Путь к сердцу (СИ) - Морозова Мария

        - Не переживайте, - махнула рукой Хелена. – Давайте мы вам лучше поможем вашего родственника забрать. Он живой, и это главное.

        - И правда, - господин Андерсон расплылся в улыбке. – Живой же, кочерыжка. Сейчас до дома его довезу и сдам Магде.

        Но это оказалось не так просто. Нет, так и не проснувшегося пьяницу могучий медведь быстро погрузил на свободную телегу и даже не испачкался в сиропе. А вот второе транспортное средство оказалось повреждено слишком сильно. Починить колесо своими силами не удалось, и Соррен принял решение: вместе с грузом и лошадью они отправляются в Лисьи Горки. Там господин Андерсон сдает деверя на руки родным, находит мастера, привозит его сюда, а следователей везет обратно в город.

        В итоге в лесу осталась только одинокая телега да лужа брусничного сиропа на радость местным пчелам. А оборотень с девушкой устроились на задах повозки Андерсона, и вся компания покатилась в деревню.

        Ехать было хорошо. По обе стороны дороги раскинулся сосновый лес. На безоблачном небе светило ласковое летнее солнце. Дул ветерок, а воздух пах мхом, вереском и сосновой хвоей. Короткое лето на суровом севере казалось чем-то особенно ценным. Их хотелось наслаждаться, напитываться, чтобы чувствовать его тепло и аромат даже в самую холодную пору.

        Поглядев на улыбку Хелены, Соррен полез в карман, достал оттуда найденный в лесу цветок купальницы и осторожно пристроил его в рыжих волосах девушки.

        - Спасибо, - пробормотала та и смущенно потупилась.

        Несмотря на свой молодой возраст, Хелена Юнсен не была наивной и понимала, что мужчина ухаживает за ней. Все эти ненавязчивые знаки внимания явно были чем-то большим, чем простоя вежливость. Но вносить ясность в их отношения девушка не спешила. Ей нравились эти ухаживания, нравился и сам мужчина, но он был взрослее, опытнее, да и вообще, это ее старший коллега и бывший куратор. Шаг к более близким отношениям казался Хелене огромным и непреодолимым, как бездонная пропасть. Она только вернулась домой, только начала работать. Что ей делать еще и с личной жизнью?

       - Интересно, как лорд д'Эстар относится к работе шефа Райс? – вдруг вырвалось у нее.

       Бьорн Соррен хмыкнул. Раэн д’Эстар, супруг Ирии Райс, то есть уже год как Ирии д'Эстар, работал у них внештатным консультантом по особо важным делам. И эта пара стала для оборотня примером того, что работа и личная жизнь могут прекрасно уживаться вместе. Они никогда не позволяли себе лишнего на работе, соблюдая строгую субординацию, но всем было видно, как у суровой леди Ирии светятся глаза в присутствие мужа.

        - Знаешь, Хелена, - улыбнулся оборотень, - два взрослых разумных человека всегда смогут договориться и найти компромисс. А любимое дело может быть не менее важно, чем семья.

        - Правда?

        - Я бы не стал требовать от своей женщины бросить работу и осесть дома. Зачем так поступать, если это сделает ее несчастной?

        Девушка еще больше смутилась и опустила голову. Признаться честно, этот вопрос уже давно крутился у нее в голове. Оборотни были существами обстоятельными, хозяйственными и немного консервативными. Их женщины чаще всего сидели дома, занимаясь хозяйством и детьми, а Хелена не хотела для себя такой жизни. По крайней мере, сейчас.

        - А… ваши родители? – спросила она робко. – Они живут в Эрнефъялле?

        - Полгода назад вернулись на Георанд, - охотно ответил оборотень. – У отца разболелась спина, тамошний мягкий климат ему подходит больше. А мама… она хоть и не оборотень, но родину отца любит. Да и дело ей там нашлось, она же лоцманом на рыболовном траулере двадцать лет работала, теперь преподает в мореходной школе.

       - Ого, - пробормотала Хелена.

        Лоцманом на рыболовном траулере… Не самая простая и безопасная работа. И супруг был не против… Может Бьорн и правда не будет пытаться затащить ее в берлогу?

        Покосившись на монументальную фигуру соседа, она дождалась, пока телега подпрыгнет на очередной кочке, и как бы невзначай подвинулась к нему поближе.

        Мужчина сделал вид, что ничего не заметил.

        А потом осторожно подхватил ее под руку. Исключительно для того, чтобы девушка не свалилась.

        - Шеф Райс меня потом живьем съест, если покалечишься, - пробормотал он.

        Хелена сделала вид, что поверила.

        Пели птицы, светило солнце, телега катила в сторону Лисьих Горок, а пара наслаждалась обществом друг друга.

       Небольшая деревня, зажатая между отрогами двух горных хребтов, показалась из-за леса гораздо быстрое, чем хотелось бы Соррену. Господин Андерсон проехал по главной улице и остановил телегу у симпатичного каменного дома под крышей из бордовой черепицы. Услышав скрип колес, оттуда вышла дородная светловолосая женщина. Она прищурилась, глядя на следователей, потом заметила, кто лежит в телеге, и всплеснула руками:

        - Опять нажрался что ли, боров лупоглазый?

        Соррен спрыгнул на землю, помогая спуститься Хелене. Господин Андерсон тоже слез с козел и бочком отошел от благоухающего брусникой деверя, к которому уже спешила, очевидно, жена.

        - Ну точно, нажрался, лосось пустоголовый, - воскликнула она и толкнула мужа в плечо.

        - Магда, я чуть-чуть… - пробормотал тот, не открывая глаз, и всхрапнул.

        - Чуть-чуть? – взвилась она. – А телегу куда дел, чурбан недоструганный?

        Хелена чуть не прыснула от такого количества образных обзывательств. У супруги господина Карла была богатая фантазия.

        - Телегу мы починим, Магда, - подал голос господин Андерсон.

        Лучше бы он этого не делал.

        - Починим? – развернулась к нему Магда. – А я собутыльникам слова не давала!

        - Да ты что! – мужчина поднял руки. – Да я трезвый, как стекло. Да я… просто нашел его на дороге.

        - На дороге?! Ах ты, скотина пьяная…

        Привлеченные криками женщины, начали стекаться ее односельчане. Кто-то смеялся в кулак, кто-то неодобрительно качал головой. Соррен обреченно вздохнул, глянув на чистое небо, потом рассеянно осмотрелся по сторонам. И неожиданно его взгляд зацепился за мужчину. Он стоял, прячась за широкими спинами односельчан, а его лицо показалось оборотню странно знакомым. Этот шрам на лбу и кривое ухо…

        - Бьорн, - тихо ахнула рядом Хелена. – Это же…

        «Грабитель-рецидивист, чей портрет висит у нас в кабинете», - мысленно продолжил оборотень.

        Вот надо было ему тогда ляпнуть, что бандит не побежит на север прятаться от розыска…

        А тот как будто почуял его внимание. Взгляд темных глаз уперся в медведя, и бандит понял, что его узнали. В его зрачках мелькнуло нечто злое, звериное. И время как будто замедлилось.

        Бьорн, видел, как губы бандита кривит недобрая ухмылка. Как он сует руку в карман, доставая небольшой, но явно мощный арбалет. Как поднимает его и целится, нет, не в оборотня, а в стоящую возле него девушку…

        Раздался глухой щелчок, тихий свист и противный звук, который издает разрываемая металлом плоть.

        - Бьорн! – ахнула Хелена.

        В резком и по-звериному быстром прыжке мужчина успел закрыть ее собой. Но сам пострадал. Он попытался обернуться в движении, чтобы плотная медвежья шкура защитила от выстрела, но времени не хватило. И у ног Хелены рухнул получеловек-полумедведь: покрытые бурым мехом руки-лапы, острые когти и жуткое лицо, в котором слилось человеческое и звериное. А в груди, прямо в районе сердца, торчал арбалетный болт.

        Мир Хелены как будто раскололся надвое: в одной его половине кто-то кричал, крестьяне толпой вязали бандита, а в другой умирал мужчина, который стал девушке очень дорог.

        - Доктор, - прохрипела она, - здесь есть доктор?

        - Нет, госпожа, - покачала головой бледная, как снег, Магда, - только травница.