Избранница Золотого дракона. Часть 2 (СИ) - Снежная Марина

— Мы оба хороши, — с горечью заметила я.

— Даже спорить не буду, — усмехнулся он. — Но я очень хочу начать все с начала. Именно поэтому предложил тебе такой вариант развития событий. Дать тебе время, чтобы ты перестала видеть во мне врага.

В полном ошеломлении я расширила глаза и не удержалась от того, чтобы изо всех сил не ударить его кулаком в грудь. Кирмунд охнул, и я запоздало вспомнила, что он ранен и едва на ногах держится. А тут еще приходится мои истерики выдерживать.

— Прости, — сдавленным от раскаяния голосом воскликнула и попыталась усадить в кресло. — Пожалуйста, сядь. Я позову лекаря, чтобы осмотрел тебя.

— Неужели на самом деле беспокоишься? — он недоверчиво покачал головой, и это опять кольнуло в самое сердце. Хотя кто виноват в том, что он мне не доверяет, кроме как я сама?

— Конечно, беспокоюсь. — Набравшись смелости, все же решилась сказать ему то, что не осмелилась бы при иных обстоятельствах. — Понимаю, что вряд ли для тебя теперь это имеет такое значение, как раньше… Но я больше не могу скрывать… Я люблю тебя, Кирмунд Адрамейн. Всегда любила… Даже тогда, когда ты вел себя, как бесчувственный мерзавец… И я устала бороться с этим чувством. Да и перестала это делать после того, как приняла для себя окончательное решение…

— Ты говоришь о попытке убить меня? — уже сидя в кресле, он увлек меня за собой, устраивая у себя на коленях. — Я догадался об этом, когда увидел нож в своей постели.

— Все так запуталось тогда, Кирмунд, — я тяжело вздохнула, положив голову на его плечо. — Да и теперь, когда не раз уже прокручивала в голове все, что было прежде, понимаю, что вряд ли бы смогла тебя убить. Даже если бы ты не сказал в ту ночь, что любишь меня. Но те слова… Они окончательно убили ту ненависть во мне, которую я продолжала испытывать… Мы совершили столько ошибок. И я понимаю, что мои слова вряд ли что-то изменят. Нельзя так легко простить то, что я предала тебя.

— Гораздо легче, чем ты думаешь, — мягко сказал Кирмунд, зарываясь пальцами в мои волосы. — И за месяцы, что провел вдали от тебя, я тоже много о чем передумал. Но знаю одно: ты единственная женщина, с которой хочу быть рядом. И те чувства, о которых говорил в ту ночь, не изменились. Я по-прежнему тебя люблю. Понимаю, что нам обоим придется сильно постараться, чтобы оставить прошлое на самом деле в прошлом. Но я готов бороться за нашу любовь, за наше счастье. А ты?

— Кирмунд…

Я даже не думала, что когда-нибудь смогу испытать такую бурю эмоций. Еще недавно мне жить не хотелось, а все вокруг виделось в серых и мрачных красках. И вот весь мир словно осветился, а счастье и надежда, разгорающиеся внутри меня, вызывали такое головокружение, что приходилось судорожно цепляться за Кирмунда, чтобы не упасть.

И пусть я понимала, что легко и просто нам с ним точно не будет — у обоих характеры далеко не идеальные и вряд ли наша совместная жизнь будет столь уж гладкой — ничего лучше я для себя не хотела. Этот мужчина — именно тот, с кем хочу пройти по жизни рука об руку до конца своих дней. И сделаю все, чтобы оставить позади то плохое, что едва не разрушило нашу любовь.

Хочу начать все сначала. С чистого листа, который не собираюсь портить воспоминаниями о былых обидах.

— Я тоже готова, — уверенно выдохнула, поднимая на своего мужчину сияющие глаза.

Неуверенность, все еще отражавшаяся на его лице, сменилась такой бурной радостью и ликованием, что я не смогла скрыть улыбки. И вскоре уже едва не задыхалась под напором горячих губ, властно прильнувших к моим. И даже не пыталась сопротивляться, молчаливо признавая его право на это. Сама не менее страстно отвечала на поцелуй, обвивая плечи Кирмунда руками со всей силой, на какую была способна.

А внутри разливались облегчение и уверенность в том, что поступаю абсолютно правильно. Не хочу больше, чтобы смыслом моей жизни оставались жажда мести и ненависть. От этого никто и никогда еще не становился счастливым. А я уже не могу и не хочу отказываться от своего счастья. Того, что заключено в этом мужчине, так бережно и одновременно страстно прижимающем меня к сердцу.

Вместе мы сумеем преодолеть все преграды, что встанут на пути, потому что у нас есть то, что способно дать гораздо больше сил, чем чувство долга или месть. У нас есть наша любовь — самая мощная сила в мире…

Эпилог

Прошло три года с того момента, как мы с Кирмундом оставили в прошлом непонимание и обиды и решили совместно строить наше счастье. Пару месяцев назад закончилась война с Алыми драконами, которые выступили против нас, едва узнали о смерти Адальброна. Мой Кирмунд снова доказал, что соседям стоит с ним считаться, и после мирных переговоров довольно значительная часть земель противника перешла под наше управление.

Жизнь в наших королевствах постепенно налаживается, и во многом это заслуга главного советника обеих стран — Ретольфа Маранаса. Пусть Кирмунд все еще относится к нему с прохладцей после всего, что произошло, мы с теперешней леди Маранас, моей дорогой подругой Эльмой, верим, что мужчины смогут окончательно наладить отношения. А мы в этом поможем, настраивая их на нужный лад.

Что касается нас с ней, то пока мужчины заняты делами и войной, мы уделяем внимание созданию домашнего уюта и воспитанию детей. Обожаю проводить время с моими сорванцами: близнецами Гурином и Даниром, которые даже в два с половиной года умудряются в полной мере проявлять характер. Они так напоминают в этом своего папочку, что остается только сокрушенно вздыхать. Прекрасно понимаю, какими неуправляемыми и взрывными могут стать в дальнейшем. Глаз да глаз за ними нужен.

Тем более что уже сейчас во всем соперничают друг с другом. Хорошо хоть за один камень преткновения между ними можно не переживать. Каждый получит свое королевство, когда настанет срок. Гурин родился Золотым драконом, а Данир — Серебряным. Так что проблемы с престолонаследием не возникнет. Но все равно я стараюсь пробудить в сыновьях главное — понимание того, что семья — самое важное, что только может быть. И пусть они соперничают в мелочах, но всегда должны любить и поддерживать друг друга в трудную минуту.

Эльма же, глядя на моих малышей, не устает поражаться, как я с ними справляюсь, и не нарадуется на свою очаровательную и спокойную дочку. Маленькой Ларне всего два года. Это совершенно неотразимое создание, унаследовавшее от обоих родителей самое лучшее. Прелестная светловолосая малышка с удивительными, проникающими в самую душу черными глазами, как у отца, и даже сейчас проявляющимся неординарным умом.

То, что мои близнецы души не чают в Ларне, наводит на вполне понятные опасения: как бы и эта малышка не стала для них предметом споров в дальнейшем. Хотя что-то мне подсказывает, что девочка вряд ли позволит кому-то решать за нее свою судьбу. Так что выбор сделает сама, когда придет время. Я же буду только рада породниться с Эльмой и Ретольфом, которых сама давно воспринимаю, как часть семьи. И неважно, что в Ларне нет драконьей крови. Главное для меня — чтобы мои дети были счастливы, а не жертвовали собой ради чувства долга и устаревших обычаев.

Что касается придворных порядков в Дагейне, то мало помалу я искореняю то, что мне там не нравилось изначально, и прививаю те порядки, которые так ценила моя мать.

Что до нас с Кирмундом, то мы никогда не вспоминаем о прошлом и не упрекаем друг друга за старые прегрешения. Мы очень счастливы вместе, и в те моменты, когда Кирмунд может уделить мне больше времени, в полной мере заставляет меня почувствовать, что значит быть горячо любимой и желанной женщиной. А я по мере сил стараюсь сделать так, чтобы ему снова и снова хотелось возвращаться домой, где его всегда ждут и любят…