Мой невозможный дракон - Натали Палей

class="p1">Они жили, словно за железным занавесом. А этот белобрысый тип, значит, один из них?

Вдруг почему-то вспомнилось утреннее дурное предчувствие, встреча с Демоном, неудачная поездка в Кестон…

Поймала взгляд, полный ужаса, принадлежащий директору ресторана. Он переводил его с моих волос на поднос и обратно и с каждой секундой бледнел всё больше, хотя, казалось, больше некуда.

Та-ак, похоже, мои неприятности ещё не закончились.

Когда дракон обратил на меня внимание, почувствовала это каждой клеточкой тела. Вдруг испытала совершенно удивительное ощущение: словно в меня попала настоящая маленькая молния, от разряда которой тело тихонько тряхнуло. После началось лёгкое раздражающее покалывание.

До этой минуты я практически не сталкивалась с драконами. Лицом к лицу. Мои жертвы — те, кого я лишала родовых артефактов, — не считаются, так как они никогда меня не видели. Когда шла на дело, всегда пользовалась сильнейшим амулетом по отвлечению внимания. Сейчас же его, по понятным причинам, у меня не было — сегодня встречаться с драконами в мои планы не входило.

Белый дракон смотрел прямо на меня, но у меня создалось впечатление, что будто сквозь меня. Или, скорее, не так. Он словно видел и не видел меня, будто я пустое место. Мошка. Пешка. В общем, что-то незначительное. И именно «что-то».

Дракон остановился в нескольких шагах от меня. За его левым плечом замер директор Дариши, макушкой едва достающий высокородному посетителю до середины груди. Взглядом, полным совершенно нереального страдания, мистер Джойс спрашивал: «Какого… (здесь многочисленные „пи“) ты тут оказалась⁈ И именно сейчас⁈»

Чуть заметно пожала плечами — мол, случайность, и только. Невиноватая я. Я просто стояла, ждала Дару, а вы вдруг пришли.

Дракон подчеркнуто внимательно осмотрел мою невысокую фигуру. От кончиков ботиночек до макушки головы. Он медленно поднимал взгляд, сантиметр за сантиметром, уделяя внимание и скромным ботинкам, и современным брюкам, которые на фигуре сидели достаточно свободно, и закрытой до горла уродливой блузе. Особенное внимание уделил волосам, заплетённым в длинную косу до пояса, уже достаточно растрёпанную. Они у меня непослушные, слегка вьющиеся, поэтому их с трудом сдерживала любая причёска.

Я внимательно, со скрытым скепсисом, наблюдала за этим разглядыванием и заметила, как Мэлвис споткнулся о мой прямой спокойный взгляд.

По уму, нужно было скромно потупить глазки, поклониться низко и замереть в раболепной позе. Я знала это и осознавала, что до сих пор стою с прямой спиной и смотрю в глаза дракону.

Машинально отметила, что мужчина красив. Впрочем, как и все ящеры. С широким разворотом плеч — еле поместился в узком коридоре, с гордо посаженной головой, светловолосый, зеленоглазый. Породистый. С выражением на лице, характерном для всех представителей высшей расы — «Я хозяин жизни. Ты пыль у моих ног».

Невероятно бесит.

Плеснуть, что ли, компотом в надменную морду? Просто так. Чтобы убрать с его лица это дурацкое выражение.

Но свою фантазию я угомонила и стала терпеливо ждать, когда дракон свалит и перестанет меня раздражать и своим взглядом, и выражением высокомерного лица.

Время шло. Дракон безмолвствовал.

Может не испытывать судьбу? Опустить голову, не смотреть так на дракона? Но почему-то всё моё существо воспротивилось этой разумной мысли. Я почувствовала, как из самой глубины стала подниматься ярость на этого незнакомого, по сути, мужчину.

Я сжала зубы.

Этот Мэлвис один из тех, кто считает меня ничтожеством.

Из тех, кто убил моих родных.

Из-за таких, как он, восемь лет назад моё сердце разбилось вдребезги, а мир разрушился.

А возможно, этот ящер и есть один из тех душегубов?

Глава 2

Дракон смотрел на меня.

Я на него.

Время словно остановилось.

Нет, для предполагаемого душегубца данный представитель драконьей расы чересчур молод. Хотя… эти ящеры практически не старели.

— У этой девицы непокрыта голова, — наконец изрёк сэр Мэлвис. — У неё нет служебной униформы. И тёмные волосы. Волос в черепаховом супе вашего гостя тоже тёмный.

Ясно, на что намекает этот скверный дракон.

— Мистер Джойс, я подошла три минуты назад, — перевела взгляд на посеревшего директора Дариши, который вытер белоснежным платком вспотевший лоб. — Дара убежала… — я замялась и мысленно поморщилась, — в одно… э-э… место. Буквально на несколько минут. Отдала поднос мне. Подержать. За это время через меня не проходил ни один подавальщик.

— Это её волос, — голос дракона прозвучал ультимативно.

Мысленно закатила глаза. Даже если мистер Джойс и поверил мне, то будет слушать и слышать только этого типа. С тех пор как драконы завоевали наше государство, уже две сотни лет в Ритании слышат только их — представителей пяти драконьих кланов.

Первоначально правили чёрные, самые свирепые и жестокие по сравнению с другими кланами. В принципе, чёрные нас и завоевали. Прилетели с другого материка, осмотрелись и приняли решение, что Ритания их устраивает.

Напали на нас внезапно, воевали умело и безжалостно, одержали победу стремительно. Сразу приравняли нас к рабам, а прочие расы изгнали из Ритании, которую огородили магическим куполом. Для чего, малопонятно, хотя версий имеется несколько. Одна из них, самая общераспространённая, — другие расы, кроме людей, всецело магические, драконы не хотели делиться магией, которой на нашем материке было в избытке, в особенности в районе Ритании.

После черных к власти пришли белые драконы, самые холодные, расчётливые и надменные, вот как этот «прекрасный» представитель своего клана. Белые отменили рабство из соображений выгоды для государства, которое должно развиваться.

Позднее стали править изумрудные, наиболее лояльные к прочим расам и к людям, в частности. Они даже принимали законы, по которым у нас возросло количество прав и уменьшилось количество обязанностей. Изумрудные даже женились на человеческих девушках, аж два раза, что весьма не одобрили представители иных кланов, поэтому скоро сместили зеленых с трона.

Когда у власти встали рубиновые, мы не вылезали из войн с соседями — орками, эльфами, гномами. Драконы сами не сражались, отправляли людей, почти на неминуемую кончину. Оттого о тех временах никто не любил вспоминать.

После рубиновых несколько десятков лет правили золотые драконы. Немыслимо гордые и мудрые тоже.

Последние двадцать лет Ританией вновь управляли белоснежные, которые когда-то упразднили рабство. Положение людей снова немного изменилось в лучшую сторону. Нас стали допускать до школ и академий, в которых обучались дети драконов, увеличили оплату труда, но… только если ты работал на драконов лично или на империю. В остальном же пропасть между двумя расами оставалась прежней — гигантской.

— Девушка будет уволена, достопочтенный сэр, — низко кланяясь, пробубнил