Плюсик в Чарму (СИ) - Юраш Кристина

- Поздравляю. Я к этому не имею никакого отношения, - вежливо улыбнулась я.  – Я, между прочим, тоже из магической семьи.

– Я знаю. Я учился с Лорелей в одном классе… Она тоже училась на темном отделении. Мы даже повстречались с ней на втором курсе. Я ее помню. Симпатичная, но очень слабая магичка. Еле-еле закончила Академию.

А мне говорили, что она – круглая отличница! Без единой четверки!

- Я больше не донашиваю вещи и мужиков сестры, - отозвалась я, хмуро глядя на отблески свечей на застежках мантии.

- Ничего серьезного. Пару раз поцеловались и все, - произнес Физалис.

- О, я за вас очень рада! – закивала я, нервно гладя Блу. Она положила свою лазурную голову мне на грудь и прикрыла глаза.

- Она хотела, чтобы Филиус поревновал, - послышался насмешливый голос. – Твоя сестра встречалась с Филиусом. Он был на один курс старше. Он учился вместе с моим братом. У них были очень серьезные отношения.

Я резко подняла голову, глядя на красивый профиль. И улыбку.

- Не знала? – на меня смотрели внимательные глаза.

- То есть, - прокашлялась я. – Ректор и моя сестра…

В ответ мне просто улыбнулись.

- И все-таки жаль, что ты немаг, - послышался вздох.

Да плевать, маг я или как! Я смотрела на фотографию Никиты, висящую на стене. Светлые волосы и подозрительно знакомые глаза. Как же я раньше не заметила!

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

«Однажды папа сказал: «Проваливай к своему папке!», - послышался в ушах детский голос.

Если я правильно все понимаю, то есть вероятность, что Никита – сын ректора. И, возможно, именно поэтому Филиус явился сюда лично.

- Я хотел спросить тебя одну вещь, - послышался голос, отрывая меня от игры в Дашу Следопыта. – Бывало ли у тебя такое, что ты смотришь на племянника. И понимаешь, что это скорее ответственность, чем … любовь?

- Бывало, - задумчиво ответила я. – Может, просто мы их мало знаем? И еще не успели полюбить?

- Просто не могу отделаться от этого чувства, - продолжал Физалис.

- А что случилось с родителями Пенелопы? – спросила я, глядя на фотографию Никиты. Интересно, а можно ли узнать наверняка? Может, я подала бы на алименты?

- Примерно тоже, что и с Лорелей, - задумчиво ответили мне.

Я вспоминала девочку и сверкающие заколки в темных волосах.

- Вы ее балуете, - усмехнулась я. – Вы пытаетесь компенсировать ваше внимание подарками. Попросту откупаетесь от ребенка.

- В детстве нас растили в строгости. И не разрешали почти ничего, - на меня смотрели задумчивыми глазами. -  Я помню себя. Поэтому не вижу смысла в чем-то отказывать ребенку. Запретный плод всегда сладок. Ребенок найдет возможность узнать. Но втайне от тебя. А это уже  чревато.

Одна свечка согнулась и потухла. Меня тут учат, как правильно воспитывать детей!

– Не надо меня учить, как воспитывать ребенка! - нахохлилась я злобным воробьем.

- Ты спросила. Я ответил, - послышался голос. От него повеяло холодком.

Несите клей и скотч! У нас тут разговор никак не клеится.

- Почему молчишь? – спросили у меня.

- Не могу избавиться от чувства, что меня считают ниже себя, - ответила я, почесывая Блу. – Это как-то неприятненько.

- Я ничего не могу с собой поделать, - с улыбкой ответили мне. И улыбка стала таять.  – К сожалению. Так к тебе будет относиться каждый чистокровный маг. Нас так учили. И пересилить это сложно. Даже Лорелей всегда говорила, что у нее есть магически-отсталая сестра. И поэтому ее не стали отправлять в Академию.

Отлично! Я еще и магически-отсталая! Здорово! Просто прелестно!

- Что это? – послышался голос, когда я поглаживала разомлевшую Блу.

 Я подняла глаза. И увидела загоревшуюся лампочку.

- Свет дали!!! – обрадовалась я, подлетая с кресла. Одной рукой я загружала ноутбук, а второй снимала с себя Блу.

- Дракону беззубому девку мягкую! – ругался преподаватель. – И ведь знаете, сволочи, что я не имею права применять магию в этом мире! А так бы испепелил!

- Я вас выпущу, если вы согласитесь посмотреть кое-что, - отозвалась я, припав к двери.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Хорошо! – злобно ответил старикашка. Я щелкнула защелкой. Дверь распахнулась. И оттуда вышел насквозь мокрый преподаватель.

- Я еще не допел, - стал жаловаться общительный унитаз.

- Показывайте! И побыстрее! – буркнул дед, стирая капли воды с очков.

Я подтащила его к ноутбуку. Глаза деда расшились.

- Не может быть! – прищурился он. – Это какая-то магия?

- Нет, это техника, - пожала плечами я.

- А ну-ка!– спросил дед, прищурившись в футбольный матч. Прямая трансляция. – Эх, какие смешные. Красные и белые!

Пока я объясняла правила игры в футбол, дед безотрывно смотрел на экран. Он гладил окладистую бородку и кивал.

- А давайте я вам покажу, что такое гироскутер? – улыбнулась я.

- Не-не-не! – возразил дед, ерзая на стуле. – Мне не видно! Все кричат, а мне не видно!

Никогда не думала, что старик будет с таким воодушевлением смотреть футбол. Я сделала ему чай. И накрыла одеялом.

- Нет, ну надо же! – всплеснул руками дед. – Ай-я-яй! Ну как же мог пропустить! Неповоротливый, как беременный дракон! Ну может наверстают?

Я терпеливо ждала, когда матч окончится.  Дед вскакивал, а потом садился снова.

- Эх! Мандрагора у них в штанах! Да что ж такое! – возмутился старикан. – У него руки кривые!

Когда матч закончился, я показала гироскутер.

- Вот ловкач! – усмехнулся старый маг. – А какие фортеля вытворяет!

Он усмехнулся, стряхивая остатки воды.

- Ваши дети заслужили пятерки. Теперь я в этом убедился. Давненько я не был в мире немагов. И как ни прискорбно, я был неправ, - заметил преподаватель. – У вас красивые дети. Девочка в папу явно. А мальчик… эм… видимо, в какого-нибудь очень дальнего родственника.

 В этот момент я выдала струю чая. Она попала прямиком в «отца». Реакция подвела и его.

- А с чего вы решили, что это наши совместные дети? - осторожно начал Физалис. Сначала я кашляла, как Офелия, которую выловили из пруда. Потом, как гном с сорокалетним стажем урановых рудников.

- Ну, вы просто вместе всегда, - пожал плечами дед. - Вот я и подумал…

 Я прокашлялась, глядя осоловевшими глазами на лужу и на мантию. С нее стряхивали капли чая.

- Ладно, я еще раз перечитаю работы и пересмотрю оценки, - покивал старикан. Он направился к порталу.

Я сжала кулачки, в надежде, что пятерку мы все-таки отстояли!

- И рецептик супа напишите, - повернулся ко мне преподаватель, поправляя мантию. – Я после него чувствую себя лет на тридцать моложе!

Пока я писала на бумажке рецептик, ручка прыгала в руке. Надеюсь, что разберет. Я сунула деду бумажку. Тот распрощался и исчез.

- Сколько я тебе должен за все это? – послышался голос Физалиса, пока я искала на столе колпачок.

- Две нервные системы. Одну основную, вторую – запасную, - ответила я, вспоминая, что колпачок ушел умирать еще месяц назад.

- А серьезно? – послышался голос за спиной. Я не оборачивалась. Соблазн попросить что-то существенное рос с каждой секундой. Новые обои, ремонт, кляп для унитаза… Все это выстраивалось в длинный соблазнительный список очень нужных вещей.

- Ничего, - поборола свою жадность я. – Перестань смотреть на меня свысока. Этого будет вполне достаточно.

- Я же сказал тебе, что это непросто. Мы, волшебники, привыкли так смотреть на тех, кто лишен магической силы, - объяснили мне.

- Отлично! – я резко развернулась и встретилась взглядом. – Иди сюда, волшебник! Давай на чистоту. Мне неловко будет выйти с тобой на улицу. Все мои знакомые спросят, в какой могиле я откопала такого Дракулу! А подруги поинтересуются размером кола.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я дерзко улыбалась, чувствуя, что права.

- Если я попрошу забить гвоздь в стену, то не удивлюсь, если, в карете скорой помощи, мы с бригадой врачей будем дружно дуть тебе на отбитые пальцы. А если ты будешь очень стараться, то молоток в пакетике пройдет уликой по делу о самоубийстве, - продолжала я.