Встретимся в Блэгхолле - Мира Форст

– Парня, который давал показания против Любавы. Который якобы видел в ее руках мой прибор определения возгорания вместе с чертежами.

– Так вор Кифат? И раз Марта рядом с ним, получается, – Ирида гневно смотрела на парочку, – получается вы двое специально подставили мою дочь?

– Я ничего не крал! – взвизгнул парень. – Марта, скажи им всем, что я вообще ни при чем, иначе, я сам все расскажу.

– Дурак! – попыталась Марта ударить возлюбленного. Но ее руку удержал один из сыщиков.

– Прекратите! – рявкнул сыщик. – Свидетелем по делу точно проходил не Кифат. Я сам беседовал с тем парнем. И уверенно заявляю, это не он.

– Но он что-то знает о краже, – вернулся к вопросу граф Брюс. – И мы тоже хотим узнать. Кифат, ты ведь понимаешь, что речь идет о важном изобретении?

– Я не знаю, что украл мой брат. Марта говорила, что прибор не настолько уж и важный.

– В масштабе ее проблем, конечно, не важен, – усмехнулся сыщик. – Всего-то возможность остановить пожары на всем Фауфло.

– Значит, вором и одновременно свидетелем против Любавы стал твой брат? – спросил Артуро.

– Нет. Украла Марта, а Юсуф только выступил свидетелем. Мы с братом не слишком похожи, но общие черты все же есть. А я ведь говорил Марте, что кто-нибудь догадается.

– Молчи, придурок, – шикнула на него девушка.

– Хватит затыкать мне рот! – взвился он. – И вообще, надоело играть роль твоего жениха. Достала ты меня уже.

– Так вы ненастоящая пара? – искренне удивился наивный Митя.

– Мы с братом на мели сидели, – стал рассказывать Кифат все по порядку. – А тут Марта появилась. Ее на нас общий знакомец навел. Она пообещала хорошо заплатить за в общем-то несложную работенку. Юсуфу за лжесвидетельство, а мне за то, что буду какое-то время изображать ее жениха. Брат под видом торговца пришел в дом к Артуро, когда мы точно знали, что его там нет. Постоял для виду, постучал. Марта в это время в дом пробралась через запасную дверь. Она у Любавы ключи стащила, потом обратно их ей подкинула. На следующий день, когда о краже объявили, Юсуф в сыск отправился и дал показания, что накануне приходил в дом изобретателя с товаром, что ему открыла дверь взволнованная рыжеволосая девушка, сказала, что хозяина нет, а он заметил у нее в руках коробку и бумаги. Марта коробку, в которой прибор лежал, специально Юсуфу показала после кражи, чтобы у сыщиков и Артуро при ее описании сомнений не возникло кто и что украл.

– И зачем потребовалось изобретение Артуро красть? – не понимал Сенито.

– Чтобы Любаву обвинить, – сообразила Ирида. – Опозорить ее в глазах жениха и общества.

– А Кифат тебе зачем понадобился? – продолжал удивляться Сенито тупости и изобретательности своей сестры.

Та сначала надулась, поджала губы, но посмотрела в сторону долговязого мага и все же разъяснила.

– Кифат нужен был мне для прикрытия. Я хотела заполучить Артуро, но хорошо его изучила и понимала, что после такого потрясения, как предательство любимой девушки, он закроется. Нужно время, чтобы добиться его расположения. К тому же жених Любавы никогда меня особо не замечал. Поэтому я и стала демонстрировать влюбленность в другого, приводить всюду с собой Кифата. Он болтал с Артуро, а я крутилась подле. Рано или поздно Артуро заметил бы меня и отбил у Кифата.

– Марта, ну и дел ты наворотила! – в сердцах сказал Сенито. – Я вот еще, чего не пойму. Зачем после марафона ты в Блэгхолл помчалась?

– Думала, что Любава свое зверье еще вчера отравой накормила. А она приехала, как ни в чем не бывало. Казуара с козой явно себя нормально ощущали. Вот я и решила проверить, была ли вообще доставка в усадьбу. Приехали, а тут эти, – зыркнула она на главного сыщика и мага. – Пришлось остаться, изображать, будто мы Любаву поздравить приехали.

Марту с Кифатом увели. Люба с Иридой отправились в больницу к Констанду. А Сенито пригласил Митю и Артуро посидеть в баре. Соня хотела увязаться за ними, но Яков Вилимович сказал, что она нужна ему в обсерватории. Сенито незаметно от железной горничной пожал графу руку.

Последующие две недели Люба была сильно занята не только делами приюта, но и множеством других вещей.

Как она и обещала Мите, съездила в банк, обналичила сертификат и выплатила помощнику Любавы сверх жалованья солидную премию.

Они с Иридой продали роскошный и ненужный дом в поселке «Царский», на вырученные деньги погасили все отцовские займы и купили Ириде небольшой коттеджик неподалеку от Блэгхолла.

Констанда перевезли в усадьбу. Он теперь всегда с самого утра и до вечера сидит в приусадебном саду в коляске, а из его рта стекает слюна. Отец Любавы больше не может говорить, но зато на его лице неизменно блуждает счастливая улыбка. Констанд стал любимцем всей живности поместья, так как с удовольствием поддерживает их игры.

– У-А-А, – пел Ледок, развалившись на своей льдине посреди бассейна.

– У-А-А, – подхватывал Констанд.

Подросший медвежонок пинал большую пустую бутыль от воды, Констанд подъезжал на своей коляске и толкал бутыль колесом. К пинанию тары подключались и остальные животные. Они бегали за ней по дому, саду и даже кладбищу. Лучше всех броски удавались длинноногой ламе. После ее удара начинались стремительные поиски улетевшей игрушки. Констанд быстро крутил колеса, активно включаясь в гонку. На его коленях, шее и голове, как правило, сидели три полосатых кота. Джем и Олимп лениво наблюдали за всей этой возней, а Гаргула ворчала и иногда прятала от своры бутылку.

За это время у Любы стали налаживаться отношения с Иридой. Раньше она думала, что та совсем равнодушна к дочери и кроме мужа никого не замечает. Но, после случившегося с Констандом и переезда в новый дом, женщина расцвела, стала вести себя уверенно и больше не выглядела забитой серой мышкой.

Как-то вечером Ирида закрыла сувенирную лавку и не отправилась сразу в свой домик, как делала это раньше. Она решительно поднялась в мансарду, где обитала Люба.

– Мама? – удивилась девушка ее приходу.

– Вижу, ты отлично вжилась в роль.

– Что? – во все глаза уставилась Люба на женщину.

– Говори, кто ты такая! – потребовала Ирида.

Люба взяла и все рассказала.