Невеста Черного Дракона - Инна Разина

все, что услышала. Осознать, что я истинная пара дракона. Это пока кажется невероятным. Но я полностью верю мужу. Он не смог бы в таком соврать. Я ведь еще и чувствую его. А чувства не обманешь. Горячие ладони ласково гладят мою спину, плечи. Мужская грудь высоко вздымается.

— Ты сделаешь меня самым счастливым, — горячо произносит Эш. — Сегодня будет наша первая брачная ночь…

Из сладкого морока нас вырывает стук в дверь. Эштан нехотя отстраняется, но не выпускает меня из объятий. В комнату заглядывает няня. Кажется, то, что муж меня обнимает, ее ничуть не смущает. Наоборот, она широко улыбается и произносит довольно:

— Сердечко мое, как я рада, что тебе лучше, — а потом спохватывается и мрачно добавляет: — Там, в коридоре, бродит ирод…

— Ирод, это у нас кто? — уточняет Эштан, хмурясь.

— Дядя во дворце? — удивленно спрашиваю одновременно с ним.

— Нет, другой ирод, — качает головой нянюшка. — Герцог проклятый.

Глава 37 Эштан

Я сам не догадывался, какая гигантская ноша свалится с моих плеч после признания.  Насколько легче станет на сердце. Теперь могу открыто называть жену истинной, признаваться в чувствах, которые разрывают меня изнутри. А самое главное, Мэйлин тоже ощущает нашу общую тягу. И пусть до конца еще не приняла свалившуюся на нее новость, согласилась стать моей по-настоящему. Осталось потерпеть совсем немного, чтобы ощутить блаженство полного слияния с парой. Наш сладкий поцелуй накормил моего внутреннего зверя, теперь я смогу продержаться до ночи. Ведь уже знаю, какой мягкой и податливой становится Лин в моих руках. Как горячо отвечает.

Сообщение няни не слишком меня волнует. Я знаю, что Стенли бродит недалеко и что-то вынюхивает, плетет свои сети. Мои люди за ним постоянно присматривают. Да, он в бешенстве, что Мэйлин уплыла из его рук. Но все же не глуп, а значит, не пойдет против решения короля. Это верный способ прочувствовать на себе всю силу королевского гнева и опалы. Сейчас, когда мы с Лин женаты, покуситься на нее — совершить тягчайшее преступление не только против Лерадии, но и Далесара. Я буду вправе сам казнить обидчика, мне никто слова против не скажет. Ради сохранения перемирия между нашими странами одним герцогом легко пожертвуют.

Сразу за няней приходят слуги, приносят бульон и другую еду для Мэйлин. Она ведь так и не позавтракала. С удовольствием слежу за тем, как моя пара насыщается. Смотреть и касаться ее — для меня необходимость. К счастью, аппетит к ней вернулся. После еды снова делюсь с женой магией, подпитывая и ускоряя ее восстановление. Видя, что беспокойство меня до конца не отпустило, Лин сообщает, что хорошо себя чувствует. А вскоре нас посещает Маркус. Знакомится с моей женой и осматривает ее еще раз. Выносит вердикт, что все в порядке. Перед уходом сообщает, что останется в Лерадии на несколько месяцев. Ему уже выделили покои в нашем крыле. А так как драконы редко болеют, чтобы не терять навыки, он будет работать в человеческой больнице.

Когда Маркус уходит, выдыхаю с облегчением. Мне трудно контролировать себя, если к жене прикасается другой мужчина. Приходится бороться с дикой ревностью и желанием вызвать соперника на бой. Чтобы немного утихомирить злость, перетягиваю Мэйлин к себе на колени. Ее близости и вкусного аромата хватает, чтобы гнев сменился совсем другими желаниями. Дрожащими от напряжения пальцами касаюсь ее тела, кожи, волос. Целую сладкие губы. Дышу ею. Дракон внутри рокочет от удовольствия. Я счастлив, держа истинную в своих руках. Но мне нужно гораздо больше. Я бы прямо сейчас накрыл нашу спальню магическим куполом, отгородив ото всех. Но хочу, чтобы Мэйлин немного восстановила силы. Когда она напоминает о поездке к дяде, соглашаюсь. Так быстрее пройдет время до нашей ночи. Заодно задам интересующие меня вопросы.

Как только вижу дядю Мэйлин, сразу вспоминаю слизняка, который однажды приходил в посольство в надежде выгодно пристроить племянницу. Теперь я знаю, что Лин была против такого брака. Но ее опекуна это не остановило. Получив от меня отказ, он продал беззащитную девушку Стенли, прекрасно зная о его грязной репутации среди придворных. Хочется заткнуть глотку этой твари деньгами, которые он наверняка от герцога получил. Сдерживаюсь только ради жены. Но презрение и ненависть не скрываю. Родственничек бледнеет и заплетающимся от страха или алкоголя языком сообщает, как он рад, что мы теперь одна семья.

Я таких уродов членами семьи не считаю. О чем и доношу до него. Сообщив, что видеть его у себя не желаю. Он тут же начинает канючить, что слишком много потратился, воспитывая дорогую племянницу. А драконы, как он слышал, очень щедрые и справедливые. Про справедливость удачно напомнил. Соглашаюсь, что проявлю ее в полной мере. Но сначала мне нужно с ним поговорить. Мэйлин с няней уходят собирать нужные вещи, зову хозяина дома в кабинет. Задаю вопросы про гибель его брата и навязчивое желание Стенли получить Лин в жены. Ответы лишь подтверждают, насколько это скользкий тип. Вроде бы трясется от страха и что-то говорит, но никакой полезной информации не выдает.

Герцогу просто понравилась девушка. А смерть брата — несчастный случай. Сомнения Лин ее дядя называет вздором, который она вбила себе в голову и всех вокруг этим доставала. Ощущение, что он что-то не договаривает, растет с каждым произнесенным словом. Я мог бы нажать посильнее и даже задействовать свою магию. Боль быстро делает людей разговорчивыми. Но мне нужна правда, а не то, что он начнет сочинять под давлением. Никакого доверия этому слизняку нет. До последнего будет выкручиваться и изворачиваться. Придется напрячь своих подчиненных, чтобы собрали сведения о прошлом семьи Лин.

Оставив хозяина дома в кабинете, иду искать жену. Нахожу ее в одной из спален.  Судя по еще сохранившемуся сладкому аромату, той, в которой она раньше жила. Мэйлин сидит на кровати с очень грустным лицом. Мое сердце сразу сжимается от тревоги. Сажусь рядом, обнимая ее. Аккуратно вытягиваю из тонких пальцев небольшой портрет. Рассматриваю внимательно. И конечно сразу узнаю человека, спасшего мне жизнь. Мои догадки оказались верны, в чем я уже и так не сомневался.

— Ты из-за отца грустишь? — уточняю, утыкаясь носом в ее макушку и дышу самым любимым запахом.

— Из-за него тоже. Но больше из-за того, во что превратился этот дом при дяде. Я была так счастлива в нем, пока жила с отцом и нянюшкой.