(не)покорная принцесса для Темного наследника - Тиана Раевская

— Мы не можем отказать, — напомнила она, — клятва.

Папа сжал зубы.

— Кажется, там было дополнительное условие. Кирстения, подойди к нам.

На негнущихся ногах Кира приблизилась к ним. О чем они? Какая клятва?

Мама объяснила, что спасая отца, поклялась отдать в жены Вейну девушку-Дракона при условии, что та будет согласна.

— Кирстения, дочь, ответь, — папа бледен, в его глазах надежда, что можно миновать исполнения обещания. Но Кира уже оглушена накатившими эмоциями.

— Вейн! — не может отвести взгляд от его светящихся во всю мощь синих глаз.

— Помнишь, я обещал рассказать, почему светятся глаза? — кивнула, ожидая чего-то волшебного. — Когда эльф влюблен, они начинают сиять. Я люблю тебя, мой маленький огонёк! Прости, что так долго тянул. Выйдешь за меня?

Хочется прыгать и кричать «Да!», но взгляд отвлекается на Кайтриону, бледную и растерянную. Перед глазами вспыхивает картина, как ее белоснежные волосы падают на голую грудь принца.

Покачала головой. Нет. Она не готова. Если, не смотря на любовь, он спал с другой, зачем такая любовь? Настоящая ли она?

Вейн замер. Даже как-то поник.

Зато император счастлив. Хлопнул в ладоши.

— На нет и суда нет, дорогой Шадор. Прости, но клятва есть клятва.

Принц побледнел, неверяще глядя перед собой. И мама тоже смотрит вопросительно.

— Кира? Ты уверена? Дочь, он любит тебя, я сейчас чувствую его боль.

— А боль Кайтрионы ты не чувствуешь? Она ведь тоже ждет и надеется. — Никак не скрыть горечь, что скопилась в душе — она вырывается в словах и голосе. Мама не понимает, зато Вейн, кажется, начинает. — Я видела вас, понимаешь? В ТОТ день. Вейн, мне Инг показал. Это было больно. Нужна ли такая любовь, в которой нет верности и уважения?

Шадор заморгал, пытаясь осмыслить сказанное. Резко повернулся к Кире и схватил за плечи.

— Так вот, в чем дело! Кира, девочка моя, прости меня. Не было у нас с Кайтрионой ничего, кроме мгновенного помешательства. Ревность. Все из-за нее. Я клянусь, люблю только тебя. Ни о каких других женщинах речи быть не может.

— Это просто слова, Вейн. Как поверить?

— Ты права, но дай мне шанс доказать. — Его глаза снова начинают сиять.

По правую сторону вдруг оказалась мать Вейна. Близко. Склонилась к ее уху.

— Хочешь узнать одну тайну? О ней и эльфы не все знают. — Ее шепот может слышать только Кира. — Он не сможет тебе изменить. Даже если попытается. Но зная сына, могу точно сказать — не захочет. Месяц без тебя и он… ты не представляешь, как ему было плохо. Думаю, он уже достаточно наказан за свою ошибку.

— Ты можешь убедиться, что я не вру, — Шадор указал глазами на ее перстень. Кира нерешительно стянула его. Его чувства нахлынули оглушительной волной. Любовь, тоска и надежда. Разве можно отказаться, когда они настолько совпадают с твоими собственными? Поверить? Рискнуть? Если еще раз обманет, ей будет не просто больно.

Молчание затягивается. В том коктейле чувств, что идут от принца, явственно проступает страх. Страх потерять ее. Страх, что она откажет. И Кира решается. Протягивает ему руку.

— Да… — выдохнула едва слышно. Прочь сомнения. Она ведь так мечтала об этом и своими руками готова разрушить? Нет. Не готова. Отпустила эмоции. Доверится снова. Ее ладонь тут же прижали к гладкой щеке и теплым губам.

— Ты не пожалеешь. Клянусь.

Когда губы соединились, Кира решительно отбросила весь негатив. Пора любить, а не страдать.

— Вейн, если бы мои глаза могли, они бы сейчас светились еще сильнее твоих. Я так ждала. Люблю тебя, мой эльф.

Они снова слились в поцелуе, отгораживаясь от всего мира. Здесь только он и она. Его пламя и ее огонёк, слившиеся в общем огне,.

— Ну вообще-то он не эльф, раз уж на то пошло, а эльф-Дракон.

Глава 27

— Ты устала? — Вейн нежно шепчет прямо в маленькое розовое ушко, слегка касаясь его губами. Руки обхватывают за плечи и прижимают к мощной груди. Кира отрицательно качнула головой. — Поверить не могу, что ты, наконец, моя… жена.

От дикого восторга сердце готово взорваться, озаряя все любовью. Провел пальцами по ее запястью с брачным браслетом. Душу затопило искрящейся нежностью.

Какой же он дурак, что так долго тянул с предложением. Сначала казалось, что Кире нужно отдохнуть и восстановиться. Потом появились какие-то глупые сомнения. Нет, не в своем чувстве — в ее.

Последняя их ссора не давала покоя. И поговорить не получилось. Да, чувство к Ингу не принесло девушке ничего хорошего, но это не означало, что она ответит взаимностью на любовь самого Вейна. Больше всего боялся, что Кира может спутать благодарность за спасение с любовью. Вот уж чего не надо.

Решил дать ей время. Прийти в себя. Разобраться, кого она полюбила, а может и не полюбила вовсе, а просто оказалась заложницей обстоятельств. Может это глупо, но честно. Одного не учел — Кира страдала, накручивала себя и придумывала то, чего и в помине не было. Знал бы — сделал бы предложение прямо в той столовой. Но увы.

Отец, с завидной проницательностью, вычислил его состояние. Отправил к матери. Вейн и сам был не против. Нужно рассказать о той силе, которую использовал, и попробовать всё-таки ею овладеть.

Получилось достаточно сносно. А вот мама и Эрдиана насели на него не по-детски. Сестра требовала подробностей и радовалась, что ее предсказание помогло спасти принцессу. Но сообщила, что на этом проблемы с Ледяным континентом не закончились. Какие именно их ждут испытания, Ди сказать не могла — закрыто. Сообщила лишь, что ему нужно поехать туда и желательно с будущей женой.

А вот это было чем-то новым. С женой?

— Ты же влюблен. Не отнекивайся, я видела вчера в саду, где ты балдел в гамаке, как светились твои глаза. Думал о ней?

Пришлось признаться. А еще очень хотелось хоть с кем-то поделиться. Почему ни с сестрой?

— Я так рада за тебя. Я старше на пять лет. Наверное, никогда не дождусь своего обещанного принца.

— Ди, ты еще совсем малышка, не смотря на свои сорок с хвостиком. Думаю сейчас, когда мы вплотную начали общаться с Империей, найдется и твой предсказанный суженый. У моей Киры есть брат. Чем не