Теперь-то он понял, почему ведьма показалась знакомой: её звали Барса, она частенько приходила к ним в дом, когда он был маленьким, а потом куда-то делась.

— Почему нет? — прошипела ведьма, склоняясь над ним. — Я ведь тоже его «невеста». Он спас меня от камнепада, вытащил из расселины, где мне придавило ногу. Я бы выжила и без его крови, пусть и хромала бы всю оставшуюся жизнь. Но твой отец решил сделать по-своему! Он дал мне напиться своей крови, исцелил меня — и вместе с тем навсегда забрал мое сердце.

— Он никогда не изменял маме, — прошептал Змар.

Ведьма хлопнула ладонью по его раненой спине, намеренно причиняя боль.

— О да, мы не были близки! Я выросла в строгой семье, где отношения до свадьбы считались несмываемым позором. Но ему я готова была отдаться без остатка! Вот только оказалась не нужна. Он ушел на следующий день, помог мне вернуться в деревню и исчез. А я… Я пошла за ним, как влюбленная дурочка. Искала в Драконьих горах, в лесу, в селах и городах. Исходила всё, как одержимая! — Чуть не рыча от злости, Барса сжала кулаки и продолжила: — Потом я встретила его на ярмарке. Он шел с какой-то толстой нелепой девкой и смеялся, а она держала руки на своём пузе, неуклюжая корова! Он смотрел на неё влюбленными глазами. Да я бы полжизни отдала, чтобы он хоть раз посмотрел на меня так! — Ведьма подняла подбородок Змара и покрутила из стороны в сторону. — Чтобы он взял меня с собой, пришлось притвориться, будто меня выгнали из деревни за колдовство и пытались сжечь. Ради того, чтобы быть с ним рядом, я даже изуродовала себя! — Она дотронулась до шрамов на шее. — Твоя недалекая мать — о да, она была глупышкой, и не смотри на меня так зло, — пожалела меня и позвала с собой. Я поселилась неподалеку и стала вхожа в ваш дом. Я думала, он разлюбит ее со временем, что она постареет и подурнеет, пока я буду выглядеть молодо. Десять, пятнадцать лет — небольшой срок для ведьмы, и я готова была подождать. Но она тоже оказалась ведьмой. Не такой сильной, не такой талантливой, зато родила ему сына, а спустя пару лет и дочь. Тогда что-то изменилось. Твоя мать стала осторожнее, она почувствовала идущую от меня угрозу и моё нетерпение. Старалась не оставлять вас со мной и не отпускала мужа одного. Если бы не счастливая случайность, мне не удалось бы от неё избавиться.

— Так это ты убила маму?! — задохнулся Змар. Он помнил, с каким каменным лицом отец вошел в дом в тот злополучный день, держа на руках истерзанное тело жены.

«Шкарры», — сказал он одно-единственное слово, и Змар в первый и последний раз увидел слёзы на его глазах. Тогда же пообещал зарёванной Бере, что будет защищать её и растить вместо матери. Пришлось взять на себя хлопоты по дому, пока отец выплёскивал боль в горах, летая среди холодных вершин и не желая оборачиваться в человека. Только прорезавшиеся крылья сына заставили его вернуться домой…

— Убила? Я всего лишь направила её в нужную сторону. Не так сложно запутать тропинки, если дружишь с Лесным Духом, — самодовольно ответила Барса. Но тут вспомнила, что для неё история тоже закончилась не лучшим образом, и помрачнела. — Я думала, с её смертью станет проще, но ошиблась. Её тень всё равно стояла между нами, и он так и не посмотрел на меня. За все эти годы ни разу не увидел во мне женщину! Я просто хочу