Иду за тобой - Елизавета Владимировна Соболянская

– Не беспокойся, дезинфекцию проводят роботы. Вещество безопасно и не портит вещи. Иногда вообще ограничиваются лампами солнечного спектра и минимальным набором химикатов.

Девушка выдохнула. Тут капитан закончил прием рапортов и подтянул Лену к себе:

– Мы с моей женой выходим первыми. Помните, вы можете спокойно рассказывать обо всем, а вот о том, как Лена появилась на корабле, умолчите. Мы с Тэрхом сами сообщим в космополицию.

Команда дружно кивнула, на панели у люка зажглись лампочки, и дверь с шипением отъехала в сторону.

Глава 30

Док прослужил в космополиции не один десяток лет. Он настолько врос в нее, что даже его собственное имя забылось, оставив только это уважительное «Док». Он видел придавленных арматурой техников, пробитых разрывными пулями спецназовцев, извлеченных из трюмов контрабандистов измученных рабов и запуганных жертв похищений. Всякого навидался и потому приобрел особое чутье на тех, кому плохо.

Как бы ни демонстрировал гуманоид перед ним свое счастье и радость, если внутри сидела боль – Док ее видел и вытаскивал на поверхность. Иногда чтобы убрать, иногда – чтобы препарировать, но чаще чтобы выставить на всеобщее обозрение в суде. И вот такие моменты Док ненавидел всей душой.

И сегодня его опять выдернули не просто так.

– Док, девочка на этой яхте куплена на тайном аукционе. Совсем на витрину выставить ее не успели, забрали из клетки. Нам нужен сравнительный анализ ДНК вот с этим образцом, – старший лейтенант протянул пробирку, – и все данные по жертве. Она изменилась внешне, так что прежде, чем мы ее выпустим из карантина, желательно иметь информацию о модификациях и принуждении. Чтобы было чем надавить на команду.

Медик только вздохнул, взял пробирку и двинулся к пульту управления карантинным блоком:

– В какой она капсуле?

– В-12.

– Три часа!

– Док…

– Вам нужны доказательства или пустяки, которые толковый адвокат размажет по стойке суда?

Старлей фыркнул и сдался:

– Ладно, три часа – так три часа. Ребят я придержу на таможне.

Доктор неспешно зашел в пультовую и взглянул на девушку. Милая. Чистая. Немного взволнованная, но страха на лице нет. Пробежавшись по кнопкам, медик изучил показатели сканеров. Инфекций нет. Организм в отличном состоянии. Недавно был секс – не травматичный, но активный. Гормональный фон интересный. В документах стоит пометка – недавно вышла замуж. Ну, во всяком случае следов насилия не видно. Зато скан костей показывает активный рост клеток. О, есть метки адаптора! Интересно-интересно! На яхте есть такая дорогая техника? И специалист, умеющий ее использовать?

Теперь карта мозга. Черный провал примерно два стандартных месяца назад. Хм. Доктор залез в бумаги, переданные старлеем. Примерное время покупки. А вот это что за чернота – за полгода до этого? В документах указано, что в это время девушка пропала. Значит, реакция на похищение. Маркеры стресса, в волосах есть следы подавителя и почему-то гормональных препаратов от беременности. Потом относительно чисто, хотя превышено содержание радиации и тяжелых металлов. А вот наркотик. Много, но коротко. Хм. А потом все чисто. Из препаратов только легкие седативные и витамины. Явное изменение питания, и вот он, первый маркер адаптора – возвращение к генетической норме. Интересно-интересно.

Покрутив результаты скрининга и так и эдак, Док решил, что без личной встречи все равно не обойтись. Да и девочка уже волнуется. Вон как нахохлилась, сидя на холодной пластиковой скамейке внутри капсулы. Решительно протянув руку, доктор нажал кнопку и тут же произнес в динамик:

– Выходите!

Девушка дрогнула, повела плечами, словно речь с потолка ей знакома и вызывает неприятные воспоминания. Что ж, такой синдром встречался у «трюмных» пленников. Пожалуй, он прав, настояв на личном контакте.

Лена вышла из капсулы в другую дверь. Мэгги ее предупреждала, что ничего страшного в кабинке не будет – все делают приборы. Механический голос попросил плюнуть в пробирку, положить руку в специальную нишу для взятия анализа крови, потом затребовал несколько волосков и соскоб кожи. Не больно, пусть и неприятно. Тонкий целлюлозный комбинезон совсем не грел и вообще был слишком тонким для одежды. Еще хотелось ми-ши, сока и… Элурэна рядом. Или хотя бы Талана. Так что когда дверь открылась, девушка вздохнула с облегчением. Прошла по короткому коридору и очутилась в обычном медицинском кабинете.

– Добрый день! – у медпульта сидел мужчина – самый обыкновенный, гуманоид. Бледный, немолодой, какой-то весь усталый, но настроенный вполне доброжелательно.

– Добрый, – Лена поежилась и обхватила себя руками за плечи, прикрывая грудь. Ей все же казалось, что зеленая целлюлоза – плохая защита.

– Ваша одежда в шкафу с надписью В-12, можете одеться, пока я изучу результаты.

Девушка с радостью распахнула дверцу и, спрятавшись за ней, принялась одеваться. Доктор озадачился. Пленница вела себя так, словно привыкла быть одетой. Смущается, скромничает, словно не привыкла выставлять свое тело напоказ, а ведь торговцы рабами быстро лишают свои «вещички» любых чувств.

Когда дверца закрылась, Док снова озадачился. Он в космопорту всякого навидался. Тут бывали расы, одетые только в бусы и закутанные во много слоев ткани. Бывали дикари с планет, одетые в меха и кожаные доспехи, а были жители сельскохозяйственных планет, облаченные в натуральные ткани. Перед ним же стояла… девушка. Милая. В платье без глубоких вырезов, но с длиной чуть ниже колен. А еще она собрала волосы в пучок, подвязала лентой и повесила на руку небольшую сумочку.

Ни украшений, ни цепей или ошейника. Просто девушка, идущая на прогулку.

– Присядьте, – Док постарался улыбнуться, – ваши спутники немного задержатся, у нас есть время поговорить.

Вот теперь она насторожилась. Но все же села, аккуратно подобрав юбку.

– Можно поздравить вас с замужеством?

Ой, покраснела! Интересная реакция!

– Да, – ответила, но замялась.

– Здесь указано, что остальные члены экипажа находятся в брачном периоде…

Голос Дока стал мягким, даже участливым, но девчонка не расплакалась, не стала сбивчиво вещать о том, как ее тискают все по очереди. Наоборот, вздохнула как-то по-взрослому и призналась:

– Да, я знаю.

– Вы знаете, что не обязаны теперь оставаться на корабле? Став супругой коренного жителя Альянса, вы приобрели права и свободу. Вы можете покинуть корабль и обратиться в социальную службу…

– Зачем? – голубые озера напряглись.

– Если муж обижает вас, если вы не имеете нормальных условий для жизни или подвергаетесь насилию, вы вправе обратиться за помощью.

Док не давил, напротив – слегка отодвинулся и разложил на стойке брошюры социальных служб. Взгляд девушки стал печальным, словно она припомнила что-то такое, но головой мотнула уверенно:

– Спасибо, со мной все в порядке. Но мне бы