Право любить (СИ) - Риз Лаванда

— Малознакомым? И это после того, сколько я уже рассказал о себе?!! — шуточно воскликнул он, обиженно поджимая губы. — Ладно, не буду приставать. Иногда я жалею, что не могу читать чужие мысли, было бы забавно. …А Рождество я не люблю. И почему тоже отвечать не буду, раз ты такая. Что же я ещё хотел у тебя спросить? …Ты свободна, Софи?

Вот мы и добрались до финального этапа! Из приличия он задал мне этот вопрос, а я из необходимости самосохранения ему совру. А потом пойду и наревусь, прощаясь с несбыточными надеждами в этой жизни.

— Нет, …не свободна. Я замужем, с недавних пор. И спасибо за компанию, мы уже почти пришли. Мне было очень приятно познакомиться с тобой Кайл. Ты неординарный и интересный собеседник. Может, когда-нибудь, мне удастся посетить твои фотовыставки. — Сыграла я хорошо. Сохранила твердость в голосе, уверенный тон. Жаль, что я не видела своих глаз, надеюсь, они меня не выдали, потому что он очень пристально в них всматривался. Я сняла его куртку и благодарно улыбнувшись, протянула ему обратно. Недоверчиво прищурившись, он загадочно улыбнулся, забирая одежду, но при этом он коснулся моей руки. От мимолетного прикосновения меня пронизало одновременно холодом и жаром, сбивая дыхание. Такое странное воздействие на меня имел этот человек. А он всё продолжал молча наблюдать за мной, и уже у входа в гостиницу поинтересовался:

— Значит, ты не дашь мне номер своего телефона? Может, тогда возьмешь мой на всякий случай?

— Нет. Так будет лучше. Прощай, Кайл!

— Спасибо за прогулку, Софи. Извини, если я где-то показался тебе слишком назойливым, это потому, что ты мне понравилась. Приятных сновидений! — грустно улыбнувшись, и не торопясь уходить, он протянул мне руку раскрытой ладонью вверх. Я нерешительно вложила в неё свою, и он быстро поднес её к губам, оставив на моей руке легкий след поцелуя, который стал жечь меня огнём. Кайл развернулся и зашагал прочь, а я, напоследок бросив тоскливый взгляд на его удаляющуюся спину, отправилась к себе в номер.

Устала я ужасно. Оттого, что демон наложил на меня столько правил, ограничивающих мою личную свободу, после общения с Кайлом, я ощущала себя полностью разбитой и растерзанной. Мне понравился этот парень, чуть ли не в первый раз в жизни, именно с ним захотелось потерять голову, безвозвратно влюбиться с первого взгляда, связать себя сильным чувством, таким, в которое я до этого не верила. Почему я не встретила его раньше? Ах, как же мне стало жаль себя, глупую дурочку, с такой надеждой хватающуюся за жизнь. …Как же мне захотелось, чтобы меня полюбил такой мужчина. Как мало в моей жизни было любви!

У меня не было даже сил раздеться. Рука онемела, а пальто всё ещё хранило его запах. Я так и уснула.

Только его пожелания не сбылись. Сновидения не были приятными, а пробуждение не принесло улучшений. Настроение было отвратительное! Других поучала не сдаваться и верить в лучшее, а сама раскисла. В Хартфорд я возвратилась в мрачном молчании и сразу же отправилась в издательство. Где мне пришлось надеть милую маску, и учтиво рассыпаться в приветствиях направо и налево. Камилу я нашла в нашем отделе, они с Антуаном спорили над какими-то снимками.

— Привет всем! Кэм, я передумала уходить из издательства. Моё место ещё не занято?

— Ты шутишь?!! — воскликнули они в один голос. — Конечно, оно свободно, я догадывалась, что тебя потянет обратно. Нужно только сообщить шефу, потому что твой контракт временно заморожен. Здорово, мы снова будем все вместе! — на радостях Кэм даже позволила себе обнять меня на рабочем месте. — Останешься уже сейчас?

— Но сначала я хочу поговорить с тобой с глазу на глаз! — Я покосилась на Антуана, делающего вид, что не услышал.

— Антуан! — железная леди повысила тон. — Ты, кажется, собирался в типографию.

Надув губы, он обиженно фыркнул, но всё же убрался.

— В общем, так Камила, слушай, запоминай и не перебивай. В Нью-Йорке, в клинике «Аданс айс» на лечении находится одна женщина. Её зовут Аманда Ноэл. Вот телефоны клиники. Этот человек мне дорог. Я помогаю ей в память о своём погибшем друге, он не вернулся оттуда, откуда вернулась я. А! — Я согнулась пополам от резанувшей меня боли в груди. Первое предупреждение. Интересно от кого? — Не пугайся. Всё нормально, съела что-то не то. — Остановила я подхватившую меня Камилу. — Так вот, если со мной что-нибудь случиться, пообещай, что ты не оставишь её, будешь навещать от моего имени. В банке я оформила на Аманду счет, когда она снова сможет видеть — вы купите ей новый дом. И ты не дашь ей опять сникнуть. Хорошо? Ты моя страховка на всякий случай, но умирать по своему желанию я пока не собираюсь. Ты ведь пообещаешь мне?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Что ты несешь Софи? А что же тогда с тобой может случиться? У тебя неприятности? — вцепился в меня её настойчивый взгляд.

— Кэм, дай мне слово! — процедила я, упрямо нахмурившись.

— Я сделаю всё, как ты просишь. Только скажи, как мне помочь тебе? Это ведь ненормально, ты вся сжата как пружина! А глаза?! В них ведь одна обреченность! Беспросветная бездна!

— Ты уже очень поможешь мне, если выполнишь мою просьбу, и не будешь задавать вопросов, — вздохнула я с облегчением, добившись своего. — Ну что, теперь поработаем? Дай мне какое-нибудь задание!

Я погрузилась в подборку нового материала, который мог бы быть размещен в нашей рубрике, нарочно отгородившись от себя самой и всего происходящего вокруг, пока меня не выдернул в реальность возмущенный голос Камилы, гневно сыплющей реплики в чей-то адрес.

— Эй, что тут у вас стряслось? — растеряно заморгав, я переводила взгляд с разочарованного лица подруги на насупившегося Антуана.

— Представь, наш гений негатива покидает нас! Предатель! Ему вдруг неожиданно запекло, и он резко решил сорваться в Майами! — выпалила Кэм, жестикулируя резкими движениями рук.

— В Майами? — удивленно поперхнулась я, пожав плечами. Вот уж не ожидала такого резкого поворота от манерного гея. — Что ты там забыл? Будешь щелкать конкурсы в бикини?

Но бедный Антуан, покрасневший от возмущения, наконец, выплеснул наружу всё его чувство оскорбления:

— Вас ведь не волнует, что моя личная жизнь рушиться и летит к черту!!! Вам ведь не понять страдания не похожего на вас! Зациклившиеся эгоистки! Я не могу оставаться здесь, когда моя любовь вынуждена находиться в Майами! Я еду за ним, в противном случае я могу потерять его! Мне плевать на контракт, я не раб этого глянцевого мусора!

— Успокойся, можно же было объяснить всё по-человечески. По-моему, мы как никто можем понять тебя, мой несправедливый друг, мы же столько времени пробыли вместе. Твой неожиданный уход для нас, как нож в спину. Нам нужно осознать. Так что прекрати видеть в нас врагов, Антуан! — мне почти удалось задушить начинающуюся истерику, своим спокойным и ласковым голосом, мой обычный приём против неуравновешенного Антуана. И я, правда, любила его по-дружески, и то, что он покидал нас так внезапно, меня тоже обескуражило, как и Камилу, которая демонстративно повернулась к нам спиной, борясь со своими чувствами. — Антуан, ты же знаешь, как я хочу, чтобы ты стал счастливым. И я, и Камила привязались к тебе. Но если для тебя это действительно так важно, конечно же, ты можешь, вот так взять и круто изменить свою жизнь.

— Важно, как никогда! Пойду собираться. Зайду попрощаться, когда вы успокоитесь! — растрогано и вымучено бросил он.

— Славно поговорили, — буркнула ему в спину Камила. — Любовь у него, понимаешь ли! Ну и что мы теперь будем делать? Ты ведь знаешь, что мне не нужен любой, нам нужен тот, кто родился с объективом, у кого есть дар. У Антуана есть дар, но бог обидел его в другом смысле!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Может, он передумает. Нужно поинтересоваться, может Генри, из «Округа» захочет поработать с нами, он вроде неплохой фотограф.

— В любом случае подумаем об этом завтра. Хватит на сегодня. Я устала, да и ты не в лучшей форме. День сегодня не наш, тем более что он уже закатился. Давай домой! Подвезти? — Кэм, только говорила так, но сама продолжала упорно размышлять, задумчиво закусив губу. Уверенна, что о работе она будет думать и дома тоже.