Истинная: Яблоневый Сад Попаданки - Инесса Голд

новом «доме» была проверкой на прочность. Домик смотрителя оказался даже хуже, чем выглядел при свете дня.

Сквозь дыры в крыше на каменный пол накрапывал остаток вчерашнего дождя, а ветер гулял по единственной комнате, задувая в щели и заставляя пламя в полуразрушенном очаге нервно метаться.

Роскошные покои дворца Каэлена Вэйра с их непробиваемыми стенами и вечно горящими магическими жаровнями казались теперь сном из другой жизни.

Я расчистила угол от паутины и какого-то мусора, похожего на старые птичьи гнезда. Разжечь огонь удалось не сразу – дрова были отсыревшими, а мои навыки обращения с кремнем и кресалом, найденными в углу, оставляли желать лучшего.

Наконец, несколько сухих веток занялись робким пламенем. Тепла от него было немного, но сам вид огня успокаивал.

Расстелив на полу свой единственный теплый плащ, я села, прислонившись спиной к холодной каменной стене. Съела последний кусок твердого сыра и лепешку, оставшиеся от дорожного пайка. Желудок недовольно заурчал, требуя нормальной еды. Холод пробирал до костей. Снаружи выли волки – или мне это только казалось? Шорохи, скрипы, уханье ночных птиц – все звуки дикой природы, которые раньше казались бы мне романтичными, теперь внушали первобытный страх.

«Справлюсь ли я?» Мысль билась под черепом испуганной птицей. «Зачем я выбрала это? Не проще ли было смириться, стать тенью, функцией, но жить в тепле и безопасности?» Вспомнился ледяной взгляд Каэлена, презрительная усмешка Изольды… Нет. Не проще.

Я достала из потайного кармана свой камешек. Он был гладким, чуть продолговатым, теплого медового цвета с зеленоватыми прожилками. Мой билет в этот мир. И, как я чувствовала, мой единственный настоящий инструмент здесь.

Сжав его в ладони, я ощутила знакомое, едва уловимое тепло. Оно расползалось по руке, успокаивая дрожь, прогоняя панику. С этим теплом в руке я наконец забылась тревожным сном.

***

Утро встретило меня серым светом и ломотой во всем теле. Спать на камнях, даже под плащом, было не лучшей идеей. Но вчерашняя решимость никуда не делась. Я вышла из домика, поеживаясь от утренней прохлады, и принялась за дело – осмотр владений.

Сад был огромным и диким. Колючие кустарники переплелись так плотно, что местами образовали непроходимые стены. Земля под ногами была твердой, каменистой, но в низинах, ближе к ручью, который я обнаружила у дальней границы участка, она становилась темнее и мягче. Ручей! Это была удача. Значит, проблема с водой решена.

Я узнавала некоторые растения – аналоги земных сорняков, но были и совершенно незнакомые, с причудливыми листьями и странного оттенка цветами. Старые яблони, те самые, что привлекли мое внимание, выглядели больными. Их стволы покрывал толстый слой мха, ветви были сухими и ломкими, многие – обломаны ветром или временем. Но они были живы.

«Нужно расчистить землю вокруг них, дать им воздух и свет», — подумала я, вспоминая основы садоводства с Земли. «Обрезать сухие ветви. Подкормить почву, если найду чем. Здесь должна быть компостная куча, если раньше тут жил смотритель…»

Я направилась к границе участка, где маячили две фигуры моих «охранников». Они стояли у старых, покосившихся ворот, служивших когда-то входом в сад, и явно скучали.

— Доброе утро, — поздоровалась я как можно приветливее. Они коротко кивнули, не сводя с меня настороженных взглядов. — Не могли бы вы… — я запнулась, увидев их лица. Нет, просить бесполезно. — Не подскажете, где здесь можно найти старые инструменты? Лопату, секатор?

Старший, кряжистый воин с сединой на висках, хмуро указал подбородком на полуразвалившийся сарай у домика.

— Там посмотрите, леди. Нам приказано охранять периметр. Не работать.

Понятно. Полагаться можно только на себя. Я кивнула и пошла к сараю. Там действительно нашлось кое-что – ржавая лопата с треснувшим черенком, тяжеленные вилы и секатор, лезвия которого слиплись от ржавчины. Не густо, но хоть что-то.

Я выбрала самую крепкую на вид яблоню, ту, что вчера откликнулась на мой камешек. С трудом, отдирая цепкие корни бурьяна и выкорчевывая камни, я начала расчищать землю вокруг нее. Работа была адски тяжелой. Руки мгновенно покрылись волдырями, спина ныла, пот заливал глаза. Солнце поднялось выше, стало жарко.

Через час я едва дышала, а расчистила лишь крошечный пятачок. Отчаяние снова начало подкрадываться. Тогда я достала свой камешек. Села на землю, приложила его к теплой, чуть влажной почве. Закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, вспомнить то чувство единения с землей, которое испытала вчера. Я представила, как сила камня перетекает в почву, пробуждая ее, наполняя жизнью.

Я сидела так несколько минут, не зная точно, что делаю, просто следуя интуиции. Потом открыла глаза.

И ахнула. Земля вокруг яблони, там, где я ее касалась камнем, словно… вздохнула. Она стала чуть темнее, мягче на вид. И на одной из самых сухих, безжизненных веток яблони, прямо у меня на глазах, набухли две крошечные почки и лопнули, выпустив два нежно-зеленых, бархатистых листочка!

Это было почти незаметно. Случайный прохожий и не обратил бы внимания. Но я видела. Я знала. Магия. Она здесь есть. И она откликается на меня, на мой артефакт.

Восторг захлестнул меня. Я вскочила, забыв об усталости и боли в руках. Появился азарт. Это работает! Мои земные знания, помноженные на эту древнюю магию земли – это может дать что-то невероятное!

Я снова взялась за лопату, работая с удвоенной энергией. Расчистила приствольный круг полностью, разрыхлила землю, насколько смогла. К вечеру я выбилась из сил окончательно, но чувствовала огромное удовлетворение.

Когда я, шатаясь от усталости, брела к домику, то заметила, что стражники снова наблюдают за мной. На этот раз в их взглядах было не только недоумение, но и что-то еще… может быть, легкий страх?

Я решила рискнуть. Подошла к ним.

— Простите, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал от усталости. — Не знаете, какие из этих ягод съедобные? — я кивнула на куст с мелкими темными ягодами неподалеку.

Старший стражник промолчал, но второй, помоложе, с рыжеватыми усами, хмыкнул:

— Эти не стоит, леди. Живот скрутит. А вон те, красные, — он мотнул головой в другую сторону, — можно. Кисловаты, но жажду утоляют. И змей тут много, под ноги смотрите внимательнее. Особенно у ручья.

Это было немного. Но это был диалог. Маленький шаг из полной изоляции. Я поблагодарила его кивком и пошла к домику.

Вечером, сидя у огня, который теперь горел чуть веселее в расчищенном очаге, я чувствовала себя измотанной, но странно счастливой. Я достала уголек из очага и на куске коры, найденном в сарае,