В плену у сказки - Юлия Р. Волкова

ночь была довольно зловещей, — продолжила Элла, — волки так и выли. Хорошо спала? — в её глазах на миг промелькнул хищный огонёк.

Она точно что-то знала. И даже больше, чем хотелось бы. Словно Золушка тоже находилась вне сюжета, даже не так… ОНА была сюжетом.

— Я прекрасно спала, спасибо.

— Однако легла ты поздно.

— Откуда тебе это известно?

Я резко поднялась из-за стола и пристально посмотрела на Эллу сверху вниз — так хотя бы у меня появилась иллюзия превосходства. Она склонила голову на бок, немного насмешливо, словно вместо меня перед ней копошилась одна из ее жалких и непослушных мышей.

По спине пробежали мурашки. Элла была самым красивым человеком, которого доводилось видеть, и самым жутким.

— Ты следишь за мной? — спросила я, почти угрожающе.

Она усмехнулась.

— Зачем? В этом замке у меня и так везде уши. Милая моя сестренка, какой же наивной ты стала. И почему переживаешь, у тебя разве есть секреты?

— Конечно, нет.

— Вот и хорошо. У сестер ведь не должно быть тайн друг от друга.

Я выдохнула и, обессилев, снова опустилась на стул. Нервы подводили, раз обычный разговор смог так выбить из колеи.

Какая разница, что известно Элле? Мы с ней все равно стремились к общей цели — к ее свадьбе с принцем.

Нужно успокоиться. Мы не враги. Элла не должна желать мне зла.

— Спасибо тебе за плащ, — тихо сказала я. — Он недавно спас меня… от холода.

Элла широко улыбнулась, хотя эта улыбка больше походила на оскал.

— Я рада. Но не заставляй меня пожалеть об этом подарке.

Каждое слово приходилось проговаривать чуть ли не через силу:

— Ни в коем случае.

На миг померещилось, что передо мной сидела не девушка, а хитрая и свирепая волчица, которая ждала подходящего момента для укуса. Я постоянно наступала ей на хвост, дразнила, и она уже устала терпеть.

В этот момент двери открылись, и на веранду вышел Эрик. В темных брюках и простой белой рубашке с незастёгнутыми верхними пуговицами, он напомнил свободолюбивого мальчишку. Только вот на лбу пролегали морщинки.

А еще от меня не укрылись ни странная бледность, ни синяки под глазами, которые с каждым днем становились всё темнее, будто что-то высасывало из Эрика силы. Хотя известно что — проклятие.

— Анастасия, Элла, доброе утро. — принц развернул стул и сел на него верхом, положив локти на спинку. — Вы обе выглядите прекрасно.

— Спасибо, Эрик, ты, как всегда, очарователен. — сказала Элла и кокетливо пригладила волосы, а я только выдавила улыбку. Принц сразу заметил эту вымученность.

— Все в порядке?

— Конечно, — заверила я. — Слышала, что Люмьер пропал. Его так и не нашли?

— Нет, не знаю, куда он мог запропаститься, — покачал головой Эрик, — видимо, придется отплывать без него.

— Ты по-прежнему хочешь плыть? — спросила Элла. — Так ли уж важна эта поездка?

— Она займет лишь пару дней, я скоро вернусь, — Эрик бросил быстрый взгляд на неё и снова повернулся ко мне. — Анастасия, ты мне нужна… Будешь сегодня вечером.

Я проигнорировала помрачневшее лицо Золушки и непринужденно произнесла:

— Думаю, Элла справится лучше меня с чем бы там ни было. Обратись к ней.

— Разве ты сегодня занята? — он выгнул бровь.

— Нет, но…

— Тогда я зайду за тобой вечером. — Эрик поспешно поднялся и бегло коснулся моего плеча. — До встречи, а сейчас мне нужно бежать. — и он поспешно капитулировал.

Мы с Эллой снова остались наедине, и на несколько мучительно долгих секунд воцарилось молчание.

— Вот теперь точно жалею, что отдала тебе плащ. — она поднялась, едва не опрокинув стул, и тоже вышла.

Что ж… Быть мне лягушкой, квакающей на болоте.

Шансы на счастливое возвращение домой таяли на глазах. Сплошные проблемы. С одной стороны — Румпельштильцхен, который мог нарушить все планы, с другой стороны — Золушка и ее разрастающаяся ненависть. С третьей — Эрик со своими нелогичными действиями. И я должна была решить каждую проблему, одну за другой.

Очищенные яблоки, которые лежали на тарелке, уже покрылись коричневыми пятнами, почти бронзовыми, под цвет кривого канделябра, который стоял в центре стола. Раньше его здесь не было, и я долго смотрела на него, а затем усмехнулась и тоже покинула веранду.

* * *

Ну а вечером пришел Эрик, как и

грозился

обещал. Он тихо постучал в дверь, почти поскребся, а когда я вышла, его губы расплылись в очаровательной улыбке.

— У меня в последнее время такое чувство, будто ты меня избегаешь.

— Да, все так и есть, — кивнула я.

— Почему?

— Потому что не хочу быть между тобой и Золушкой.

— Золушкой?.. — брови принца удивленно приподнялись.

Ай, как неосторожно.

— То есть Эллой, — быстро исправилась я. — Не хочу случайно испортить отношения сестры. Сам ведь понимаешь, уже то, что я нахожусь в этом замке, может выглядеть превратно. И люди вовсю сплетничают о склонности наследного принца к созданию гарема.

— Если тебя это беспокоит, перечисли мне сплетников, и завтра же их не будет во дворце. — нахмурился Эрик. — Я обещаю.

— В этом нет необходимости, — я вздохнула. — Так что ты хотел? Уже поздно, и скоро ты… превратишься.

— Да, поэтому мы должны поторопиться.

Эрик схватил меня за предплечье, мягко, но требовательно, и потянул за собой в темноту коридоров. Я не сопротивлялась — не знала даже, почему. Потому что доверяла? Едва ли.

Наверное, потому что с Эриком у нас установилась связь, странная, не понятная нам обоим, но очевидная и сильная.

Мы подошли к картине, которая прятала за собой таинственный сад, и все так же молча прошли в туннель, скрытый от чужих глаз, известный только принцу и мне. И это странно взволновало.

Я смотрела в спину Эрика — она была широкой и ровной, как полагается будущему королю, на чьи плечи будет возложена ответственность за государство.

Факелы в коридоре едва теплились, и умиротворенная темнота обволакивала нас, ластилась, как одинокая кошка. Мое сердце забилось чаще — не из-за атмосферы, а из-за возникшей уверенности, что вот-вот должно произойти что-то значимое.

Неправильно, что рядом с принцем сейчас находилась я. Все это отнюдь не пойдет на пользу сюжету… И мне тоже.

Наконец мы с Эриком вышли к цветам. Или тому, что от них осталось. Я вздрогнула и выдохнула от ужаса, когда окинула взглядом сад.

Словно ударили в колокол, породив шум, от которого хотелось закрыть уши.

Сад изменился с тех пор, когда я его видела. Часть зеркал были разбиты. Осколки лежали рядом с высушенными алыми цветами. В последний раз, когда я была в тайном саду, треть растений оставалась