Анна Тарасова - Нить судьбы

Но теперь Вадим обвинял ее перед Марком!

И Марк…

Лина бросила на него взгляд исподлобья, он был совершенно бесстрастен, слушая, как Вадим очерняет ее перед всеми. Девушка посмотрела на Агнешку, та отвела взгляд.

Она тоже ей не верит?

— И однажды я приехал домой из командировки раньше, думал, устрою ей романтический вечер. Я ведь так любил ее, души не чаял! А эта гадина устроила в нашем доме настоящий притон! Притащила каких-то проституток с улицы, мужиков! И… — Вадим не останавливался. Он все говорил и говорил, брызжа слюной, рассказывая какой мерзкой шлюхой была бывшая жена.

Алина больше этого слушать не могла.

— Хватит! — ее звонкий голос дрожал от ярости. — Все рассказал? Или твоя фантазия обогатилась за эти годы на новые подробности?

— Я не вру! — взвился Вадим, он понимал, что сейчас на кону одна жизнь — либо он, либо она. И свою жизнь он готов вырвать зубами. — У меня есть доказательства! Документы, справки!

— Какие документы, какие справки?! — она гневно подняла голову, — Ты подсовывал мне их на подпись, пока я была под наркотиками, вколотыми твоими же подельниками!

Вадим злорадно наблюдал за бывшей женой. Он видел, как она нервничает, видел, что девушка уже еле сдерживается.

Ничего, пусть оправдывается и дальше, у него, главное, есть, чем свои слова доказать, а у нее — нет!

— Я больше не выдержал ее измен и алкогольных истерик, хотя любил больше жизни, но жить так было невыносимо. Я подал на развод. Правда, я пытался лечить ее, Алька в больницах провела около полугода, а я все оплачивал — и наркологов, и лекарства, и все травмы, что она получала, когда пьяная падала. Я так надеялся на лучшее, что она станет нормальной девушкой, хорошей женой. Но она… — он сделал паузу, явно работая на публику, — она категорически не хотела иметь детей и втайне от меня сделала себе стерилизацию!

— Неправда! — воскликнула девушка, — Это ты сделал!

— Дорогая, но на документе стоит твоя подпись! — ответил ей с гадкой улыбочкой Вадим.

— Я бы никогда этого не подписала!

— Чего не сделаешь в пьяном угаре! — ответил ей быстро мужчина.

— Я никогда не была пьяной! — прошипела ему в ярости девушка, — Я никогда не устраивала дебошей!

— А полицейские протоколы говорят об обратном, — с торжеством смотрел на нее бывший муж. Он топил и топил ее, стараясь выплыть сам.

Ланевский продолжал:

— А недавно мы с ней на приеме у вас столкнулись, господин. Она так обрадовалась, увидев меня, говорила, что любила все эти годы, что готова все забыть, лишь бы я вернулся к ней! Но я не могу, я женат! И тогда она предложила мне обращение. Она пообещала, что сможет уговорить вас, господин, внести мое имя в список на ближайшую церемонию. Я не хотел, господин, но она умеет убеждать. Обещала, что я потом смогу и жену обратить, и ребенка, у меня же ребенок будет скоро. Она клялась, что вы выполните любое ее желание, глумилась, господин, что вы у нее из рук, как собачонка едите! Я не лгу! Это была ее инициатива! Она сама предложила это, господин!

Алина хотела ему возразить, но потом махнула рукой. Все бесполезно, тоже самое было и на суде. Она никак не могла доказать свою невиновность. Девушка перевела взгляд на Марка:

— Это неправда! — тихо, но твердо она произнесла.

Марк молча посмотрел на нее, а затем перевел взгляд на Ланевского. Пристально смотрел, недобро, в глазах его то и дело пробегал какой-то дикий огонек.

Злоба, едва сдерживаемое бешенство.

Сзади пошевелился Инквизитор. Его голос был едва слышен, но раздавался, казалось, во всем кабинете.

— Агнешка, дорогая, ты уже можешь доказать чью-либо невиновность?

Алина обернулась к девушке у окна. Агнешка немного помолчала, затем нехотя кивнула головой:

— Да.

— Хорошо, — прошелестел незнакомец и снова застыл у стены. Дитрих стоял рядом с ним. Палач. Убийца.

— Что-то еще? — спросил у Вадима Марк.

— Это все, мой господин, — с легким поклоном ответил ему Ланевский, — Прошу вас, пощадите! Я не виноват! У меня же жена, у нас будет ребенок, она уже на третьем месяце.

— Мразь! — припечатала Лина, — Меня — под нож, а ей — ребенка?!

Вадим неожиданно резко наклонился и влепил девушке пощечину. Звякнула цепь, едва не задевшая Лину.

— Да как ты смеешь, дрянь!!

Марк успел перехватить его руку, занесенную для новой пощечины.

— Не смей даже дотрагиваться до нее! — он отбросил Ланевского от Алины. Мужчина наткнулся на угол стола и неуклюже упал на пол.

На щеке девушки разливалось красное пятно, в глазах дрожали еле сдерживаемые слезы. Она начала быстро копаться в сумочке в поисках платка, но Марк подал ей свой. Девушка гордо отклонила его руку, и все-таки дрожащими руками вытащила белый кусок ткани. Вампир выхватил у нее платок из рук, намочил из графина и сам нежно приложил к ее скуле.

Марк обратился к незнакомцу:

— Господин Инквизитор, вы достаточно услышали?

Инквизитор повернулся в сторону Агнешки. Та вздохнула и пошла к вампиру, положила ему ладони на виски и зажмурилась. Через несколько минут вампир поднял голову, заглотнул воздуха и снял руки девушки со своей головы.

Сканировала, поняла Лина.

Агнешка сканировала Ланевского, вот зачем понадобился его рассказ.

Марк выступил вперед:

— Помимо того, что вы услышали тут сегодня, я бы хотел подтвердить свое вчерашнее обвинение. Пользуясь тем, что в его руках были сфальсифицированные документы, он шантажировал мою женщину, — он указал на Алину, — Ему требовалось попасть в список обращения. К тому же, действия этого человека в прошлом привели к тому, что клан в лице Алины потерял ровно половину вероятной пользы, так как она не может родить, а значит передать свой дар по наследству. Я вижу здесь очень серьезное ущемление наших интересов.

Инквизитор перевел взгляд из-под капюшона на сидящую девушку.

— Дитя мое, вы понимаете, о чем мы говорим? Вы подтверждаете все то, что сказал понтифик?

— Да, — она опустила голову, — Полностью понимаю и подтверждаю.

— Вы принадлежите стоящему тут понтифику? — не унимался Инквизитор.

— Да, принадлежу! — ясный голос девушки буквально прозвенел.

— Вы даете ему право карать за вас?

— Да!

Инквизитор кивнул.

— Вадим Игоревич Ланевский, вы обвиняетесь в шантаже личного имущества правителя клана с целью получения для себя незаконной выгоды. Также вы обвиняетесь в нанесении непоправимого ущерба члену нашего клана, что затрагивает и интересы клана. Отныне ваша жизнь и жизни всех членов вашей семьи находятся в полном распоряжении господина Марка Росси. Он волен назначить вам наказание по собственному желанию. Правосудие клана обвинило!