Молли Харпер - Основы флирта с обнаженным оборотнем

Оборотень затих, уткнувшись лицом в мое плечо и восстанавливая дыхание. Я закрыла глаза: от тепла камина и дыхания Купера состояние стало мечтательно-сонным. Он отстранился, дотянулся до одеяла, укрыл им нас, положил подбородок мне на плечо и носом потерся о мою шею. Наше дыхание замедлилось, мне показалось, Купер уже заснул, но он вдруг спросил:

– Слушай, а как у тебя это получается? Сохранять равновесие, так изгибаться...

Он сел, я засмеялась и повернулась.

– Единственное, что я усвоила из моего воспитания – это йога. Я научилась делать приветствие солнцу раньше, чем ходить. Теперь я занимаюсь по часу при любом удобном случае, чаще всего, когда жду, пока что-то приготовится в духовке. Так что у меня превосходное чувство равновесия.

Я прикусила его губу.

Он потряс головой, словно стряхивая с себя что-то.

– Все, что ты сказала после «йоги», я прослушал. Ты умеешь закидывать ногу себе за голову?

– Да, умею. А если ты будешь хорошим мальчиком, я закину ногу тебе за голову.

Купер провел рукой по губам.

– По-моему, у меня слюни потекли.

Маленький лоскуток легкой фиолетовой ткани прицепился к руке Купера, и моему переполненному гормонами мозгу потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что я вижу остатки своих трусиков. Я села и огляделась: по всей комнате валялись клочки фиолетового шелка, будто пастельное конфетти. Очень дорогое конфетти.

– Ты порвал мое бельё.

– Ну, знаешь, оно мне мешало, – как будто это могло служить оправданием для уничтожения комплекта от «Ла Перла».

– Ты только что порвал белье за четыреста долларов, – уточнила я.

Купер побледнел.

– Ты выложила за белье четыреста долларов?

– Да.

Купер задумчиво покусал губу.

– Я бы назвал это глупостью, но, честное слово, оно стоит каждого потраченного пенни. – Он ухмыльнулся, эээ... по-волчьи. – Тебе стоит начать записывать все на мой счет.

– О, нет, – отозвалась я, толкая его в грудь. – Ты будешь относиться к моему белью с должным почтением. В следующий раз ты остановишься и оценишь... черт, да ты восхитишься, как чудесно смотрится моя попа в шелке.

– Говоришь, в следующий раз?

– О, заткнись, ты же сам знаешь, что этот раз не последний, – пробормотала я. Тут мой взгляд упал на его бедра, и мои глаза распахнулись в удивлении. – Хм, несколько быстрее, чем я ожидала.

Купер перекатился, пригвоздив меня к полу.

– Я быстро восстанавливаюсь. Понимаешь, дополнительный бонус.

Я вздохнула, а он начал медленно скользить внутри меня.

Оборотни такие озабоченные кобели.

Утром, проснувшись в своей кровати, я поняла, что Купер обнимает меня руками и ногами, и мне очень тепло, хотя все одеяла валяется на полу. Я потянулась и обрадовалась, почувствовав приятное напряжение и легкую боль в мышцах. Они словно бы кричали: «У нас был секс! Много-много здорового секса!»

Купер засопел во сне и обнял меня крепче, когда почувствовал, что я пошевелилась. Я фыркнула и глубоко вдохнула аромат его кожи. Купер прижал меня спиной к своей груди и положил подбородок мне на плечо. Вскоре такой вид объятий станет моим любимым.

– Доброе утро, – пробормотал Купер таким хриплым голосом, каким и должен быть голос оборотня сразу по пробуждении.

– Привет, – отозвалась я, наслаждаясь тем, как его щетина легко царапает мою шею. – Голоден?

– Как всегда, – Купер зевнул, и я вылезла из кровати.

Я укуталась в халат, а Купер обмотал простыню вокруг талии. Штаны он, вероятно, оставил где-то в лесу. Мы совершили налет на холодильник и пришли к выводу, что на завтрак будут французские тосты и бекон. Я выложила на сковороду две полные упаковки бекона – больше, чем смогла бы съесть за несколько недель, но ведь я видела, как Купер поглощает свинину в баре. Если он часто будет у меня зависать, на продукты придется потратиться.

Я отбросила эту мысль, ведь строить планы на счет Купера опасно. Насколько я знала, наши отношения кратковременны, однако, я была уверена, что здесь больше ни с кем спать не буду. Какой смысл? Даже, если бы Бред Питт в метель оказался под моей дверью и умолял согреть его своим теплом, чтобы уберечь от переохлаждения, ни это, ни любой другой трюк для завоевания моего внимания не сравнились бы с Купером и его Могучим Пенисом. Стоит предупредить мужское население Гранди: я для них полностью потеряна.

Хотя, конечно, я в любом случае не жалуюсь, ведь количество оргазмов, которых я достигла за последние девять часов, вполне вероятно, позволит продержаться еще год.

Так что я не стала планировать секс (или отсутствии такового) в ближайшие месяцы, а просто взбивала яйца для французских тостов и размышляла о том, как же довольна будет Эви, если узнает, что все ее прогнозы в отношении Купера сбылись. И о том, как меня нервировало пристальное внимание оборотня ко всем моим передвижениям по кухне. Купер не мог не заметить мое состояние.

– Я тебя нервирую? – усмехнулся он.

– Нет, – выдавила смешок я. – С чего ты взял?

– Ты кладешь чеснок в смесь для гренок, – Купер кивнул на миску, куда я действительно сыпала чесночную соль – к яйцам, ванили и коричневому сахару. Я улыбнулась, закатила глаза и вылила все в раковину. Пришлось начинать заново.

– Это не из-за тебя, просто очки забыла надеть, – чопорно отозвалась я.

– Да, да, только пустые отрицания моего животного притяжения не насытят желудок. Поторопись, женщина.

– Прекрасно, – фыркнула я и разбила еще несколько яиц, – так ты осознаешь, что мы никогда не сможем рассказать Эви о нас, она ведь начнет злорадствовать.

– Я с удовольствием вступлю в программу защиты сексуальных свидетелей, если они отправят нас в один город.

– Договорились.

– Чем хочешь сегодня заняться? – поинтересовался Купер, наблюдая за тем, как я выкладываю первые кусочки хлеба в яичной смеси на горячую сковороду. Я постаралась ничем не выдать радостного возбуждения: он хочет остаться! Мое сознание раздвоилось. Одна часть – гордая, интеллектуальная – приводила веские, разумные доводы за необходимость познакомиться ближе, другая же – похотливая и глупая – кричала: «Секса! Больше секса! Давай послушаем стоны Купера во время оргазма! Хочу Купера обнаженным прямо сейчас!»

Пришлось постараться, чтобы оказаться красноречивее своего подсознания.

– Прости, но вынуждена отметить, у тебя здесь нет одежды, – я прилагала усилия, чтобы выглядеть невинно. – Это, кажется, ограничивает наши возможности.

Купер довольно ухмыльнулся.

– Я надеялся, что ты заметишь.

– Знаешь, нет необходимости надевать маску джентльмена. Если хочешь провести день, занимаясь сексом, так и скажи.