Тёмная Вестница (СИ) - Фред Винни

Я улыбнулась, она достала следующую книгу:

– Это учебник по контролю тёмной сущности, тебе эти знания не пригодятся, но для общего развития, знать надо.

Я благодарно кивнула, она достала следующую книгу и постучала ногтем по изображению крылатого чудовища на обложке:

– Это один из наших прародителей, Тёмный Вестник, автор сам наполовину он самый, так что знает, о чём пишет. Книга полухудожественная, в ней много ненужных подробностей и отступлений, но зато и много полезного о наших умениях. Но не удивляйся, если не найдёшь в себе и половины того, что здесь описано – все мы разные, у меня совпадает примерно треть.

Я смотрела на обложку, тётя доставала из чемодана кожаную папку, внутри которой лежала самодельная старинная книга, положила её передо мной и накрыла ладонью, как что-то очень важное и родное:

– И вот это я тебе тоже дам. Это дневник моей матушки, копия с копии, я переписала его для тебя вручную, она мне в своё время сделала копию со своего. Свой не отдам, я его до сих пор иногда перечитываю, хотя уже на память знаю. Иногда просто бывают моменты, когда очень нужно понимать, что ты не одна такая, и что с тем же самым уже сталкивалась другая женщина, и её реакции были совсем не такими глянцевыми, как считает абстрактное общество. Общество ошибается, всегда, потому что все мы разные и наши реакции тоже разные, никто не обязан соответствовать чужим представлениям о том, что он обязан чувствовать в определённых ситуациях. Прочитаешь, появятся вопросы – пиши, я приеду. Или звони, у вас скоро будет телефонная связь, мой номер есть в памяти твоего телефона. Вопросы?

Я смотрела на бумаги и стопку книг, думая о том, что благодаря этой глупой наследственности получила такое сокровище, как разговор с тётей Айну, это уже настолько много, что я должна быть благодарна тому древнему демону, который каким-то образом вклинился в блестящую родословную моих эльфийских предков. Тётя – женщина занятая, она уедет, как только мы договорим, нельзя тратить её время на то, что я могу прочитать в книгах. И я спросила:

– Как ты познакомилась со своим мужем?

Она подняла брови и тихо рассмеялась:

– Ого, интересный вопрос. Его выбрала моя мама, и пригласила к нам на банкет в честь завершения очередного папиного проекта. Она тогда постоянно искала для меня мужчин, и приглашала каждый раз десяток-другой, перед балом приносила мне их досье, чтобы я знала, с кем предстоит иметь дело.

– Сколько тебе было?

– Около трёхсот. Она начала намного раньше, как только я закончила аспирантуру, ей не нравилось, что я сижу дома без дела и совсем не играю на арфе, я не любила музыку, не моё это. Она считала, что я кисну дома. Я решила поехать волонтёрствовать, чтобы не мозолить ей глаза, моя группа строила дома для беженцев, целые города с инфраструктурой, для молодых архитекторов это хорошая практика – практически с нуля строится временное жильё, ошибки не так страшны – всё равно город рассчитан лет на тридцать-пятьдесят максимум, потом его демонтируют. Ну и генеральный план, можно не подстраиваться под требования управления архитектуры сохранить какие-то исторические объекты, всё с нуля, в чистом поле, очень интересно. Я проработала там год с небольшим, и потом у меня открылась тёмная сущность.

– Из-за чего?

– Я не хочу об этом говорить, ничего приятного. Я написала об этом маме, она приехала и забрала меня. Какое-то время я жила у них с отцом и лечилась, много читала и изучала свои способности. Потом решила, что достаточно окрепла, чтобы вернуться в проект, а приехав, увидела многие вещи, которые до этого не замечала – там очень много воровали, по документам проходили одни материалы, а по факту строили из других, и из-за этого могло произойти... страшное. От мелких поломок до глобального обрушения. И я – анонимно, разумеется, – стукнула об этом куда следует. Проект приостановили, устроили большое расследование, полетели головы, я вернулась домой к маме с чистой совестью. Она меня чуть не убила, – тётя рассмеялась так заразительно, как будто это было весёлым приключением, хитро посмотрела на меня, – но мне понравилось. Очень бодрило. И позволяло размять ум, что при нашей тепличной жизни бесценно. Когда мама заметила, что я ищу себе новые приключения на нашей родной Грани, она пришла в ужас и стала искать мне мужа ещё активнее, надеясь избавить свой родной город от угрозы в виде моего энтузиазма. И однажды, на одном из балов, я встретила своего мужа.

– Он тебе сразу понравился?

Тётя перестала улыбаться, задумалась, как будто ответить на такой простой вопрос было очень сложно. Сказала с лёгкой улыбкой:

– Он красивый мужчина, ты же видела. Умный, обходительный. Но, ты же понимаешь – его выбирала мама, а они тогда были достаточно богаты и известны, чтобы собирать у себя сливки не только нашей Грани, но и всех сопредельных Миров, там полный дом был гораздо более ярких мужчин, он на их фоне не выглядел чем-то выдающимся.

– Так понравился или нет?

– Скорее, нет. Но я ему, видимо, да – он начал часто появляться в тех же местах, где бывала я, заводить разговоры, очень настойчиво, дарить маме подарки, инвестировать в папин бизнес, он нас как будто окружил и понемногу дожимал. Не то чтобы я была сильно против, – тётя кокетливо поправила волосы, я улыбнулась:

– Он делал предложение тебе или бабушке?

– Сначала мне, я отказала. Я вообще не стремилась к браку, и сказала ему об этом прямо. Он пошёл к родителям, получил у них благословение, но попросил мне об этом не говорить. А мне предложил работу, по специальности, у него были проекты и в области строительства тоже. Но на работе у меня не заладилось – там все знали, что он за мной ухаживает, из-за этого меня в любом направлении встречало как минимум предубеждённое отношение, как максимум – дикая ненависть, злость, зависть и желание подставить. Но мои тёмные умения оказались в этих вопросах настолько полезны и приятны, что я в ответ на каждую нападку выкапывала какие-нибудь грязные делишки нападающих, в этом было столько кайфа, не передать. А после анонимного письма куда следует...

– Мужу? – шёпотом уточнила я, тётя захихикала:

– Да. Тогда он им ещё не был, но умудрялся находить время, чтобы как минимум обедать со мной, а иногда и ужинать, мы много говорили о работе и о сотрудниках, иногда ходили вместе по театрам, сплетники считали, что мы любовники. В общем, через время он предложил мне заканчивать страдать ерундой и заняться любимым делом официально, и сделал меня инспектором по архитектуре и строительству, я набрала себе команду и поехала в турне по объектам. Очень весело было, как в книгах, каждый день приключения, всякие расследования, меня даже пытались убить однажды, не смогли. Мне постоянно дают взятки, иногда такие космические, что просто ах. Я всегда беру, имею право – я не государственный служащий, а сотрудник холдинга. Беру их взятки, каждую документирую, не штрафую, но в отчётах пишу всегда чистую правду, для того и существую. А муж уже сам решает, что с этой информацией делать, ему виднее. Меня все боятся, я это обожаю, – она потирала ладони, как маленькая девочка, мне жутко нравилось на неё смотреть, это давало надежду, что быть счастливой можно, даже если ты немного демон или сильно замужем.

– Вы же недавно поженились?

– Двадцать лет назад, двадцать три в этом году будет. Он очень убедительно попросил, – она изобразила игривые брови, я захихикала, потом перестала улыбаться и спросила шёпотом:

– И вы... делили постель?

– Да, конечно.

Она замолчала, я продолжала на неё смотреть, она немного смутилась и вздохнула:

– Что ты хочешь узнать? Поверь, там ничего интересного.

Я помрачнела, видимо, слишком очевидно, потому что тётя сразу же замахала руками:

– Нет, ты не подумай, что я ему одолжение делаю, это приятно. Не так, конечно, как пишут в книгах, особенно в человеческих и всяких дешёвеньких с Вершин, в мягком переплёте. Да, я тоже читаю одноразовые книги, – она сделала хитренькие глазки, мы рассмеялись, она перестала улыбаться и пожала плечами: – У меня такого не было. Все эти «по её венам растеклась расплавленная лава, а между её ног разверзлась Ниагара» – нет, со мной такого не было, пока ещё, по крайней мере. Если случится, я тебе скажу. Но пока – нет, у меня всё без «вселенной, разорвавшейся на миллиард сверкающих звёзд». Но в целом приятно, рекомендую, если что, – она так забавно хихикала и строила глазки, как будто проблемы вообще никакой нет, мне хотелось ей верить, но своим внутренним чутьём, которое я научилась наконец-то осознавать, я ощущала её страх в глубине души. То ли за меня, то ли из-за того, что она боялась что-то упустить, или наоборот, сболтнуть лишнего. Она как будто заметила и перестала улыбаться, я уточнила: