Ирина Сорока - Ведьмина диета (СИ)

— Только один, меж березками, да яблоньками.

— Почему нормально не пошли?

— Стражники заметят… ш-ш-ш…

— Стой! Кто идет?

— Ну, вот, матушке сейчас доложат… — разочаровано простонал князь, выныривая из очередных кустов перед стражем. — Это я, Матфей.

— А там кто? Проверить?

— Невеста моя, купаться идем, скажи, чтоб не мешали.

— Раз невеста… дело-то молодое, — улыбнулся сквозь усы конопатый стражник. — Никто мешать не станет.

— Идем, — снова за руку схватил Гред, да на дорожку вывел.

Хорошо темно, стражник не увидит, как маковым цветом горят щеки. Что он теперь думать будет, когда настоящую нареченную увидит?

— Пусти! — вырвала руку, стоило дорожке свернуть влево.

— Что не так?! — удивился княже.

— Как мне теперь людям в глаза смотреть? На весь свет ославил.

— Ты, Глашка, слишком много думаешь, — щелкнул по носу Гред. — Я просто так слов не говорю. Сказал невеста, значит женюсь.

— Дурень…

Полная луна чуть выше поднялась, заливая округу мягким светом.

— Что это? — ахнула, глядя вниз с крутого спуска.

Почти под нашими ногами раскинулось озеро, сплошь покрытое цветами, казалось, они немного светятся в темноте.

— Водяные лилии. Пойдем.

Князь протянул ладонь, безропотно вложила свою. Такого чуда еще не приходилось видеть. У меня под окошком ночные фиалки растут, но чтобы цветы на воде…

— Здесь местечко одно есть, оттуда хорошо все видно, — снова свернув, извиняющимся тоном, сказал Гред.

К середине озера вела деревянная дорожка, в конце которой стояла ажурная, словно Гельское кружево беседка.

— Иди ко мне, — садясь на пол, позвал князь.

Хотела сесть рядом, да Гред ловко перехватил и на колени себе усадил.

— Так лучше смотреть будет.

Скорее я так ничего не увижу, только и думать могу о сильных руках, что на талии лежат, да губах, что рассказ ведут:

— Батюшка построил эту беседку для матушки, чтобы сил могла спокойно набраться, да никто не мешал. Потом все мы стали сбегать сюда, чтобы подумать да голову остудить. Смотри, смотри!

С одного цветка на другой перепорхнул светящийся человечек.

— Что это?

— Не знаю, только больше такого нигде не сыскать. Только здесь живут.

Чудо дивное.

— Смотри еще один!

— Точно, а вон еще, — почувствовала, как губы Ольгреда нежно коснулись моих волос. — Ты знаешь, какая красивая?

— Тоже, мне еще скажешь, — фыркнула, почувствовав странную робость.

— Улыбнешься и словно внутри солнышко маленькое всходит — вся светиться начинаешь, — мужчина потерся щекой о мою макушку. — Я очень боюсь тебя потерять, вы же ведьмы как ветер в поле — не поймаешь. Только если сама захочешь, придешь.

Повернулась в кольце рук, да лицо его в свои ладошки взяла, в глаза заглядывая.

— Князюшка миленький не мучай ты нас. На роду написано порознь быть, не изменишь того.

— А если скажу, что матушка, в дорогу собирая, наказала только одну невесту привезти, да не ту к которой еду, поверишь?

Замерла, разучившись дышать. Неужто, правда?

— Странная веревочка нас связала, но оборваться ей не позволю, — еще крепче к себе прижал. — Ты сюда приходи, как нужно будет. Я стражникам скажу, они пропустят…

Долго мы так сидели, обнявшись и наблюдая за летающим от цветка к цветку человечками, то тихо разговаривали, то молча думали о своем. Не заметив как, задремала, а проснулась уже в своей кровати.

— Гла-а-а-ш! — ворвалась в комнату Забава.

— Чего? — сладко потягиваясь, спросила у подруги.

— Тебя княгиня ищет!

— Что ей не спиться с утра?

— Так десятый час уже.

— Сколько?!

Подскочила и бросилась к тазу умываться. Вот это поспала! Уж и не помню когда вставала так поздно.

— Как ночное купание прошло? — хитрые глазки, а мордочка равнодушная.

— Ты откуда знаешь? — переплетая на скорую руку косу, спросила у подруги.

— Так весь терем о том шепчется.

Застонала, отчитывать сейчас будут.

— Лизка, косу обещала выдрать, — с деланным безразличием сообщила Забава, а у самой глазки так и горят от любопытства.

— Это еще неизвестно кто кому выдергивать должен, — невольно расплылась в улыбке, вспоминая ночной разговор.

— Почему? — тут же оживилась подруга, забыв про притворство.

— Потому что княгиня ждет, — подмигнула ей и выскочила в коридор. — Ой!

Лбом врезалась в высокого, чем-то Греда напоминающего детину.

— Глаша?

— Брат Греда?

— Кого?

— Князя.

— Точно. Двоюродный. Михей зовут.

— Меня искал? — потирая ушибленный лоб, уточнила у нового знакомца.

— Ага, княгинюшка велела дорогу показать.

— Веди, — милостиво разрешила я.

Он и пошел вперед, туда, куда нес ночью князь.

— Ты смотрю, девка бойкая, — улыбнулся Михей. — Только с теткой моей язык придержи. Вам-то потом под одной крышей жить, нечего с раздора начинать.

Знакомы пару минут, а уже советы раздает.

— Раз ты такой умный, может, знаешь зачем она меня зовет? — сорвала низко висящее яблоко.

— Ясно дело, женить вас поскорее надо, — не обиделся на мои слова парень- Вдруг чего вчера ночью накупали, негоже чтобы дите при живом отце само по себе росло.

Подавилась от услышанного и сильно закашлялась.

— Ты кушай не торопись, — постучал по спине Михей, — это полезно, особенно в тягости.

Он еще учить будет, что беременным полезно? Меня? Ведьму? Да первый малыш, которого приняла уж сам семьей обзавелся, да своего ребеночка ждет!

— К озеру ведешь? — утирая выступившие слезы, спросила у парня.

— Туда.

— Значит, дойду сама. У тебя ж дел, наверное хватает.

— Посты еще обойти надо, проверить охрану, — кивнул, почесав короткий ежик черных волос.

— Вот, ты иди не бойся, а я дорогу найду.

На том и порешили. Я пошла вниз по тропинке, а парень назад к терему повернул.

Ничего себе мысли у него в голове. Это что же получается, скоро все княжество к свадьбе готовиться начнет. Не согласная я! Страшно.

— Ну, здравствуй, — грустно улыбнулась женщина, выходя на встречу из беседки. — Уж совсем тебя заждалась.

— Заспалась что-то…

— Наслышана… где рысенок?

— С подругой в комнате оставила.

— Бери всегда с собой. Я ведь не просто так от подарка отказалась.

Кивнула.

— Нам поговорить с тобою надо.

— О купании? — испугано спросила в ответ, только бы женить сразу не начала! Хотя о чем это я, клятвы на камне еще никто не отменял…

— Об этом тоже поговорим, но в другой раз, — звонко рассмеялась в ответ, отчего лицо женщины стало удивительно добрым. — Есть дела поважнее. Пойдем чай пить.