Вереск на камнях (СИ) - Гринь Ульяна Игоревна

— Тварь! — закричала я в небо, которому было всё равно. — Ненавижу тебя! Ненавижу!

— Руда…

Слабый голос из-за спины заставил обернуться. Забава сидела, держась за голову. Могута-кузнец стонал, раскинув большое тело звездой на траве:

— Пошто… Ну пошто, скажи… Кузница моя, кузница… Всё прахом, опять!

Я только головой покачала. Мы опять в жопе, да. То есть — всё пошло прахом. Может и лучше, что Мыська с детьми осталась там… Лагутин их не бросит, я уверена. И Бер… Бер с ними, пусть так. А мы тут.

Где тут?

Я снова повернулась, оглядывая местность.

Бесконечность отменялась. Вдалеке я увидела лес. У леса стояло что-то вроде избушки. Но, чтобы узнать точно, нужно туда идти.

Схватка проткнула живот. Да, идти надо быстро! Иначе я, как мои предки, рожу в поле…

Со ржанием очнулся Резвый и вскочил на ноги, отряхиваясь. За ним поднялась и Асель, ворча:

— Я, наверное, ничего не понимаю в этой жизни, но, по-моему, это уже слишком…

Забава встала, отряхивая платье, огляделась:

— Ох, Мокошь-матушка, какие ещё испытания ты нам пошлёшь?

— Светлый князь, где мы?

— У ведьмы надобно спросить.

— Замолчите! — велел Ратмир и подошёл ко мне: — Руда, что произошло? Где мы?

— Я пока ещё не знаю, мой князь, — ответила, морщась от боли. — Но надо идти вон туда. К постройкам.

— А ежели там кто поджидает?

— Даже если и поджидает… Срок мне, Ратмир. Твой сын скоро родится, — сказала ему просто.

Он без слов подхватил меня на руки — сильный, как богатырь — и понёс через пустошь к лесу. Я откинула голову на его плечо, глядя на облака в небе. Они качались, качались… Надо как-то жить дальше — под этими облаками, под этим небом, неизвестно где и не известно пока как именно.

Но мы выживем. Не впервой. Главное, что Ратмир рядом. Главное, чтобы наш сын родился здоровым. А всё остальное приложится, пока не знаю как.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Конец второй книги