Моё Пламя (СИ) - Герас Татьяна

Глава 23

— Семья Ардере немногочисленна, Марша. В последние пару столетий детей у Владеющих рождалось непозволительно мало, да и побочные родственные ветви усердно прореживались в столкновениях на границе с Ангеей. Магов носителей стихии Огня и вовсе осталось несколько десятков, — вздохнул Юстум. — Владеющий — последняя надежда Империи и его благополучие крайне важно.

— Да я уже поняла, — нетерпеливо махнула я рукой, — Что благополучие какой-то девицы, имеющей несчастье оказаться ведьмой, никто ставить во главу угла не собирается. Так что не утруждайся, я не проникнусь великой миссией! — произнесла как можно бесстрастнее.

— Даже и не пытаюсь. Просто ставки и вправду высоки. Порой нам всем приходится чем-то жертвовать, во имя чужих интересов, — пожал он плечами.

— Тебе тоже? — я посмотрела на него заинтересованно.

— Не без этого, Маршалла, — кивнул маг.

Он побарабанил пальцами по столешнице, а потом и вовсе зачем-то взял в руки двузубую вилку, что тут была в ходу, и бесцельно крутил в пальцах, сосредоточенно на нее смотря. Похоже Юстуму вовсе не радовало то, что собирался мне рассказать, но тем не менее он продолжил.

— Не знаю, помнишь ли ты, что женщин магов не существует, есть только ведьмы. У магов иная природа Дара — мы полны стихией, она у нас внутри. У обычного колдуна есть резерв и именно он его ограничивает. Ну, и конечно, мы делаем все чтобы он стал больше: развиваемся, тренируемся и таскаем с собой всяческие безделушки, чтобы не лишиться силы в ненужный момент. А ещё резерв у всех пополняется с разной скоростью. Семья Ардере в этом плане уникальна — мы восстанавливаемся почти мгновенно. Убить любого, разумеется, можно и ангейцы неплохо с этим научились справляться, но значительно сложнее, чем прочих. А уж истинного Владеющего и вовсе победить сможет лишь целая армия. Вот только он все же один и быть в десятке мест одновременно не сможет. И все же его сила нужна для защиты народов Империи.

Юс ненадолго умолк, а я спросила о том, что меня царапнуло в сказанном.

— Ты сказал «мы восстанавливаемся…», ты тоже Ардере? Ганна говорила, что ты родственник Игниса, но тебя именовали Арде?

Юстум поднял на меня глаза, глядя недоверчиво, прищуриваясь, словно искал скрытую издевку в моем вопросе. Но, видимо, увидел лишь искренний интерес.

— Похоже, Марша, ты и вправду не помнишь ни демона! — Он покачал головой. — Я — бастард, ведьма! Всего лишь ублюдок Огюста Ардере, двоюродного брата покойного Фламеля Ардере. Родственники Владеющих не ограничены в связях и пользуются ими на славу. Да и последствия, в виде таких вот байстрюков их не волнуют, — добавил он с видимым равнодушием, — Просто мне суждено было родиться с сильным Даром, — ухмыльнулся он. — Таким как я даруют лишь часть родового имени и немного золота на содержание. И, конечно, не забывают обучить, чтобы было кого посылать в мясорубку войны. Впрочем, это действительно долг каждого мужчины, а уж мага тем более. Вот только у моего папеньки вышла незадача. Его единственный родной и вполне законный сын вырос бездарным прожигателем жизни и весьма слабым колдуном. Собственно, вообще никаким, — поморщился мой собеседник. — Оттого и погиб в первой же стычке, в которую его отправил упрямый и весьма амбициозный отец, годами лелеющий беспочвенные мечты, что стихия выберет именно его мальчика, а не сына своего правящего родственника. — Юс небрежно откинул вилку, которую продолжал машинально крутить в руке, — Отправил, несмотря на явное отсутствие у сына, как желания, так и должного уровня умений. Вот тогда обо мне и вспомнили, правда даже ко двору Волантеса стеснялись представить. Но ведь хоть какой-то маг в семье, правда? Дело-то полезное! — кривоватая улыбка не сходила с губ мужчины, голос звучал язвительно, но в глазах читалась застарелая боль.

Даже страшно представить, какой моральный надлом мог быть в его душе. Хотя детство Марши тоже не отличалось теплом и лаской. Впрочем, как и моё…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Но это не та история, которую я хотел бы тебе рассказать. Прошлое оставим прошлому. Ты же спрашивала про малышку Мирум?

Он дождался моего заинтересованного кивка. Нет, мне, конечно, хотелось расспросить ещё о многом, но, видя явное нежелание развивать тему, не решилась. Вдруг вообще передумает заниматься моим просвещением?

— Так вот, вернемся к вопросу о том, отчего у нас нет женщин-магов. Ведьмы не стихийницы, хотя и умеют слышать и чувствовать определенную магию. Ваша ведовская сила имеет иной источник — стихия в вас не живет, лишь отзывается на внутреннюю силу ведьмы, которая буквально ее притягивает к себе, как магнитом. Ну, а направляете ее вы теми самыми руническими письменами, что вычерчиваете в воздухе. И чем ведьма сильнее, тем мощнее отзовется родственная ей стихия. У таких как ты, проблемы с контролем, особенно при инициации. А ещё вам не нужно следить за резервом и это несравненно огромный плюс, но ещё и предмет зависти. И если бы капризные стихии периодически не отворачивались от своих дочерей, то вы несомненно были бы намного сильнее магов. Но вот незадача, поистине могущественных ведьм, кому сила верна и мощь внутреннего Дара огромна, лишь единицы. И ты, Маршалла Вивьен, одна из них. Полагаю, что и корни многовековой ненависти к умным и независимым ведьмам, найти в этих особенностях довольно просто. А еще, в отличие от девочек в чьей крови просыпается стихия, вам грозит лишь смерть от разъяренной толпы тех, кого заденет в момент активации Дара, да по собственной глупости или подлости. Ну, или от рук фанатиков — от этого стада разъяренных тупых баранов, ведомого вполне себе умным лидером, преследующим собственные цели, никто не застрахован. И ещё, ваш Дар по наследству не передается, словно Темные Сестры отмечают ведовской силой лишь избранных несчастных девчонок. Ты ведь в курсе, когда происходит первый всплеск? — он стрельнул в меня глазами и кивнул с пониманием. Вероятно, моя мина ему все сказала без слов.

— У магических родов все иначе. Силу хранят и стараются приумножить. Пытаются вывести породу, как на дорогой псарне, — брезгливо поморщился Юс, — браки совершают лишь с потенциальными носительницами сильной крови. Владеющие — исключение. Тут случай иной, — вздохнул Юс. — Дети женского пола с кровью магов редко, но все же проявляют силу стихий. Вот только, по неведомой нам причине, она их выжигает. Ни одна не смогла овладеть магией и обуздать Дар, — покачал он головой.

— И что, девочки погибают? — я сама не заметила, как вцепилась в пальцами в подлокотники, боясь услышать ответ. У меня даже голос дрогнул от ужаса, — Всегда?

— Как правило, — кивнул Юстум, подтверждая мои худшие опасения. — Дар, если в этом случае можно так назвать то проклятие, которое убивает малышек, просыпается лет в пять и начинает медленно сжигать свою носительницу. Есть единственный способ поддерживать жизнь таких несчастных — схожая магия, которую Дар не отвергнет. Обычно отцы пробуют спасти своих кровиночек. Кстати, не всегда сила родителя подходит собственному ребенку и это тоже становится неразрешимой проблемой. Девочки гаснут постепенно, сгорая в лихорадке. Вот только даже если кому-то удается забирать излишки стихии, что проникает в маленькое тело, бесконтрольно там хозяйничая, при этом не признавая власти носительницы, это ослабляет самого мага. Странная природа стихийников не приемлет вмешательства такой сырой, можно сказать, «непереваренной» маленькой магичкой силы, пусть и отобранной у родственника. За все приходится платить, а это яд, что серьезно ослабляет. — Юс приподнял кончики губ в ироничной усмешке. — А в нашем мире не позволительна слабость! И чаще всего несчастные родители оставляли попытки спасти дитя, потому что война приходила на порог, и сила мага становилась единственной защитой многих жизней. Правда ещё остается надежда, что если поддерживать девочку довольно долго, то стихия уйдет со временем, устав стучаться в закрытую дверь, оставив ребенка в покое. Такое тоже возможно, если сильно повезет с выполнением всего вышеперечисленного.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})