Академия магии. Дорогу ведьме! (СИ) - Нема Полина

— Ну в связи с последними событиями — походу нет. По их традициям ведь нельзя учиться, — хихикнула Линуэль.

Ага, если нельзя изменить законы, надо подстроить обстоятельства, чтобы закон работал.

— Ему придется заново собирать всех своих жен и невест. Ведь каждая уже освобождена от брака, — усмехнулась я. — Главное, что я не замужем.

— А обряд состоялся?

— Да, — я потупила глаза.

Не хочу разговаривать на эту тему. Но я больше не его жена. Ибо по традициям драконов брак может быть заключен только между мужчиной и женщиной.

Да, его невесты были слишком удивлены, когда мы с Максвеллом выходили из комнаты. И тот студент, который наш брак заключал. Зато помню, как кинула тому под ноги золотой браслет с каким-то плетением. Оказалось, что это такие брачные обереги, которые скрепляют вечный брак.

Зато получила плюшку — вечную жизнь и вечную молодость. И теперь меня мучает, что Максвелл не будет столько жить.

— Может, дракону хоть гребешок подарим? — спросила Линуэль.

— Да ну. У него там четыре невесты, что, ни одна не поделится?

— Могу лифчик одолжить. Хотя у него грудь больше моей получилась, — ответила я, вспоминая, кто получился из принца.

Вот был красивый парень, а стал — длинноволосой драконницей с огромным размером груди. Что ж, это лучше смерти. И теперь он на своей шкуре прочувствует то, что делал со своими невестами. Суровое наказание, но когда кто-то не понимает… Был принц, а стала принцесса, которая будет выживать в условиях собственного мира.

— Не невесты, а четыре свободные женщины. И что ни одна из них его не любит? — спросил Бом.

— Любят его золото и праздную жизнь, — пожала я плечами.

— Странные вы, женщины. Вас заваливай золотом, а вы даже полюбить не можете.

— Мы не странные, просто любим либо золото, либо ушами, — ответила эльфийка.

— Кстати, а чем состязание окончилось? — спросила я.

— Ну, мы проиграли. Но пела ты красиво. Так что похвалили. А я говорил, что мои братья лучшие, — Бом выпятил грудь.

Кто бы сомневался, что его братья выиграют конкурс.

Поверить не могу, что все закончилось. И больше никто хмыкать за спиной не будет, и не будут указывать, как одеваться, что говорить и что делать.

А ведь остался ректор и его братия. Почему они так легко Максвелла отпустили, когда были за то, чтобы дракон за мной ухлестывал? Но любимый насчет этого молчал. Как и о бывшем ректоре. Лишь отвел в комнату, где меня ждали Линуэль и Бом. Что ж, сейчас поддержка друзей не лишняя.

В дверь постучались, когда мы уже в десятый раз смеялись над новой драконицей в академии. Да — жестоко, но порой необходимо. Дверь открыла Линуэль, а на пороге появилась симпатичная девушка с длинными волнистыми волосами, четвертым размером груди и пылающими от злости глазами. Она ткнула пальцем в Бома и показала за дверь, мол, выйди.

— А это, собственно, и есть принцесса, — прошептала я Бому.

— Что она хочет? — шепнул он.

— Чтоб ты вышел. Думаю, как его голос действовал на женщин, так ее голос действует на мужчин, — я пожала плечами.

— Говори, что хотела, при мне, — ответил Бом, обведя ее презрительным взглядом.

Эльфийские лозы потянулись по полу, скрутились в некое подобие забора, не пуская дальше метра в комнату.

Драноница помотала головой. Я посмотрела на свой телефон. Точно! У меня же и наушники есть! Достала их из ящика и надела на Бома. Включила ему музыку, а он начал качать головой в ритм.

— Говори, зачем пришел, — я скрестила руки на груди.

— Веррррни мой прррежний вид, — зарычала красавица женским голосом.

Глянула на Бома, не сводившего глаз с Джерминали.

— Извини, не могу, — я развела руки в стороны.

— Ты моя жена, — прошипела она.

— Нет, я свободная даже по вашим драконьим обычаям. А у тебя есть аж четыре попытки здесь в академии.

— Но они не хотят, не любят меня! — крикнул он. — А у меня вот, — он приподнял свою грудь и отпустил. Та подпрыгнула как мячик. — Тянет к земле и спина болит из-за нее. Мне никто не смотрит в глаза!

Мне б его проблемы.

— Так я тем более не люблю тебя, — ответила ему.

— Ты человек и можешь вернуть мне прежний вид.

— Нет, не могу. Тебе Максвелл все сказал про условие…

— Но я будущий король! Я не могу быть женщиной. И у меня сотня жен.

— Была, — вставила я. — Ты разведен со всеми.

— Я верну себе прежний вид, и ты вновь будешь моей, — на ее ладони вспыхнул огонь и тут же погас.

Ну, у него есть шансы, если Вася признается в любви. Кстати, странно, что его не было на свадьбе.

— Я даже не буду смотреть на то, что ты девушка, — послышался голос Бома.

Я обернулась. Друг стоял с дубиной в руках, угрожающе глядя на принцессу.

— Ты еще пожалеешь об этом в конце года, — Джерминаль ткнул… ткнула в меня пальцем. — Когда я вернусь к себе домой.

— Когда ты вернешься к себе домой, ты на своей шкуре ощутишь все те ограничения, которые вы придумали для женщин, — я пожала плечами. — На твоем месте я бы подумала над поведением и изменилась. Но ты и это не послушаешь. Кстати, раз в месяц держи при себе чистые тряпки.

Принцесса ушла, гневно фыркнув напоследок.

— Кстати, шикарная музыка, — сказал Бом, снимая наушники. — Конечно, наша лучше, но и эта ничего так.

— Кушать хочется, — сказала Линуэль.

Вторым посетителем стал Максвелл. Нас оставили в комнате вдвоем. [О1]

— Лесь, надо к ректору, — Максвелл обнял меня и поцеловал в губы.

— Драконица приходила.

— Да, я заметил, — ответил он. — Но это самая меньшая из проблем.

— А какая самая большая? — забеспокоилась я, ощущая, как мужчина гладит меня по плечам.

— Ректор и компания.

Логично, за такое превращение нас вряд ли погладят по голове.

— Я их видела. Всех: орков, эльфов с длинными ушами… Там, на площадке, — прошептала, уткнувшись в его нос.

— Это когда пела и сняла очки? Я так и понял, что что-то не так. Особенно когда ты смотрела на меня — твой взгляд до костей пронзил. Трудно объяснить… Если уж совсем по-научному — есть волны, которые излучает каждый живой объект. Есть спектры, которое могут увидеть человеческие глаза, а есть, которые вы видите как черноту. Очки позволяют видеть этот спектр, но они сами не дают эту способность. Она провоцируется другими причинами. Что-то изменило твое зрение…

Знать бы еще, чем именно. Ведь даже сейчас я ничего не видела без очков. Я проверяла на Боме и Линуэль. Но мне было бы хуже знать, что мой любимый кого-то убил. Поражает его сила. Он в одиночку завалил дракона. Да еще и пол сменил магией. Хотя учителя говорили, что проклятья — лженаука. Просто не все ими умеют пользоваться. У проклятий свои законы.

Всю дорогу мы шли, держась за руки. Студенты здоровались с Максвеллом. Девушки стреляли глазками, выпячивая грудь, но мой мужчина не обращал на это никакого внимания.[О2] Да, быть преподавателем, способным превращать других во что-то — покруче, чем руководить целой академией. А я и так шла на ватных ногах. Казалось, что случится нечто плохое. И Максвелл был напряжен, хоть и улыбался мне.

А вот ректор, когда мы зашли к нему, выглядел мрачнее тучи. Его верных спутниц на удивление не было.

— Садитесь, — он кивнул на стулья перед своим столом.

— Когда закончится семестр, драконы будут крайне недовольны сложившейся ситуации. Господин Деус, вы создали прецедент и показали силу людей, хотя вам запрещено было использовать магию в стенах академии в этом учебном году.

Говорил он спокойно, но его взгляд не внушал ничего хорошего.

— Да, потому что вы продали ему человека, — вставил Максвелл, сжав мою руку.

— Неполноценного человека. Без магии, без какого-либо преимущества.

— Теперь она бессмертна и с вечной молодостью. Плюс — не без вашей помощи — с магией.

— Мы временно дали ей магию.

Кровь отхлынула от моего лица.

— Еще раз. Их мир обладает магией. В Лесе есть магия. Может, не настолько сильная, как вы дали, но и не слабая, — сказал Максвелл, а я уставилась на него.