Семь невест. Дарованная нежность (СИ) - Алая Лира

Я всхлипнула тихонечко — уже не в первый раз за разговор — и почувствовала, как Зенон поднимает меня с кресла и крепко-крепко обнимает.

— Прости… Прости меня, Зенон…

— Почему сразу не сказала? Это ведь мелочь! Это такая мелочь, но из-за нее ты провела столько неприятных часов! Мы же уже говорили об этом, я же уже просил тебя ничего важного не скрывать.

— Я собиралась. Правда! Сразу после бала хотела рассказать обо всем, но ты уехал, а я решила, что расскажу тебе уже все, как найду осколок. А потом все случилось…

— Все, все, не расстраивайся, прости, я больше не буду спрашивать об этом, хорошо?

— Ты только не злись, ладно? — жалобно попросила я. — Я больше не буду делать такие глупости, поэтому не злись, не ругайся и… не разочаровывайся во мне… пожалуйста…

— Ты поэтому врала? Потому что боялась, что я в тебе разочаруюсь? — И, получив мой кивок, Зенон продолжил: — Элейн, я значительно старше тебя, да и жизненный опыт у меня огромный. Неужели ты думаешь, что я за все это время не научился разбираться в людях, оборотнях, метаморфах и прочих существах? Ты юная, наивная и в твоих действия нет ни капли злобы или зависти, ты волнуешься обо всем на свете, искренне заботишься о других… Неужели ты думаешь, что такой человек может кого-то разочаровать? А еще… я люблю тебя, Элейн, понимаешь? Я всегда буду на твоей стороне…

Слова лились из Зенона ровным потоком, он говорил, пусть и прерывисто, но спокойно. Но я отчетливо понимала — внутри него настоящая буря. А то чувство, которое он испытывает, нельзя описать обычными словами. Наверное, так и ощущается любовь?

Глава 86

Я вертелась перед зеркалом, рассматривая свое платье для помолвки. И нет, я не только что его нацепила. Я в нем уже отходила весь вечер на зимнем балу, когда Зенон во всеуслышание объявил о нашей помолвке.

Он меня, кстати, не переспрашивал, хочу ли я за него выйти. Просто заявил перед балом:

— Я тебе выбора не оставляю, захочешь от меня избавиться — можешь прибить. Но пока я жив, пусть все знают, что ты моя невеста. И, метаморфьи потроха, пусть лбом расшибутся о пол, но не позволят тебе пострадать.

Было забавно слышать такое от всегда мягкого и спокойного Зенона. И приятно. Но я думаю, что он зря беспокоился — осколок-то мы вернули, так что больше я никуда не влезу. Хотя, правильнее сказать, что осколок вернул Зенон. Просто однажды попросил меня подойти в свой кабинет, где меня ждал он и еще один незнакомый метаморф, который представился кратко:

— Маг-портальщиц.

— Элейн, милая, представь в своей голове, пожалуйста, того духа, который тебя сюда отправил. Я очень хочу кинуть в него этот бесполезный осколок, — ух, аж пробрало, когда Зенон так жутко и предвкушающее улыбнулся.

Так, стойте, а если Зенон этот осколок не туда кинет? Или не попадет? Или осколок снова разобьется? Я-то в безопасности, но вдруг девчонки пострадают? Я в панике кинулась к Зенону и попросила:

— Только из рук в руки, хорошо? Так же можно?

— Из рук в руки? — задумчиво произнес Зенон, а потом я почувствовала, как его заполняет непонятное мне злорадство и удовлетворение. — Да, пожалуй, можно. Так даже лучше.

Маг-портальщиц вздохнул тяжело:

— Опять человека транспортировать? Не больше двух минут, понятно?

— Знаю я, знаю. Спасибо, что выручил.

Маг положил свои руки мне на виски, а потом сразу же убрал и начал выводить странные пасы. Буквально через минуту появилась фиолетовая дыра ростом с человека, в которую бесстрашно прыгнул Зенон. И из которой ровно через две минуты он появился в кабинете. Почему Зенон так злорадствовал, я поняла, когда он увидела его костяшки — они были напрочь сбиты, словно он ими кого-то упорно и долго колошматил. И я даже знала кого — Духа Нового Года.

— Ты что… подрался? — спросила я со священным ужасом.

— Вовсе нет! Я просто пару раз его ударил, — улыбнулся Зенон, а себе под нос пробормотал: — Если бы еще время ограничено не было, то я бы и два этих рога сломал.

— Но…

— Что но? Элейн, это дух из-за какого-то слабенького артефакта отправил семь беспомощных девушек, не владеющих магией, в другие миры. Вы могли пострадать, остаться калеками или даже умереть. Это отвратительный по своей сути поступок, а этот дух даже не подумал передать тебе извинения. Надеюсь, больше таких духов ты нигде и никогда не повстречаешь.

Зенон считал мою встречу с этим духом плохим событием, но я так не думала. Ведь именно благодаря духу я встретила Зенона, который подарил мне не только любовь, но и помог приобрести уверенность в себе. Новый мир, новые знакомства, новые друзья — мне было не о чем жалеть. Все они стоили любых страданий, неприятностей и испытаний, через которые я прошла. А еще я изменилась. Трусишка Эля, маленькая врушка, робкая и вечно все портящая, конечно, не стала в раз прекрасной идеальной дамой, готовой со шпагой наперевес разить врагов, но…

Но я стала лучше, поняла, что маленькая ложь ведет к большим неприятностям, что неуверенность и страх разочаровать любимых зачастую надуманы, а замалчивание сродни лжи. Что же.

Прошлое прошлому. Надо учесть ошибки и двигаться дальше. К светлому и яркому будущему, где рядом хорошие существа (пусть и не всегда люди), верные друзья и, конечно же, любимый человек (точнее, метаморф).

Эпилог

Прошел уже год с того момента, как мы с Зеноном объявили о помолвке. Признаюсь, у нас все было так безоблачно и гладко, что иногда становилось почти страшно. Мы даже ни разу не поссорились! Конечно, это больше заслуга Зенона, который, казалось, вообще ни на что никогда не злится, если это касалось меня.

С другой стороны, моя новая знакомая говорила, что такие отношения, когда нет взрыва и бури, кажутся ей скучными. Из этого я отлично поняла, что у каждого свое счастье. У нас Зеноном оно тихое, спокойное и нежное-пренежное. И мы наслаждались им.

Эльб с Аниэль поженились и выглядели весьма счастливыми, хотя я иногда удивлялась, откуда у Аниэль столько терпения на этого чрезмерно требовательного и властного Эрцгерцога. У них, кстати, получился чудесный сынишка, что неудивительно.

Я решила отбросить свой страх и неуверенность и поделилась с Зеноном, что не знаю, чем хочу заниматься. Что нет у меня уверенности, что работа секретаря — это мое. Зенон совсем не обиделся, поддержал меня. После долгих раздумий, чем же мне заниматься, неожиданную подсказку дал Ринер, посоветовав мне помогать дарованным и попавшим случайно представителям адаптироваться. Не куратором, вовсе нет, скорее психологом. А Зенон посоветовал помогать именно подросткам, с которыми у меня получалось отлично ладить. Так я и нашла себе, считай, профессию, которая действительно была по душе.

Ринер остался с Райне. Состоялся разговор с родителями, но что там произошло, ни мне, ни Зенону они не сказали. Я только знала, что Райне тренировался всю ночь после разговора, угробив почти все тренировочные манекены, а Ринер проплакал у меня на плече почти час. Но сейчас у них все было отлично: братья не только отлично ладили, но и превосходно вместе работали. Даже Зенон шутил, что скоро пойдет одалживать Ринера в помощь.

Я наслаждалась своим счастьем и практически забыла о прошлом. Нет, разумеется, Зенон мне помог убедиться в том, что у девчонок все в порядке, чтобы я за них не переживала.

Эх, это был чудеснейший год! И я снова, как в день помолвки, крутилась перед зеркалом, рассматривая платье. Правда, в этот раз свадебное. И что-то мне подсказывало, что нынешний год будет еще лучше предыдущего.