Хранительница для короля-дракона - Нинель Мягкова

драконами особи обязаны прибыть в Соларион сразу же после… превращения.

Миртис, похоже, понял, что происходит, и встал за левым плечом Немью.

Рада за него, хоть он что-то понимает. Только радость моя не очень искренняя.

У обоих драконьих посланников даже взгляды изменились. Только что они смотрели на меня без особого интереса, как энтомолог на гусеницу, из которой может вылупиться новая, неизвестная науке бабочка, а может и банальная капустница.

Сейчас же на меня взирали собственнически. Прямо-таки хищно и потребительски.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, зачем им нужны женщины.

Вот озабоченные! Своих что ли не хватает, на чужих зарятся?

Я нервно сглотнула и попятилась, глядя на потерявшего всякое обаяние мужчину. Двух мужчин. Сильных и умелых воинов с кинжалами, которые с чего-то решили, что имеют право меня забрать, будто я диван какой!

— Покажите это соглашение! — дрожащим голосом потребовала я. — И предъявите доказательства этого самого превращения! Мало ли, вы так на регулярной основе девиц похищаете, а потом их находят по кускам в лесу!

Умом понимала, что несу чушь, хотя бы потому, что ни один разумный маньяк не признается в этом вслух. А они вполне походили на разумных.

Впрочем, и на маньяков тоже.

На лицах потенциальных массовых потрошителей проступило изумление, смешанное с отвращением:

— Да вы что! Мы наших женщин оберегаем пуще сокровищ. Собственно, они и есть наши самые главные сокровища! — заявил Немью, когда снова обрел дар речи. — Поверьте, никаких злых умыслов, наоборот! Отныне вы не будете ни в чем нуждаться! Малейшие пожелания, любые прихоти, капризы — все исполнят моментально! Лучшие одежды, драгоценности, роскошные покои!..

— Спасибо, не интересует! — отрезала я и, подхватив юбки, бросилась к дому, напрочь позабыв о горничной, ставшей невольной свидетельницей разборки.

Она с трудом догнала меня у самых дверей.

Распахнув створку, я чуть не врезалась в степенного слугу в ливрее с богатой вышивкой. Наверное, дворецкий.

— Отец у себя? — выпалила я и, дождавшись неуверенного подтверждающего кивка, рявкнула Киве: — Проводи!

— Вам бы не стоило так скакать сразу после обморока, — начала было горничная, но под моим яростным взглядом осеклась и молча засеменила вверх по лестнице.

Папаша Силвери разбирал с умным видом бумаги и совершенно не ожидал вторжения деточки с перекошенным лицом. При виде меня он аж вздрогнул.

Думаю, зрелище я представляла то еще — красная, взъерошенная, с разъяренным оскалом и вытаращенными глазами.

— Что еще за соглашение между нами и Соларионом?! — рявкнула с порога, упирая руки в бока.

Некогда мне изображать трепетную фиалку. Что бы он ни готовил родной дочери, я не собираюсь участвовать в этом балагане. И тем более не позволю продать себя, как скотину на рынке!

Мистер Силвери отвечать на поставленный ребром вопрос не спешил. Степенно, с достоинством сложил листочки в аккуратную стопочку, постучал ею об стол, пристроил на краю и лишь тогда обратил на меня светлый взор.

— Дочь, я с каждым днем убеждаюсь, что принял правильное решение, — заявил он и кивнул на стоящее поодаль кресло. — Присядь, ты выглядишь неподобающе. А ты подожди за дверью!

Последнее относилось к Киве. Горничная вымелась в коридор со скоростью света и дверь за собой плотно закрыла.

Только сейчас я поняла, что не постучала, да и вообще позабыла о воспитании. С другой стороны, тут решается моя судьба, не до политесов! Но волосы все-таки пригладила и сделала пару глубоких вдохов, унимая колотящееся сердце.

В семействе Силвери бедняжку Валарию и так не уважают, не будем давать им поводов презирать меня еще сильнее.

— Итак, чем ты, собственно, недовольна? — поинтересовался отец после затянувшейся паузы. — И почему до сих пор не подписала договор? После того как прожужжала мне все уши, что жаждешь стать драконом и тебя не остановят все сопряженные с этим риски, после того как на твою сторону встала даже Алиша и убедила меня, что дочери стоит предоставить немного свободы, тем более что в Соларионе о тебе отлично позаботятся, сразу замуж возьмут и бед не будешь знать… После того как я переступил через свои принципы, позволил тебе отправиться в этот мерзкий Храм и, возможно, умереть, пытаясь превратиться в дракона! Ты еще смеешь быть чем-то недовольной?!

Заготовленные возмущения застряли в горле.

Пришлось прокашляться.

Риски? Вероятность смерти? Да зачем девчонке сдался этот Храм? Чую, из затеи торчат уши мачехи, но не пойму каким боком. От Валарии явно пытались замысловато и хитро избавиться. Возможно, кто-то напел девочке, что после Храма ее ждет новая жизнь, где ее будут холить и лелеять? Как там загнул Немью — любой каприз?

Учитывая отношение отца, думаю, бедняжка ухватилась бы за малейшую возможность быть любимой и выйти замуж за кого-нибудь не слишком старого и довольно привлекательного. Надо отдать должное целителю и его спутнику — мужчины они видные, породистые. Любая барышня витала бы в облаках от счастья, вздумай кто из них посвататься.

— Мистер Глиммер утверждает, что я уже драконица. Как-то сама превратилась. И теперь принадлежу Солариону! — выпалила я.

Ходить кругами некогда. В любой момент в кабинет могут ворваться драконы и потребовать меня выдать. Как там они выразились — отказ от претензий? Стоило вспомнить якобы соблазняющую тираду о нарядах и покоях, в груди снова вскипело возмущение.

— Так это ж замечательно! — мистер Силвери хлопнул ладонью по столу и просиял. — Настоящее чудо! Тебе не придется рисковать жизнью и тесниться в Храме среди черни, позоря наш род. Все складывается просто прекрасно!

— Все просто ужасно! — возразила я. — Меня увезут в Соларион, как какую-то корову, не спрашивая!

— Ты же сама туда хотела, — непонимающе пожал плечами отец. — Передумала?

Прикусив губу, я кивнула.

— Поздно! — отрезал с нескрываемым злорадством папенька года. — Раз драконы признали тебя, придется ехать. У нас с ними договор.

— Что за договор? — обреченно уточнила я. — На него можно взглянуть?

— У меня была копия королевского указа, — рассеянно протянул мистер Силвери и полез в нижний ящик стола. — Ничего секретного, на самом деле. У драконов демографический перекос…

Мужчина покосился на меня через столешницу и поморщился.

— Девочек мало рождается, — пояснил он, как для ребенка.

Не слишком высокого мнения об умственных способностях дочери.

И если честно, я начинаю его понимать.

То есть отвешивать плюхи и обзывать ребенка — последнее