Сломанное отражение - Ирина Игоревна Голунцова

можно сказать, что Куинс пострадал меньше всего. Удивительно, что выдающегося агента Гранта Уорта отправили руководить операцией по зачистке в западной части города.

И да, я мыслю с сарказмом. В стрессовых ситуациях хочется выместить злость.

— Агент Хейкин! Ждал Вас. Мария Хилл сообщила, что вы закончили.

— Хейккинен, — громогласное «тварь» едва не проскользнуло следом, я подошла ближе и добавила: — Агент Астрид Хейккинен, ради бога.

— Прошу прощения, но у нас есть проблема серьезнее. Докладывайте.

Не собирался он просить прощение, и не сожалел ничуть об исковерканной фамилии, которой доставалось раз за разом. Скандинавское происхождение наградило меня не только арийской внешностью, но и подарило сложную фамилию, чтобы я не зазнавалась. Как бы обидно не было, в данной ситуации гордость пришлось проглотить и полностью сосредоточиться на работе:

— Харсимус Ков и Виллидж зачищены, там прятались два читаури. Один из моих напарников был ранен, другой начал преследование одного монстра, а я погналась за другим.

— Да, Стивенсон сообщил о пойманном на Коламбус-драйв, — рассуждал мужчина, отмечая на карте новые цели и обводя район кончиком пальца, вырисовывая тонкую зеленую линию. — Таким образом, Хисторик Даунтаун зачищен. Хорошая работа, агент. Отдыхайте до дальнейших распоряжений. Скоро к нам пребудет подкрепление.

Отдыхать — мне приказали отдыхать, и не воспользоваться подобным моментом было бы глупо. Но едва я подошла к перилам, отделяющим небольшой бетонный обрыв от Гудзона, я не испытала облегчения. Панорама города по ту сторону залива вызывала уныние и грусть, до сих пор над небоскребами поднимался дым — уже не такой густой, как вчера, и тем не менее. Ветер приносил соленый запах с примесью горечи. Но у воды было спокойнее, чем в каменных лабиринтах города, мне всегда нравились моря и реки, близ них я чувствовала себя живой и спокойной. Шум волн и течения имел полезную способность перебивать крики человеческих душ.

— Горячий кофе?

Бумажный стаканчик возник у меня перед носом, и горечь молотых зерен ударила в нос. Хотя, кого я обманываю? Приняв угощение и сделав глоток, я моментально различила знакомый привкус растворимого порошка.

— Фу… ужас какой-то, — не постеснялась я скорчить рожицу, показательно высунув язык. — Места, значит, у них нет в кузове для кофе машины, дрянь, серьезно?

— Это полевая миссия, Астрид, а не туристическая прогулка, — с укором подметила Джемма Симонс, отчаянно пытаясь уберечь распущенные волосы от сильных порывов ветра.

А что творилось у меня на голове? Тугая кичка наверняка выглядела, как птичье гнездо.

— Это не отменяет мое недовольство, — добавив к горечи фразы стервозную ухмылку, мне вряд ли бы удалось победить вкус напитка, и тем не менее горячая жидкость приятно заполняла желудок. Пока не проснулся голод. — Вот черт, теперь и есть захотелось.

— Тебя точно еще не отправили в отставку?

— За что? За личное мнение? Ну… у нас же толерантная страна, так что пусть терпят. В мои миссии не входит быть паинькой.

— И приятным собеседником, видимо, тоже. Тебе бы следить за собой, иначе можешь нарваться на неприятности.

— Что ж… — задумалась я. — Справедливо. Пью за тебя, мудрая женщина.

Джемма только страдальчески вздохнула и покачала головой, искренне негодуя из-за моего поведения. Признаюсь, стресс и усталость, а зачастую и голод, пробуждали во мне — как и в большинстве женщин — яростную колючую стерву, не заботящуюся о чувствах окружающих. А самое противное, что и спорить мне не с кем. Точнее, в приступе злости или попытке доказать правоту я невольно воздействую на оппонента и побуждаю «от чистого сердца» занимать мою позицию. Кто не вырастит в таких условиях самоуверенной эгоисткой?

— Наш командир обмолвился, что к нам скоро пребудет подкрепление. Особое подкрепление.

— Да… — Оглянувшись к палатке, в которой раздавал приказы Грант Уорд, Джемма нахмурилась, и даже показалась взволнованной. — С Джерси, может, мы и управились, но на Манхеттене и в Бруклине все еще много тварей. Простые агенты не справляются, здесь нужна помощь кого-то, как…

Заметив смущенный взгляд девушки, я ухмыльнулась и продолжила:

— Как я? Брось, мои ментальные способности вряд ли помогут нам раздавить армию читаури.

— Не все Мстители сейчас могут принять участие в зачистке, а агентов с экстраординарными способностями у нас по пальцам пересчитать, их практически и нет.

— И они, увы, не могут метать молнии из рук, — в заключении добавила я, почувствовав неодобрение собеседницы. — Так кого присылают?

— Информации мало, но… сказали, что кого-то, кто… почти что метает молнии из рук.

— AveSatana?

— Очень смешно.

Она обиделась. Действительно обиделась, хотя поведением Джеммы зачастую управлял страх, и даже сейчас она боялась — вчерашних событий, текущей миссии, моих слов. Девушка не гонялась за монстрами по городу, ее специальность — биохимия, она собирала биологические образцы с трупов пришельцев, участвовала в сортировке доспехов и инопланетного оружия.

Хотелось бы и мне не марать руки, не подвергаться каждый раз угрозе, а сидеть в лаборатории и проводить исследования, разрабатывать чертежи «супер новационных устройств». Но для этого нужно быть умной, а не едкой на слова, так что все по справедливости.

— Тебе же повезло меньше, да, Эйда? — В задумчивости пробормотала я.

Мы с Эйдой Пирс как несколько месяцев уже не были напарницами. Точнее, начальство посчитало, что я достигла того уровня профессионализма, при котором за мной не требовался круглосуточный присмотр. Зря, зря они так думали. Признаться, без девушки я порой чувствовала себя беспомощным котенком. Мы сблизились в подростковом возрасте, когда «Щ.И.Т.» заменил нам семью.

Команду Эйды направили в Манхеттен, и по обрывкам фраз, вырывающимся из раций, там сейчас было жарко. Не так, как вчера, когда здания рушились на головы горожан, и тем не менее.

Наручный компьютер завибрировал, оповещая о входящем сообщении. Маленький сенсорный монитор на тыльной стороне предплечья отобразил поступивший приказ. Небольшой оказался перерыв, нас перебрасывали на Манхеттен в помощь остальным агентам. В лучшем случае управимся до ночи, а если повезет, так успею заточить сендвич по дороге к месту высадки.

* * *

Говорила мне мама — не бегай с полным желудком, да и после еды. В боку будто камень залег, болезненно придавливая печень, отчего и вовсе хотелось упасть и не вставать. В каменных джунглях Манхеттена охотиться на разведчиков-читаури оказалось невероятно сложно, они умело скрывались среди развалин, и быстро сообразили, что лучшее место для пряток — метро и канализация.

— Уже одиннадцатый час вечера, а я не дома, и даже не в офисе. В метро, в старых заброшенных тоннелях с крысами и мусором.

— Радуйся, что не в канализации, — тактично подметила Эйда. — Как думаешь, много еще их осталось?

Неплохой вопрос. Инопланетяне