Астрид - хозяйка Рождества (СИ) - Лерн Анна

Проведя рукой по шершавой деревянной поверхности, я нащупала прохладный металл ключа и выудила его оттуда. Итак, осталось открыть дверь.

Дрожащими пальцами я вставила его в замочную скважину, провернула и дверь со скрипом отворилась. В большом окне, которое находилось на противоположной стене, отразились свечи и мой силуэт, окруженный призрачным, золотистым ореолом. Шагнув через высокий порог, я оказалась в небольшой комнатке, в которой ничего не было, лишь на высоком столике, похожем на клиросный, лежала раскрытая Библия, а возле окна корячился старый стул.

В углу зиял черной пастью большой камин, а на нем стоял оплетенный паутиной подсвечник.

Приблизившись к столику, я смахнула со страниц книги толстый слой пыли и, пробежавшись по тексту быстрым взглядом, поняла, что это действительно Библия. Странная комната… Хотя, возможно кому-то нравилось читать святое писание в одиночестве. Но зачем я здесь?

— А дальше что? — громко произнесла я, нарушая тишину. — Ау?

Естественно мне никто не ответил, но азарт уже овладел мною, и я должна была разгадать эту загадку. Что же мне хотело показать привидение маркизы?

Обойдя всю комнату, я заглянула в каждый угол, но ничего, кроме паутины, не обнаружила.

— Думай, думай! — горячо шептала я, пока мой взгляд снова не наткнулся на Библию. Что я там прочла?

Я поднесла подсвечник к книге и произнесла вслух строчки, которые появились после того, как я смахнула с них пыль:

— …то этоткамень, который я поставил памятником, будет домом Божиим; и из всего, что

Ты, Боже, даруешь мне, я дам Тебе десятую часть…

Чтобы это могло значить?

Подняв голову, я посмотрела на стены и до меня начало доходить — что-то спрятано под десятым камнем! Но десятым откуда? Сверху? Снизу? Сбоку от угла? От окна или камина?

Не смотря на холод и глубокую ночь, я щупала все камни, казавшиеся мне подозрительными. Рылась в камине, становилась на колени, залезала на стул, чтобы дотянуться до низкого потолка и отсчитать ровно десять камней, которые потом пыталась повернуть, нажать, даже ковыряла между ними найденной кочергой, но ничего не происходило.

Когда за окном начало светать, а я выдохлась и отчаялась, один из них тихо заскрежетал и вывалился прямо мне в руки, а за ним следом и еще несколько. С гулко бьющимся сердцем, я засунула руку в образовавшееся отверстие и нащупала грубую ткань, под которой угадывалось что-то твердое. Мешок! И еще один!

Выудив их на свет Божий, я подошла к окну и поставила свою находку на подоконник. Мешки были довольно увесистыми, и я уже догадывалась, что скрывалось в них…

Мои грязные пальцы дрожали, когда я развязывала шнурки, стягивающие потрепанные горловины. Золотые монеты… Мама дорогая… Во втором мешке лежали драгоценности, от вида которых у меня просто перехватило дух. Чего здесь только ни было… И перстни, и браслеты, и жемчуга, и колье, и диадемы… Да ведь это немыслимое богатство! Невероятное!

Я мчалась по дому, и только сон маленького Бернарда остерегал меня от радостных воплей. Ворвавшись в комнату Сесиль, я растормошила бедную баронессу и, когда она испуганно вскрикнула, сказала:

— Одевайся и спускайся на кухню! Быстро!

Она смотрела на меня сонными, ничего не соображающими глазами, а я понеслась дальше, зная, что тетушка Лонджина уже растопила очаг и готовит завтрак.

— Святой Олаф! Что с вами! — увидев меня, она уронила черпак, и он со звоном ударился об пол. — Графинюшка! Ох… Почему вы такая грязная?!

— Да? — я взяла медный таз и посмотрела на себя. — Ого…

Мои волосы были в ужасном беспорядке, лицо в темных разводах от сажи, но зато глаза горели так, что ими можно было осветить самый темный подвал.

— Это неважно! — я повернулась к тетушке Лонджине, которая стояла с раскрытым ртом и держалась за сердце. — Посмотри, что я нашла!

Выскочив в коридор, я взяла мешки, которые оставила под дверью и поставила их на стол.

— Что это, ваше сиятельство? — бедная женщина испуганно покосилась на клад. — Где вы это взяли?

В кухню ворвалась Сесиль и, сжимая на груди края шали, выдохнула:

— У нас что, был пожар?!

— Нееет… — я с довольным лицом развязала мешок с монетами и, запустив туда руку, рассыпала их по столу. — У нас был клад!

— Как клад? — тетушка Лонджина опустилась на стул и принялась обмахиваться тряпкой. — Откуда у нас клад?

— От бывших хозяев! — я развязала второй мешок и на моей руке заискрились драгоценности. — Вернее, от хозяйки! Я видела маркизу!

— Чтооо?! — в один голос воскликнули женщины. — Убитую маркизу???

Я не успела ответить — в комнату вошли мужчины и Нилс сонно произнес:

— Лонджи, а сваргань-ка нам чайку! На улице метет, страсть! Сквозняки гуляют по всему дому!

Остальные тоже зевали, терли глаза, но когда они увидели меня, грязную и с драгоценностями в руках, их сонливость как рукой сняло.

— Обалдеть… — протянул Антон по-русски, но на это никто не обратил внимания, разглядывая удивительную картину.

— Ваше сиятельство, а что происходит? — Нилс первый пришел в себя. — Простите меня, но вы похожи на трубочиста… Откуда это золото?

— Сокровища маркизы… — прошептал Франц и обвел всех восторженным взглядом. — Графинюшка нашла сокровища маркизы!

— Матерь Божья! — тетушка Лонджина накинула на мешки тряпку и испуганно зашептала: — А если батюшка ваш прознает о сокровищах? Вы представляете, что будет?

— Да он как сыч сидит третий день в своей комнате, — проворчал Гринч. — Только харчи переводит, которые вы ему таскаете!

— Да, ты прав, — я была полностью согласна с ним. — Пора бы его к работе привлекать. Засиделся папенька.

— Так вы расскажите нам, как клад нашли? — Антон приподнял тряпку и тут же получил от тетушки Лонджины по рукам. — Это ведь удивительно!

— Еще и как, — я чувствовала гордость за свое бесстрашие. — Только давайте мы сначала найдем, куда спрятать его, а вечером соберемся и в честь этого дела выпьем вина!

— Мы его спрячем здесь, за очагом, — тетушка Лонджина завязала мешки и понесла их за очаг. — Я весь день на кухне и оно будет под моим присмотром, а вы ищите хороший тайник!

— Может сокровища отнести обратно? — предложила я. — Только я знаю это место.

— Отличная идея! — поддержал меня Антон. — Только сделать это нужно ночью, чтобы не дай Бог…

— Все! — тетушка Лонджина уперла руки в бока и, взглянув на меня, сказала: — Вы в свою комнату, сейчас Джаспер и Гринч принесут горячую воду. Ваша милость, вы покормите Бернарда, а я ставлю воду на огонь, кормлю завтраком наших мужчин, чтобы они шли работать, а вами займусь позже. Никто не против?

— Слушаю и повинуюсь, — весело ответила я, и мы с Сесиль отправились наверх.

— Я жду удивительного рассказа! — баронесса взяла меня под руку и прижалась теплым боком. — Ты понимаешь, что теперь богата?

— Еще нет, — улыбнулась я своей подруге. — Я не могу поверить, что это происходит со мной! Господи, Сесиль, мы сможем исполнить наши мечты!

* * *

— Я лежу в горячей ванне,

Где воды по самый край.

Разве выразить словами,

Что такое рай?*

Продекламировала я, лежа в ванне с закрытыми глазами и блаженно улыбаясь. Неужели судьба улыбнулась мне? Но как же мне отблагодарить доброе привидение?

Почему оно открыло эту тайну именно мне? Чем я это заслужила?

Вопросы… вопросы… А ответов — ноль. Но еще меня распирала гордость от своей смелости. Увидеть настоящий призрак и не грохнуться в обморок!

Приняв ванну, я привела себя в порядок и спустилась к завтраку. Все домочадцы были в приподнятом настроении и что-то весело обсуждали, сидя за большим столом.

Сесиль держала на руках Бернарда, и даже он выглядел довольным, разглядывая деревянную погремушку, которую сделал Антон. У меня на душе тоже пели птички, и будущее казалось довольно радужным, нужно было только успокоиться и собраться с мыслями, чтобы строить дальнейшие планы.

— Пора заниматься делами! — Нилс подошел к окну и воскликнул: — Нам придется полдня чистить снег! Что за погода?!