Когда проснется магия (СИ) - Бегоулова Татьяна

— Переоденься, а то упреешь, — в голосе старухи не было ни намека на сочувствие. Служанка поставила на стол кувшин с тарелкой и бросила на меня абсолютно равнодушный взгляд, будто здесь такие как я чуть ли не каждый день появляются. И после этого меня снова оставили одну. Я взяла хламиду, внимательно рассмотрела и даже понюхала. Вроде чистая, хотя и поношенная. Переоделась, свою одежду повесила на спинку койки, проверила, не выпал ли из кармана артефакт.

Отпив из кувшина и понюхав содержимое тарелки, не стала рисковать. Понятия не имею, что за бурду мне наложили — может чьи-то объедки. Снова забралась на стол и прислушалась. Безрезультатно. Ни звука шагов, ни голосов, только шелест зарослей. Скорее всего окно выходит на так называемые "зады", потому и несет сточной канавой.

Больше ко мне никто не заходил. Светящиеся шары продолжали гореть, а я не могла ни погасить их, ни зажечь снова. По темноте, сочившейся из окна, поняла, что настала ночь.

Просто лечь и поспать я не могла. Как вообще можно уснуть в такой ситуации? Все мое существо требовало найти выход, способ улизнуть отсюда. Стоило только мне задремать, как мое взбудораженное сознание будило меня. Мне казалось, что из окна доносятся голоса, я вскакивала нас стол, прислушивалась. Нет, ничего… и так всю ночь.

Утро я встретила головной болью и ощущением полной безысходности.

Служанка, принесшая мне завтрак, на пару мгновений остановилась возле меня. Я вопросительно посмотрела на неё. На вид ей лет двадцать, не больше. Черные волосы, смуглая кожа. Одета в такую же хламиду как и я, только не такую заношенную. Не удивлюсь, что она мне и пожаловала свою старую одежонку.

— Чего, поплохело что ли тебе? Это с непривычки. Воды пей больше, а то окочуришься, меня потом хозяин живьем сожрет.

Служанка вышла. Я попыталась вспомнить все, что знала об Аргоне из школьной программы. Понятия не имею, как может мне помочь эта информация, но мало ли. Насколько я знаю, до того как Аргон вошел в состав Империи, главным занятием южан была работорговля. А что еще им оставалось делать? Для земледелия климат слишком засушливый. Этим не проживешь. Зато в соседях куча диких и полудиких племен, которые стали источником живого товара. Но после вхождения в состав Империи про работорговлю пришлось забыть. Чтобы Аргон превратился в хорошо развивающуюся и богатую провинцию Император тех времен решил построить именно в Аргоне Академию Магии. И он не прогадал. В Аргон вместе с потоком студентов потекли и деньги, и товары. Аргонцы так привыкли к своему благополучию что уже и не помнили, кому они обязаны своим нынешним положением. Но все из той же школьной программы я знала, что далеко не весь Аргон купается в роскоши. О центре Аргона, где стоит Академия и роскошные особняки, по всей Империи ходят истории. А вот про окраины в учебниках всего пара строк. Тем, кому не отломилось хоть немного от большого пирога, приходиться выживать и надеяться только на себя.

Когда служанка пришла ко мне снова, было уже за полдень. Я попыталась с ней поговорить, но Ранья, как представилась девушка, предупредила:

— Мне запрещено с тобой говорить. Меня накажут.

— Так никто же не слышит.

— Все равно.

— Помоги мне выбраться отсюда.

Ранья недоуменно посмотрела на меня:

— Я что, похожа на дуру? Помоги ей! Ага, сейчас!

— Ну я же не за просто так.

Ранья окинула меня цепким взглядом и скривилась:

— Да что ты можешь предложить? Если ты о своих серьгах, то они ничего не стоят.

Серьги у меня были, действительно, самые простенькие. Серебряные, с маленьким полудрагоценным камнем. Отец считал, что девушкам моего возраста ни к чему дорогие украшения. Но я собиралась купить свою свободу не за серьги. Я показала Ранье артефакт. Глаза служанки вспыхнули интересом, но она постаралась скрыть чувства за безразличием:

— И что это такое?

— Это артефакт. Любой артефактор выложит тебе за него кучу денег.

Я понятия не имела сколько стоит эта вещица, но не в моем положении цепляться за нюансы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И чего он делает?

— Блокирует ментальную магию.

Вряд ли Ранья поняла то, что я ей сказала. Девушку гораздо больше интересовал камень, красиво мерцающий шлифованными гранями.

— Я подумаю, — Ранья протянула руку за камнем, но я убрала артефакт в карман.

— Отдам, когда поможешь выбраться отсюда.

Служанка недовольно дернула плечиком и хлопнула дверью.

К этому разговору мы вернулись вечером. Ранья, принеся мне воды и мало съедобную бурду, стала торговаться.

— Я же должна знать, сколько стоит этот твой камень. А вдруг ты меня обманешь?

— А вдруг ты меня обманешь? — я тоже не вчера родилась.

— Просто пока ты упрямишься, теряешь хорошую возможность улизнуть отсюда незамеченной. Хозяин уехал в верхний город и вернется только завтра. А старая Бинора, когда нет хозяина, пьет ягодную настойку и спит. Так что только я могу решить твою судьбу.

Ранья выжидательно посмотрела на меня. Я колебалась. Если я сейчас отдам ей камень, где гарантия, что она меня не обманет? С другой стороны, не отдам камень — не получу и возможность сбежать.

— Ранья, давай сделаем так. Ты выпускаешь меня и мы идем вместе к артефактору, который говорит тебе стоимость этого камня. Ты получаешь деньги, а я свободу.

Девушка скривилась:

— Нет, так не пойдет. Нас увидят вместе и потом скажут хозяину, что это я тебе помогла. Он меня может так изуродовать, что я никогда не выйду замуж.

Магистр Самель может, в этом я не сомневаюсь. Служанка ушла, оставив меня в размышлениях, стоит ли рисковать и доверять Ранье. Вода в кувшине была со странным привкусом, но мне выбирать не из чего. Пить от духоты хотелось невыносимо, и я сделала два больших глотка. Уселась на койку, вертя в руках артефакт. Вот ведь насмешка — я владею дорогим артефактом, но даже он не может мне помочь. В голове странно зашумело, перед глазами будто поплыло все. Что еще за напасть? Я дошла до двери и заколотила в нее. Ранья будто стояла под дверью. Она приоткрыла дверь и поинтересовалась:

— Чего тебе?

— Мне что-то нехорошо. Кружится все.

Служанка довольно хмыкнула:

— Быстро же на тебя подействовало.

Она оттолкнула меня подальше от двери и я чуть не упала: в ногах была странная слабость, руки будто налились свинцом. Ранья бесцеремонно залезла в карман моего странного одеяния и схватила артефакт.

— Так-то, дорогуша. Думала я буду с тобой церемониться?

Я кое-как доползла до койки и рухнула:

— Ранья, ты чем меня опоила?

— Ничем таким особенным, не переживай. Ты сейчас просто крепко уснешь. А утром встанешь как новенькая. Как раз и хозяин вернется.

— Ну и подлая же ты…

Девушка, спрятав камень за пазухой, вздернула подбородок:

— Я не подлая. Я преданная своему хозяину, поняла? Я — родовая прислуга.

Ранья с достоинством покинула комнату, заперев дверь снаружи. Родовая прислуга?! Вот же я попалась… Родовая прислуга это потомки рабов, которыми владели когда-то жители Аргона. После присоединения Аргона к Империи, рабов переименовали в прислугу, хотя существенно положение бедолаг не поменялось. Они так же работали за еду, их также могли продать или подарить. С течением времени такой прислуги оставалось все меньше — потомки рабовладельцев не желали пятнать свое имя и давали им вольную. Но некоторые южане гордились тем, что они имеют родовую прислугу. А вот чем гордится Ранья не понятно. Додумать эту мысль я уже не успела — меня сморил крепкий сон без сновидений.

Не знаю во сколько я проснулась — в заточении я вообще потеряла всякие ориентиры. Хотелось пить, в горле першило. Пить из кувшина я опасалась, потому умылась и прополоскала рот под рукомойником. Меня все еще качало из стороны в сторону — сказывалась и духота, и скудное питание, да еще Ранья со своей отравой. Я подошла к двери и прислушалась: за пределами моей камеры что-то происходило. Слышались мужские голоса, испуганный лепет старухи. Такой шанс нельзя упускать. Из последних сил я забарабанила по двери кулаками и закричала:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})