Бесправная наследница - Юлия Александровна Пульс

и спасала, записала меня во враги. Уму непостижимо! Как случилось так, что за несколько часов моего отсутствия все перевернулась с ног на голову? Кто открыл темницу и выпустил Кромеров, если ключи были только у меня?

От взрыва резонных вопросов опухла голова.

– Ты убила мою сестру, заняв ее тело! Теперь за все ответишь! – такая всепоглощающая ярость вспыхнула в ее глазах, что я пошатнулась и схватилась за горло, медленно осознавая страшную вещь – возможно, живой за пределы поместья больше не выйду. Это подтверждал щелчок пальцев Колдера, который призвал жестом стражу окружить меня со всех сторон.

Я взглянула на Бентона и недовольно покачала головой. Наивно полагала, что главный страж мне верен, но жестоко ошиблась. Он будет служить тому, кто сильнее. К сожалению, сегодня это не я.

– Не будь такой глупой, Луэлла! – в попытке вставить ей мозги на место, я воинственно приосанилась. – Колдер ничуть тебя не любит! Промотал на скачках все состояние, травил тебя, ненавидел и даже не навещал. А Джослин ушла добровольно, потому что хотела сохранить свою девичью честь! Колдер собирался развестись с тобой и жениться на Джослин! Совращал ее, склонял к близости. В тот день, когда Джослин должна была прийти к нему в покои и остаться на ночь, появилась я и сбежала из поместья. Разве ты не видишь, что он тебя обманывает?! – с надеждой посмотрела в лицо сестры и сглотнула ком в горле.

Давай же, раскрой глаза! – взмолилась я мысленно, но чувствовала, что уперлась в непробиваемую стену, ведь Колдер продолжал обнимать Луэллу, а она не отстранилась от мужа. Карлота и вовсе упивалась нахальной улыбкой и смотрела на меня так надменно, как на нищенку из подворотни.

– Ты полностью пропитана ложью, самозванка! – выплюнул Колдер с отвращением. – Хотела разрушить великий род Чилтон и захапать графство! Не бывать этому! Взять ее! – приказал он стражникам, а я в этот миг посмотрела на малышку Эмберли, из глазок которой покатились слезы. Вот уж кого было искренне жаль. Травмированный морально и физически ребенок никогда не познает счастья под покровительством Кромеров.

По приказу разъяренного опекуна, меня подхватили под руки и в сопротивлении не было никакого смысла. Силы не равны.

– Ведите ее в темницу, живо! – Колдер, наконец, отлепился от жены и начал спускаться вниз, а за ним следом засеменила мать. – Теперь ты узнаешь, что такое сидеть в заточении! – упивался он вновь обретенной властью и откровенной ухмылкой глумился надо мной.

– В департаменте уже знают, что Луэллу отравляла метка черной магии! Они выяснят, кто ее нанес и тебе несдобровать! – кричала я, пока крепкие мужики тащили меня через весь холл в сторону подземелья поместья. Признаться, было очень страшно оказаться взаперти наедине с собственными мыслями. Еще неизвестно, что взбредет в голову Колдера на мой счет. Не исключено и насилие. Заступиться за меня сейчас некому. Одна надежда на Даррела. Если благородный рыцарь спасет меня из заточения…

– Не смей угрожать моему сыну, дрянная девка! – подала голос поганка Карлота и я не удержалась, плюнула в ее сторону, за что мои руки скрутили до сильной боли за спиной, от чего я согнулась в три погибели.

– Теперь Даррел наш герцог! Он всех вас разоблачит и накажет! Недолго пировать осталось! Луэлла скоро поймет, кто вы такие! – завелась я не на шутку, отчаянно и бессмысленно отбрыкиваясь. От злости клокотало в груди и пульсировало в висках.

– Тебя сожгут на костре, подселенка! – орала в ответ Карлота.

– Это тебе с сыночком гореть в гиене огненной, тварь! – у меня окончательно упала планка, когда впереди показался темный провал, ведущий в подземелье.

Меня грубо потащили вниз по лестнице и я кубарем с ней не покатилась лишь потому, что стражники держали за руки. Ноги совсем не слушались, я спотыкалась и кричала от боли, но всем было плевать на страдания самозванки, которая искренне хотела спасти графство.

– Нара! – звала я экономку на помощь, но замолчала в тот миг, когда увидела в оконце одной из камер ее бледное лицо. – Где Мория?

– Выгнали старуху с ее собаками, – расхохоталась Карлота, получая истинное удовольствие от моих стенаний.

– Твари! – разразилась я гневом, пока меня заталкивали в пустую и зловонную камеру, в которой до этого сидел Колдер.

Опекун вошел за мной следом и заставил стражников развернуть меня к нему лицом.

– Вот и настигла тебя расплата, – расхохотался он демонически, от чего я невольно скривилась. – Призраки сведут тебя с ума раньше, чем сюда явится герцог, – одним сильным рывком он сорвал с моей шеи защитный амулет и спрятал его в кармане брюк. Приказал стражникам отпихнуть меня вглубь темной комнаты.

Я ударилась спиной о влажную холодную стену и прижала выкрученные до боли руки к груди. Мужчины вышли и тяжелая дверь закрылась на надежный замок.

– Кажется, что-то пошло не так, – прошептала себе под нос в полнейшем отчаянии и сползла по стеночке на пол.

Глава 38

– Что случилось, пока меня не было? – когда немного пришла в себя, заговорила я с Нарой через стену, с отвращением косясь на отхожее ведро, источающее зловонный запах. Такие себе условия для откровенных разговоров, но ничего не поделать. Попала я под раздачу конкретно и надо думать, как выбираться!

– Я сама толком не поняла, как это произошло. Луэлла неожиданно пришла в себя, будто заранее знала, что нужно действовать быстро. В толк взять не могу, откуда у нее появились ключи от темницы. Собрала всю стражу, спустилась в подземелье и выпустила поганца с мамашей. А потом такое началось… – Нара замолчала и послышались всхлипы. Она горько плакала, а я даже обнять ее не могла, чтобы хоть немного утешить. – Колдер такого жене о тебе наговорил… – она снова ненадолго замолчала, а я примерно представила, какую лапшу опекун навешал на уши не окрепшей после болезни жене. И все же, даже учитывая все обстоятельства, меня сильно задели слова Луэллы. Я жилы рвала, чтобы спасти имущество и честь Чилтон, а меня за это помоями окатили! Обидно до зубного скрежета. – Меня они сразу сюда упекли. Прости, Дина, я пыталась достучаться до Луэллы и открыть ей глаза на мужа, но она ничего не хотела слышать. Еще и Карлота начала верещать, оправдывая сына.

– Не извиняйся! Ты бы одна ничего не смогла сделать, – стукнула я с досадой кулаком по холодной стене и прижалась к ней раскаленным лбом, чувствуя, как головная боль возвращается. – Меня удивляет, как Луэлла так быстро пришла в себя? И Почему сходу поверила мужу, не