Фантом - Ирена Мадир

хлопая длинными ресницами. – Можно я пойду с вами?

– Д-да, к-конечно, – пробормотал Макс. Снова его бросило в жар. Еще жарче стало, когда Лира положила свою руку на его. Ничего такого, под локоть ходят многие, но все же…

Зонт скрыл их от капель и лишних взглядов. Лира прижалась к Максу, который изо всех сил старался дышать и не терять сознание от переизбытка чувств. Не каждый день к нему доверчиво льнула девушка, позволяя ощутить свое пьянящее тепло. На холодной улице среди разбушевавшейся осени контраст был невероятным.

Макс постарался подстроиться под женский неширокий шаг и одновременно сосредоточиться на дыхании. Будь его воля, он зарылся бы носом в макушку Лиры, прижал бы ее к себе… Нет! Проклятие! Они даже недостаточно знакомы! А он и вовсе только начал ей казаться более или менее неплохим. Непозволительно так думать!

– Как ваше плечо? – Лира повернула голову, словно сквозь одежду могла рассмотреть границы свежей, еще розоватой кожи.

– Н-норм-мально, – выговорил Макс, тут же коря себя за заикание. Он думал, что давным-давно переборол этот недуг.

– Я рада, что вы поправляетесь.

Он сдержанно кивнул.

– Как продвигается дело Глифа?

– Пока он залег на дно, – говорить о деле было гораздо проще, это помогало собраться, – поэтому, увы, пока мы вынуждены лишь искать информацию и перепроверять. К сожалению, не все свидетели охотно помогают следствию…

– О, Рие упоминал, что Присцилла что-то утаила. Она, кстати, вернулась в город. А еще скоро будет прием в честь Середины осени. Только не говорите, что до середины еще далековато, маги всегда устраивают такие приемы пораньше, чтобы сам праздник посвятить всяким ритуалам… Так о чем я?

– Миссис Вайтфилд вернулась в город.

– Да! Точно! Так вот. Я подумала, может, мне попробовать с ней поболтать? Меня она хотя бы знает. Посплетничаю с ней. Может, и про Колт что-нибудь выясню.

– Попробовать стоит. Если это, разумеется, вас не сильно затруднит.

– Что вы, инспектор-р, – Лира прикрыла глаза, почти промурчав последнюю букву, – я буду рада вам помочь.

Нет! Нет! Нет!

«Нет, ты ей не интересен! Она просто чувствует вину за твое ранение и пытается теперь помочь. Флин, нет!» – кричал внутренний голос. И Макс честно пытался взять себя в руки, но все равно не мог бороться с собой. Ему ужасно захотелось попрыгать, как в детстве, или хотя бы побегать, чтобы хоть куда-то деть внутреннюю вспышку счастья.

«Точно щенок, бежишь на любую ласку», – недовольно бубнили мысли. И Макс был согласен. Он действительно едва ли мог заинтересовать Лиру, а предложение помощи, видимо, объяснялось ее энергичной натурой, чувством вины или чего угодно другого, но не тем, что ей понравился Макс. Это даже звучало смешно.

Наконец вся процессия добралась до дома. К их приходу бабушка успела даже накрыть на стол:

– Не пугайся, Сим-сим, мне помогала Сюзи, так что это можно есть.

– Не надо было, просто бы чай попили.

– Вот еще! Но я рада, что ты хотя бы не стал мешать Рие. Мальчик мой, какой ты молодец! – Ришар наклонился, довольно улыбаясь, а бабушка потрепала его за щеки.

На кухне было тепло, пахло специями. Бренди разлеглась на стуле, лишь приоткрыв глаза, чтобы оглядеть гостей, и тут же зажмурилась, сворачиваясь уютным клубком.

– Я достала бренди, но, если кто хочет что-нибудь другое, говорите.

– Мне ничего, – уныло отозвался Гэбриел, – я потом на службу.

– О, бедняжка! Лира?

– Ох, я обычно не пью что-то крепче вина…

– Сим, достань своей девочке вино! – распорядилась бабушка, вгоняя Макса в краску. Он даже не знал, что делать: поправлять бабушку или промолчать, чтобы не заострять на этом внимание. – Красное?

– Полусладкое, – согласилась Лира.

Макс же послушно отошел, доставая из узкого ящика закупоренную бутылку вина.

Когда все расселись, бабушка наконец взяла низкий широкий бокал, покачивая его в руке:

– Что ж, мой милый Сим, с днем рождения! Желаю тебе здоровья! Очень много здоровья! И успехов во всех твоих начинаниях!

– Да, а еще удачи и большей смекалки! – подключился Гэбриел.

– Чтобы раскрывал не только свои дела, но и твои? – насмешливо уточнил Рие.

– Ну и отдыхать не забывай, конечно.

– А я пожелаю счастья, mon cher![40]

– У вас… день рождения? – растерялась Лира. Она беспомощно глядела на окружающих и остановила взгляд на Максе: – Простите, пожалуйста, я без подарка, я…

– Твое присутствие и так для него подарок, – перебил ее Рие, салютуя бокалом. – Дорогой напарник, не расстраивай даму, подтверди.

– Вы ничего не обязаны мне дарить, леди. Я вообще не отмечаю этот день, просто Ришар загорелся, а бабушка поддержала. Так что не стоит.

Лира кусала губу, понурив голову. Макс почему-то чувствовал себя ужасно. Он вообще недолюбливал день своего рождения. Не разделял желания его праздновать. Только если бабушка что-то устраивала, он подыгрывал ей, чтобы не расстраивать. В иных случаях он проводил день как обычно. Разве что делал торт. Это была своеобразная традиция, дань дедушке, который научил готовить.

– Мое присутствие вообще-то тоже подарок! – воскликнул Гэбриел.

Все повернулись к нему. Рие дал ему шуточный подзатыльник, бабушка засмеялась, а Лира слабо улыбнулась. После ужина все переместились в зал, чтобы вручить подарки. Бабушка подарила ему новую портупею, Рие вручил изящную шкатулку, внутри которой…

– Пистолет? – Макс в восторге оглядел черный металл и поднял голову.

– Это какая-то усовершенствованная модель с Древней родины. К нему есть пули с магическими печатями, так что…

– Хадс! Ришар, спасибо!

– Ну-ну, не перехвали.

– Вот тебе, таскай свою обновку с удовольствием! – Гэбриел вручил ему кобуру.

Макс не выдержал, примеряя все сразу. Закрепил кобуру на портупее, вложил пистолет.

– Ну жених! – оценил Рие.

После посиделок Райдер поспешил на службу, а Макс, сложив у себя подарки, вернулся, чтобы помочь прибраться. На кухне уже возились оставшиеся, Рие мыл посуду. За время его жизни тут это стало своеобразной обязанностью. Бабушка стояла с полотенцем, вытирая помытую посуду и расставляя ее по нужным шкафчикам, а Лира…

Она протирала стол, но в момент, когда Макс вошел на кухню, наклонилась и… Он резко отвернулся, зажмурившись, но воображение мстительно воспроизводило в памяти, как ткань брюк облепила ягодицы девушки. Вот же Хадс!

– Все! Чем еще помочь? – Лира резко выпрямилась, делая шаг назад и впечатываясь затылком в грудь Макса. Светлые тонкие прядки тут же обвили пуговицы его рубашки. – Ой!

– Вы зацепились. Не двигайтесь, а то вырвете себе волосы, – предостерег он, придерживая Лиру.

– Я вас не заметила…

Ее холодные кончики пальцев опустились на костяшки его руки, которую он положил ей на живот, прижимая к себе. Второй рукой Макс пытался осторожно снять завиток, опутавший пуговицу. Это получилось легко, даже несмотря на