Барбара Эрскин - Шепот в песках

– Вы кого-то подозреваете?

– Нет. Никто на пароходе не взял бы его. Вот дневник – тот представляет большую ценность, и, наверное, кто-нибудь мог бы соблазниться. И Энди, и Тоби – оба предостерегали меня насчет этого, но флакончик – флакончик не взял бы никто.

Некоторое время обе женщины сидели молча. Вдруг откуда-то из недр парохода донеслись звуки гонга. Серина ложала плечами:

– Пора идти ужинать.

– Мы будем говорить что-нибудь? Будем спрашивать, не видел ли его кто?

Серина, поморщившись, покачала головой.

– Я бы не стала. Вы пока еще никого не обвиняете, а может, и вообще не придется никого обвинять, я уверена, что команда вполне надежна и все пассажиры тоже. Нет. На вашем месте я бы пока помалкивала.

Анна последовала совету. Ужин прошел оживленно, и ей без труда удавалось отмалчиваться, слушая болтовню остальных. Всего раз или два она вставляла свои замечания, но большего в общем-то и не требовалось. Утомленные утренней экскурсией в Ком-Омбо, перегруженные впечатления ми, все находились в добродушном настроении, и то у одного, то у другого туриста начинали слипаться глаза.

Омар заготовил для участников круиза очередной фильм, так что мало-помалу все перебрались в салон, где, удобно расположившись, попивали коктейли или кофе.

В конце концов в столовой осталась одна Анна. Вставая из-за стола, Бен наклонился к ней:

– Пойдемте с нами, Анна, дорогая моя.

Анна покачала головой.

– Честно говоря, я немножко устала.

– Ладно. – Улыбнувшись, он подошел к выходу вслед за Энди и Чарли. Выходя, Чарли через плечо бросила на Анну торжествующий взгляд.

Али и Ибрагим начали убирать со столов, а Анна все продолжала сидеть. Наконец Ибрагим, унеся последние тарелки и сметя крошки со скатерти, обратился к ней:

– Вы, кажется, загрустили, мадемуазель? Хотите пива, чтобы взбодриться? Или кофе – прямо здесь? Я принесу. – Его лицо с мягкими чертами от улыбки собралось в складки, а подняв голову, Анна заметила, что его темно-карие глаз очень добрые.

– Спасибо, Ибрагим, с удовольствием. Пожалуйста, принесите мне кофе.

– Но не египетского. – Его лицо снова собралось в тысячу морщинок. На пароходе уже стало притчей во языцех тот неоспоримый факт, что египетский кофе слишком крепок для изнеженных англичан.

– Конечно нет, а то я не смогу уснуть целый месяц. Слабый английский кофе с молоком, Ибрагим, пожалуйста.

Али, закончив уборку, удовлетворенно осмотрел помещение, чтобы убедиться, что все в порядке, и выключил свет, оставив его только над столом Анны.

– Простите, я доставляю вам столько хлопот… – Она сказала это, обращаясь к Али, но он уже исчез в направлении кухни, за которой находились каюты членов команды. Ответил Ибрагим, подошедший с чашкой кофе:

– Никаких хлопот. Я рад услужить вам, мадемуазель. Сидите столько, сколько вам будет угодно, прошу вас, – с поклоном закончил он. На миг на его лице отразилось колебание, он помедлил, словно желая сказать еще что-то, но потом повернулся и ушел.

Сидя в одиночестве в пустой столовой, Анна испытывала странное ощущение. Все помещение было погружено в темноту, если не считать круга света на столе. На стойке поблескивали полированными боками кофейник и контейнеры для еды, уже вымытые и готовые к завтрашнему завтраку. Было тихо, если не считать равномерного, как биение сердца, стука двигателя и плеска отгребаемой колесами воды. «Белая цапля» неторопливо плыла вверх по течению.

Анна задумчиво прихлебывала кофе из своей чашки. Ею владели противоречивые чувства: одна половина ее рвалась в каюту, чтобы почитать дневник и пораньше лечь спать, в то время как другая, если сказать честно, немного нервничала.

Уже допив кофе, Анна еще долго сидела за столом, облокотившись на него и уперев подбородок в сплетенные пальцы обеих рук. Глядя в пространство, она уже почти задремывала с открытыми глазами, поэтому не услышала тихого скрипа открывающейся двери.

– Ага! Значит, вот где вы прячетесь! – К ней шел Энди с двумя стаканами с коктейлями в одной руке. – Надеюсь, не от меня?

Подняв глаза, Анна слабо улыбнулась, машинально глянув при этом на дверь позади Энди – нет ли там Чарли, идущей по горячему следу.

– От вас разве спрячешься! Я и пытаться не стала бы.

Поставив стаканы на стол, он пододвинул один ей.

– Вот, вместо молока на сон грядущий.

– Спасибо.

– Могу я спросить, почему вы сидите здесь, такая одинокая и такая задумчивая? Беда, разделенная с другом… ну, вы сами знаете. Если это поможет вам…

Она даже удивилась, как спокойно и просто ей стало вдруг в его присутствии.

– Я потеряла кое-что. Довольно ценную вещь. Мой флакончик для благовоний. Я знаю, вы считаете его подделкой, но для меня он имеет особое значение.

– Вы могли выронить его где-нибудь? Скажем, в Ком-Омбо, пока мы лазали по развалинам?

Она покачала головой.

– Он пропал из моей каюты.

– То есть… вы хотите сказать, что его украли? – Энди выглядел пораженным. – Может, вы просто сами переложили его куда-нибудь и забыли?

– Хотелось бы так думать, но я уже все обыскала. Вместе с Сериной. Его нет.

– Вы сообщили Омару?

Она снова покачала головой. Как она может сказать ему, что именно его, Энди, она подозревает в первую очередь?

– Я подумала, что стоит еще раз поискать, прежде чем поднимать шум. Это может создать очень неприятную обстановку на борту. А вдруг он как-нибудь сам найдется?

– Если вам нужен подозреваемый, то я на вашем месте подумал бы об этом парне – Хэйворде. Он постоянно выказывает нездоровый интерес и к вам, и к дневнику, и, похоже никому на самом деле не известно, кто он, собственно, такой и чем занимается.

– Ну, интереса он проявляет не больше, чем вы, Энди, – возразила она. – Он совершенно очарован рисунками и акварелями Луизы. Общаться с ним, конечно, нелегко, но я уверена, что он не вор. – Анна посмотрела на часы, вздохнула. – Я собиралась лечь спать пораньше… Фильм уже кончился?

Энди кивнул. Он пил мелкими глотками, глядя на Анну поверх стакана.

– Он был интересный?

– Урок на тему «Как быть хорошим гражданином-мусульманином в современном Египте». – Он улыбнулся. – Да, интересный, но я предпочел бы узнать побольше о древней истории, если уж никуда не деться от уроков.

Анна усмехнулась.

– Лично я не была ни на одном. Они же не обязательны!

– Обязательны, если проходят в баре. – Он откинулся на стуле и скрестил руки на груди. – Ну а каковы ваши впечатления от круиза? Я имею в виду – если не считать вашей потери. У меня такое ощущение, что вам он уже принес довольно много стрессов.