Принц и нищая (СИ) - Вознесенская Дарья

Еще и окруженная стеной молчания.

Нет, конечно, со мной и раньше не было большого количества охотников разговаривать, да и уверять, что в столовой стояла полная тишина, я бы не стала — звенели приборы, смеялись о своем большие компании. Но стоило мне встать где или пройти рядом, а то и просто посмотреть в чью-то сторону — они замолкали.

«Не волнуйся, я разберусь» означало для Правящего обнажить мою татуировку — частично, конечно, никто бы мне не дал ходить с голыми руками, плечами и грудью. Татуировку, узор которой мог узнать любой благородный, не зря же они с детства изучали все значимые переплетения, особенности родов и семейных связей, сильные и слабые стороны каждой фамилии.

Это было для них залогом выживания.

Но вот в то, что они видели сейчас, поверить не могли. Понимали, что не шутка, но, до официального представления во дворце Императору, считали возможным относиться к этому неоднозначно.

Да никто и не стал бы передо мной лебезить и прогибаться — кроме разве что самых тщеславных подхалимов, которым не впервой было искать потенциальную выгоду даже у таких как я. И подобные попытки познакомиться и подружиться раздражали меня еще и больше, чем открытая неприязнь к девчонке, «не заслужившей такой удачи».

Я и подумать не могла, что Эльтар примет такое решение — когда он появился на следующее утро аж серый от усталости и объявил, что я отныне его невеста и в глазах других, я опешила.

Будь дело только в Каниже, настояла бы на своем — ну смысл после столького времени скрытничества во всеуслышание объявлять о подобном? Вот только новые обстоятельства заставили даже меня насупиться и согласиться с его требованиями.

Каниж, как оказалось, действовал не просто так.

Нет, в основе своей он именно того и хотел, что демонстрировал — презирал, ненавидел, желал унизить и обладать как женщиной. По собственному уродскому характеру поступал. Вот только последнее время ему в этом умело помогали.

Легкое, почти невидимое — настолько не заметное, что Правящий сумел распознать его только потому, что «влез рыжему идиоту в мозги», чтобы немного почистить неглубокие воспоминания — воздействие оказалось тем последним вливанием в и так довольно порочную личность. И привело к таким последствиям.

Что у там хотел в итоге невидимый кукольник — не понятно. Было ясно одно — моя истинная роль для заговорщиков перестала быть тайной. Как уж это получилось, где и кто из нас выдал себя мы не знали. Но Правящий был в бешенстве. Еще и потому, что не догадался тер Альмади на это самое воздействие проверить раньше.

— Ректор тоже не догадался… — возразила я робко. Но мужчина лишь скривился.

Я уже обратила внимание, что Эльтар крайне болезненно воспринимает все, что мнит собственной слабостью или недальновидностью, и убеждать его, что каждый может ошибаться и никто не всесилен бесполезно.

Не всесилен? Представитель рода тер Олардов?

Ха!

Так что смысла терпеть насмешки по поводу моего "неприличного" поведения не было.

Оставалось терпеть недоумение и неприязнь, особенно от родовитых девиц, которые весь предыдущий цикл не оставляли Эльтара в покое, подстраивая все возможные и невозможные случайные встречи и знакомства. Да еще и несколько из них, в том числе блондинка, жаждавшая заполучить Канижа, ополчились на меня — не безосновательно предполагая, что в уходе рыжего я сыграла свою роль.

Но выступать против пока не решались. Так что я чувствовала себя вполне уверенно — в том числе под молчаливой защитой мужчин.

После обеда я вышла в парк — время до следующих занятий еще было.

Медленно прогуливалась по дорожкам, искренне наслаждаясь теплым днем. Конечно, мне было довольно одиноко, и я безумно скучала по мальчишкам — и все пыталась понять, как же нам увидеться раньше чем в перерыве между курсами — но в целом следовало признать, что с момента, как я решила уйти из воровского клана, моя жизнь совершила удивительный скачок.

И впереди меня ждет не мало открытий. В том числе в той области взрослых чувств, о которых я пока еще мало что знала…

Вздохнула и прикусила губу.

Томление, которое я ощущала каждый раз, вспоминая об Эльтаре и наших с ним поцелуях, наполняло меня тревогой и сладкой болью. А также совершенно новым ощущением неуверенности в себе, которое уже не было связано ни с попытками выжить, ни с потребностью доказать кому-то что-то — или избежать чьего-то внимания. С трудом, но я признавалась себе в совершенно иных чувствах, которые могли быть только влюбленностью.

А может и чем-то большим.

А также тоской по тому, кто не мог находиться рядом со мной.

Эти дни мы совершенно не виделись — очередной виток расследования, да и последние экзамены у Правящего. Конечно, он получил наивысший допуск — и теперь возвращался в Эгер, заниматься своими какими-то неведомыми мне занятиями.

Я нахмурилась, понимая, что беспричинно злюсь на него. За его возвращение, за то, что он порой слишком сложный и вспыльчивый, да еще и ехидный — вон как прошелся по мне, когда я удивилась такому повороту дел с Канижем. Тут же спросил обманчиво-мягким голосом, не слишком ли я расстроилась, что тер Альмади оказался не столь мной очарован, как я думала.

И тут же запретила себе эту злость — он мне не принадлежал и не сказать что давал какие-то обещания. А значит, мне следовало лишь с благодарностью воспринимать все, что дарила мне Судьба… И не страдать в случае если ничего не выйдет — ведь я не принцесса, чтобы моя жизнь стала легендой…

— Илия…

Охнула и тут же покраснела. И широко улыбнулась. Он всегда находил меня — куда бы я не забредала в попытке подышать свежим воздухом и почувствовать себя частью природы. Татуировка работала беспощадно.

— Я попрощаться… — Эльтар выглядел напряженным и смущенным, будто ему прежде не приходилось перед кем-то отчитываться, — Мне уже пора… Но вскоре во дворце будет бал и мы увидимся…Я может и не хотел бы тащить тебя туда, но в глазах общества будет странно выглядеть, если моя невеста не будет присутствовать на празднике, где соберутся все рода.

Следовало отдать Эльтару должное — он умел с легкостью сбросить меня с вершин, на которые я забиралась в своих мечтах. Я почувствовала, как тает моя улыбка. Выдохнула и постаралась не показать, насколько меня задели его слова. Да я понимала, что он относится ко мне уже далеко не так равнодушно и неприязненно, как раньше, да и его желание было совершенно искренним, но вот забыть кто я, а кто он Правящий не мог.

И действовал как и они все исходя из того, что скажут окружающие.

— Конечно. Разве можем мы поступить как-то иначе, — сказала деланно-равнодушно, но получилось довольно язвительно. — Я буду готова. Это все? — постаралась посмотреть на него спокойно.

Кажется, моя реакция не просто ему не понравилась, а взбесила. Это еще почему?

— Илия… — прошипел Эльтар. — Вот что теперь не так? Захр, и как ты умудряешься вывести меня из себя одним своим взглядом…

Он отвернулся, а я смутилась. Может я не совсем правильно его поняла?

Захр!

Но было уже поздно.

Вместо взволнованного Правящего я получила каменную статую, которая холодным голосом дала четкие указания, как следует себя вести, чему научиться за эти дни и что освоить. Ну и браслет, перевитый дорожками сверкающих разноцветных камней, который был не просто самой невероятной драгоценностью, что я когда-либо видела, но и мощным защитным артефактом — да еще и порталом.

— Он отразит практически любой удар. К тому же, меня перебросит к тебе — а тебя ко мне, случись что, — пояснил Эльтар, поджав губы. — Не снимай даже ночью и на полигоне — вообще никогда, понятно? Даже если тебе будет казаться, что он к пределам тебе не нужен…

— Хорошо. Эльтар, я…

— Сообщу позже, когда открою портал в Эгер. И займусь твоим гардеробом, — он на меня не смотрел. Чуть поклонился и исчез.

А я осталась стоять посреди парка.

Чувствуя себя как-то совершенно по-дурацки.