Ритуал Старлинга - Девни Перри
— Вы привыкнете к этому запаху, — сказал Шрайкер, ехавший рядом с нами и, казалось, не обращавший внимания на вонь гнилой плоти и протухшего молока.
— Я в этом не уверена.
— Вы говорите как Эдда. — Он усмехнулся. — Она терпеть не может болота. Но к вечеру мы будем в самой гуще.
— Спасибо, что проводите нас.
— Вы уже в десятый раз благодарите меня за это утро. Одиннадцатый не нужен. В этом нет ничего сложного. И было бы неправильно отправлять вас одних.
Возможно, если бы я была больше уверена в своих способностях обеспечить безопасность Эви, я бы обиделась. Но я приму всю возможную помощь от таких людей, как Шрайкер, Эдда и Уэллс, если это означает пересечь Озарт.
Если я сосредоточусь на пересечении одного королевства за раз, путешествие по континенту не покажется таким уж пугающим.
Болота находились в центре Озарта. Они простирались через долину, которая шла параллельно реке Харроу. Эта местность была единственным местом в Каландре, где выращивали пещерный имбирь. Он процветал в болотах, которые аллигаски называли своим домом.
Конечно, там не могло пахнуть лучше, потому что путешествие по болотам было сопряжено с определенным риском. Шрайкер предупредил меня, что пышные речные просторы кишат тигровыми кошками и таркинами. Это продлило бы наше путешествие на неделю, а поскольку миграция быстро приближалась, неделя казалась слишком драгоценной, чтобы тратить ее впустую. Кратчайшим путем через Озарт и на юг, в Лейн, было срезать путь через болота.
Один день с этим зловонием казался лучшим вариантом.
Эдда попрощалась с нами этим утром после плотного завтрака, состоявшего из вареных яиц и твердого сыра. Их дети, хихикая, цеплялись за ноги Шрайкера, когда он, шаркая, выходил на улицу, волоча их за собой. А его семья стояла у своего дома и махала нам вслед.
— Вы скучаете по фермерству? — спросила я Шрайкера.
— Ни капельки. — Шрайкер когда-то был пещерным фермером, выращивавшим имбирь, но после того, как на него напал аллигаск, Эдда умоляла его найти другую работу. Поэтому он сменил свою ферму на небольшую лавку на берегу Харроу, где продавал припасы путешественникам, переправляющимся через реку.
— Почему его называют пещерным имбирем? — В одном из дневников Луэллы была заметка об этом растении. Пещер поблизости видно не было. Я улыбнулась при мысли о том, как она едет по этим болотам, записывая подробности о болотах и обитающих в них монстрах.
— Я и сам всегда задавался этим вопросом. — Шрайкер пожал плечами. — Понятия не имею. Вы когда-нибудь пробовали эти конфеты?
— Они были моими любимыми. — До сих пор.
— А что насчет тебя, девочка? — спросил Шрайкер Эви. — Ты пробовала их раньше?
— Моя учительница однажды дала мне попробовать. — Она сморщила нос. — Было остро.
— Моим детям они тоже не понравились, — сказал он.
У имбиря был острый вкус, который я полюбила, только став старше.
— Десс? — Эви повернулась, чтобы посмотреть на меня снизу вверх, и от серьезности в ее глазах у меня упало сердце. Я еще до того, как она задала этот вопрос, поняла, о чем именно она спросит. — Где Луэлла? Она в тени с папой?
Как бы мне ни хотелось сказать «нет», я не могла солгать.
— Да, любовь моя.
Ее глаза наполнились слезами, когда она прошептала:
— А Рэнси?
— Нет. Он не в тени. — Я должна была верить в это, чтобы так и было. — Мы найдем его. Я обещаю.
Она кивнула, прижимаясь боком к моей груди.
Я никогда раньше не слышала, чтобы Эви называла Рэнсома по прозвищу, но это имело смысл. Завьер звал его Рэнси.
Она произнесла это имя достаточно тихо, чтобы слышала только я, как ее и учили. Как знала, что нельзя называть Завьера папой. Как знала, что никому нельзя говорить о том, что она туранская принцесса.
Эта девочка была хранительницей слишком большого количества секретов.
Она спрятала лицо в моих руках, которыми я обнимала ее, и крепко прижалась, тихо плача.
Шрайкер бросил на меня обеспокоенный взгляд.
— Это было долгое путешествие. Из Норкреста, — быстро добавила я.
С голубыми искорками Эви я надеялась, что люди подумают, что мы из Озарта. Если это означало, что они помогут нам выжить в их королевстве, они могут думать все, что угодно.
— Когда мы углубимся в болота, держите арбалет при себе. — Шрайкер указал на оружие, которое он дал мне сегодня перед тем, как мы покинули берег реки. — Он не убьет аллигаска, но стрела, попавшая в глаз, замедлит его.
Конец арбалета был прикреплен к кожаному ремню, который я обмотала вокруг туловища, арбалет висел у меня на бедре. Но, услышав его предупреждение, я сунула арбалет под мышку, достала из седельной сумки мешочек с запасными болтами и протянула их Эви.
— Сможешь взять на себя ответственность за это?
— Хорошо. — Она насухо вытерла лицо и кивнула.
— Моя храбрая маленькая звездочка. — Я погладила ее по волосам, затем убедилась, что Фэйз уложен в переноску на случай, если нам придется ехать быстрее.
Сегодня он извивался больше обычного, и дважды мне приходилось останавливать его, когда он пытался высвободиться.
— Мы пойдем гуськом через болота, — сказал Шрайкер, когда мы приблизились к узкой проторенной тропе, которая вилась по долине.
Трава была такой густой, что я боялась, что мы не заметим приближающегося нападения.
— Аллигаски не скрываются, — сказал он, вероятно, прочитав беспокойство на моем лице. — Вы услышите шелест травы и увидите, как он движется. В воде они молниеносны. Но для суши у них слишком короткие ноги, чтобы развивать большую скорость. Изгороди тоже замедляют их бег. Если вы увидите монстра, просто продолжайте скакать.
— Хорошо. — Я подавила подступающую панику, когда он прошел перед нами, поправляя свой арбалет так, чтобы до него было легко дотянуться.
Запах усилился, но страх перед тем, куда мы направляемся, вытеснил его из головы, когда в поле зрения появились изгороди.
Темные, проржавевшие столбы были расположены близко друг к другу, промежутки между ними были шириной в фут. Они были выше травы, но достаточно низкими, чтобы мы могли заглянуть поверх них на болота.
Долину заполняли бесчисленные маленькие пруды. Они были окружены пучками травы. Некоторые из них были достаточно прозрачными, чтобы отражать голубое небо, в то время как другие были покрыты дымкой зеленых водорослей.
Рядом с нами раздался всплеск, и я подпрыгнула, высматривая в воде чудовище, но увидела только рябь.
Волосы у меня на затылке встали дыбом от ощущения, что за
