Магическая академия. В кресле ректора - Надежда Игоревна Соколова

по последней моде, насколько я успела в ней разобраться. Очень интересно… Не адепты, да, одеты в обычные наряды, смотрят уверенно, с любопытством. Как будто им тут все в новинку. У адептов такое выражение лица пропадает уже через месяц-другой после начала учебного процесса.

— Добрый день, — вежливо поздоровалась я, едва дверь за Агнусом закрылась и мы остались наедине, — чем могу помочь?

— Я — Стивен, — представился парень, снова действуя не по правилам. Следовало произнести и фамилию рода, чтобы дать понять собеседнику, с кем имеешь дело.

— Лита, — весело улыбнулась девушка.

Я выразительно приподняла бровь, показывая, что имена, конечно, знать надо. Но вот остальное… Кто вы такие, гости дорогие? И самый главный вопрос: что вам обоим от меня надо? А ведь надо, да, судя по выражениям лиц. Понять бы, что именно и чем мне такое появление грозит. Как-то не привыкла я, что порог моего кабинета в академии переступают с подобной легкостью. На такое способен только Димир. Ну… Пока был только он способен.

Глава 49

— Нас послал Арисис, мой отец, — сообщил Стивен.

— И мой дядя, — подхватила Лита.

У меня зачесался язык — сильно, до невозможности, захотелось выматериться. Арисис был богом смерти, ну и моим дядей заодно, в этом мире. Значит, передо мной мои близкие родственники.

— Твой отец?.. — повернулась я к Лите, уже не ожидая ничего хорошего.

— Ротарион.

Чудно. Просто чудно. Теперь я разговариваю с собственной сестрой.

— Вы боги?

— Полубоги.

Ну хоть академия целой останется. А кстати…

— Зачем вас послали сюда?

— Так преподавать же, — пояснил Стивен удивленно, как будто это и так было ясно. — Я буду некромантом.

— А я стану учить приворотам.

Я осознала масштаб ожидавших меня и академию бедствий и, не сдерживаясь, застонала.

— Тебе плохо? — сразу же всполошилась Лита.

Ответить я не успела: в моем кабинете открылся портал, и оттуда шагнул Димир.

Какая прелесть. Не кабинет ректора, а проходной двор.

— Ториса? — требовательно произнес тем временем Димир. — Что-то случилось?

— У меня два новых преподавателя, оба полубоги, вот что случилось, — мрачно ответила я. И уже родственникам: — У вас хоть есть опыт работы по специальности?

— Конечно, — улыбнулась сразу же успокоившаяся Лита. — Я два года отработала в магазине, готовила привороты в основном. Все клиенты были довольны.

— А я стажировался больше года у отца в чертогах, — горделиво вскинул голову Стивен. — Могу продемонстрировать.

— Не здесь, — покачал головой Димир, — Ториса беременна, ей нельзя волноваться.

Вот именно. Мне. Нельзя. Волноваться. А придется, чувствую, что не только волноваться.

Родственники восприняли слова Димира по-другому.

— А тебе можно работать, беременной? — удивился Стивен.

— Ах, ребеночек, — всплеснула руками Лита. — Это так прекрасно!

Я поняла, что еще пара-тройка фраз с их стороны, и я начну убивать, всех, кто попадет под руку. Может быть, даже Димира.

Он, кстати, почувствовал мой настрой, протянул руку, вытащил меня из кресла и открыл портал.

Миг — и мы уже в его спальне во дворце.

— Пусти, — я вырвалась из его захвата. — Там остались эти обормоты малолетние.

— И они тоже хотят жить, — ухмыльнулся Димир. — Не воюй, Ториса. Ничего с твоей драгоценной академией не случится.

Угу. Я поверила, да. Почти.

Но в итоге Димир сумел настоять на своем. И следующие полчаса-час я провела в его дворце, успокаиваясь и заедая стресс фруктами. В то время как сам Димир вернулся в академию — пообщаться с молодыми и перспективными преподавателями.

Я сидела в высоком удобном кресле с резными ручками, жевала дольку за долькой и думала. Мне сложно было понять, зачем отец и дядя прислали этих молодых обормотов. То ли на практику, то ли для слежки за мной. То ли для совмещения «приятного с полезным». В любом случае теперь я находилась под божественным надзором. У меня просто чесались руки написать записку обоим богам и отправить их детей с той запиской куда подальше. Увы. Меня как минимум не поняли бы.

Да и вообще, не стоило начинать общение с новыми родственниками с ссоры. А хотелось, да. Очень.

Скоро вернулся Димир. Он выглядел довольным жизнью. Как же, теперь рядом с беременной супругой постоянно будет крутиться ее сестра.

— Стивен осваивается в кабинете декана некромантов, — сообщил он, — Лита попросила комнату неподалеку от твоей спальни.

Я поморщилась.

— А не слишком ли юн Стивен для поста декана?

Димир хмыкнул.

— Он полубог. Не смотри на его внешность. Лет ему может быть столько же, сколько и Торисе. Или даже больше. Знания есть, сила — тоже.

— А опыт?

— У тебя уже был один, опытный. Вы с банши успешно отправили его на тот свет. Стивен хотя бы не испугается при появлении твоей подруги.

Язва.

Впрочем, спорить я не стала. Беременность пока протекала легко, спокойно. Но живот будет расти с каждым месяцем. А значит, скоро мне придется искать замену на свой пост, хотя бы на полгода. У меня были некие мысли на этот счет. Но я ими пока ни с кем не делилась и обдумывала, как бы аккуратно провернуть желаемое. Так что внезапное и не особо желанное появление двух полубогов в академии было в каком-то смысле мне на руку.

Единственное, придется первое время за ними присматривать, особенно за Литой. Она мне показалась излишне легкомысленной. Словно передо мной находился не взрослый преподаватель, а подросток, первый раз вырвавшийся из-под опеки родителей.

Глава 50

— Ах, Ториса, это так прекрасно, что ты наконец-то узнала, кто ты есть, обрела родственников, ждешь ребенка, — заливалась соловьем Лита.

Мы сидели с ней и пили чай в креслах в ее спальне, находившейся в академии рядом со мной. Едва попав в комнату, гость понимал, что здесь живет натура творческая, ранимая и опасная в общении. Такую лучше не злить ни словом, ни делом. Иначе розовенькие занавесочки на окне превратятся в грозное оружие, готовое задушить обидчика хозяйки. А кресла внезапно оживут и резво поскачут по лестницам и коридорам в поисках своей цели.

В оформлении комнаты преобладали желтые, розовый, сиреневый и красный цвета. Мечта взбесившегося художника, не иначе. Не знаю, кто прививал Лите вкус, но тот явно решил уйти в неоплачиваемый отпуск, едва ли не до конца жизни.

Я, конечно, держала свои мысли при себе, вежливо улыбалась и делала вид, что мне