Анжелика - Алекса Корр

Трогай! — приказала кучеру и откинулась на спинку сиденья.

Потом вспомнила о «подарке» зефирки и рассмотрела его сквозь пелену слез.

Это был такой накопитель, по типу наших диктофонов, но темнота в экипаже мешала его рассмотреть и понять принцип работы, а поэтому я просто убрала его в карман.

Когда кучер остановил экипаж и открыл передо мной дверь, я не сразу поняла, что мы приехали. В голове была каша, но, когда он вновь настойчиво протянул мне руку, чтобы помочь выйти из кареты, я взяла, мысленно отпустила себе затрещину, приказала собраться и вышла на улицу.

Вновь окинула взглядом поместье, где, как я думала, я буду счастливой… Но, увы, все мои мечты о счастливой жизни обратились прахом и теперь мне надо придумать, что делать дальше…

Одна, в чужом мире, где женщина всегда должна находиться под опекой либо мужа, либо отца…

При воспоминании отца моего тела, передернулась. Да ни дай Бог, мне оказаться опять в его власти!

Но и оставаться замужем за тем, кто посмел так цинично обойтись со мной… не буду!

Прошла в особняк и распустила слуг отдыхать. Не хватало еще, чтобы кто-то видел мою слабость. Идти в покои герцогини не хотелось, и я прошла в гостиную, где, как и была, в платье, опустилась на пол перед камином, облокотившись спиной на стоящее тут кресло.

Мне всегда помогал думать вид живого огня или плещущихся волн, но пока мне был доступен только огонь в камине. Морем тут, к сожалению, и не пахло.

Смотрела на огонь и пыталась найти выход из создавшейся ситуации, но с какой стороны не посмотри, везде была.опа.

И тут услышала со стороны приглушенные голоса:

— Я же говорил тебе, не будет она травиться… Она сильная…

— Ну, помимо яда, лично я знаю еще как минимум 102 способа покончить с собой…

— Сплюнь…

Обернулась, хотя по голосам уже понимала, кого там увижу и не ошиблась. В углу комнаты стояли Хель и Никодимус и с интересом рассматривали меня…

Вздохнула…

— Да не собираюсь я травиться или еще чего…

Хель с Никодимусом переглянулись, а потом подошли ко мне и уселись рядом.

Спустя минут пять тишины Хель заговорила:

— Ненавижу таких… Вот мои третий, восьмой и одиннадцатый мужья даже думать не смели, чтобы изменять мне…

Услышав это, Никодимус расхохотался:

— Ну, еще бы! И это после того, как ты своих второго, пятого и девятого своей косой приголубила, поймав их кверху задом на их подружках???

Хель обиженно засопела и отвернулась, а Никодимус, вытерев слезы, выступившие из глаз во время смеха, успокоился и спросил меня:

— Девочка ты наша, ну может ты зефи… тфу, мармеладку, хочешь? Говорят, сладкое помогает бороться со стрессом. Ну, или тортик тебе принести?

Покачала головой:

— Не надо…

— А что бы ты хотела, а? Ну, говори, пока мы добрые…

— А можно меня обратно?

Никодимус насупился:

— Нет, не получится… Тело всмятку, да и закопали уже давно… Так что жить тебе только тут и в этом теле… Что другого хочется?

Подумала и покрутила в руках стакан с водой, который мне подала Хель под шумок воды.

— Я бы сейчас выпила… Чтобы забыть обо всем, а утром проснутся с готовым решением проблемы… Но не абы что, а… текилу, который пьют в моем мире… Всегда хотела попробовать выпить немного и закусить лимоном с солью…

Никодимус с Хель переглянулись и заговорщицки подмигнули мне.

— Ну, это-то не проблема, милая, сейчас организуем… Ты, главное, никуда не уходи и ничего с собой не сотвори, пока нас не будет…

С этими словами Хель, а за ней и Никодимус, исчезли, а я осталась сидеть и бездумно смотреть в огонь…

Глава 4

Рэйнар

Никто не предполагал того, что случилось с моим отцом. В один миг ему стало плохо, и он потерял сознание за ужином. Вызванный лекарь не смог сразу ничего сказать, предварительный диагноз поставил «сердечная недостаточность».

Да, отец перед этим схватился за сердце, как говорит мама. Жаль, меня тогда с ними не было, мотался по знакомым мне местам, пытаясь найти следы беглянки… Вот не пойму только, на кой мне это надо было??? Вроде все сказал, а ощущение, что натворил жести…

Известие про отца застало меня в дороге, и я сразу вернулся обратно. Его состояние ухудшилось, и наш хваленый Имперский лекарь не давал никаких положительных прогнозов.

На мой вопрос, может ли это быть отравление, он только развел руками и сказал, что взял кровь и сейчас её проверяют на все известные яды. Оставалось только ждать.

А ведь именно время сейчас играло не в нашу пользу.

Когда мне сообщили, что ночью отец пришел в себя, я уже через несколько минут был у его кровати и он протянул мне Указ, который по его требованию уже составил секретарь, по которому я принимал управление Империей на время его болезни.

Ну, это понятно, оставлять такую большую страну без законного и дееспособного правителя было опасно, мало ли какая мразь решит поднять свою голову, а поэтому принял Указ и стал расспрашивать, как он себя чувствует, что ел и после чего почувствовал себя плохо…

Хотел, как говорится, получить информацию из первых рук… Отец кое-что рассказал и это у меня вызвало подозрения, которые стоило перепроверить, чем я и занимался последующие пару дней.

И вот сегодня мне сообщили о результатах проверки и их срочно надо было обсудить с Даниэлем. У него голова варит неплохо и свежий взгляд со стороны будет не лишним.

Я знал, что он уже вернулся из родового поместья и надеялся застать его в особняке, где он постоянно обитал.

То, что время уже было позднее. Меня не смущало, так как я знал, что никого из его домашнего дома нет, что его жена, о которой он в последнее время отзывался только с придыханием, осталась с вдовствующей герцогиней в герцогстве, а поэтому я спокойно отправился к нему, переодевшись в простые черные брюки и рубашку без всяких регалий и отличительных знаков…

Дверь мне открыл перепуганный дворецкий Савойских с миниатюрой Многоликого в руках и вид он имел несколько пришибленный и бледный.

На мой вопрос про Даниэля, он отрицательно замотал головой и сообщил, что его нет дома. Странно, а где же его черти носят в это время???

Только собрался уходить и навестить столичный особняк, как зацепился взглядом за миниатюру Многоликого