Низвержение Света - Тальяна Орлова

не могла, потому что внимательно наблюдала за происходящим. Но «генерал нищих» соизволил ответить лишь через несколько минут – он даже глаза открывать не стал:

– Тише.

Бесконечно спокойная, едва слышимая и блеклая интонация, но остальные «нищие» сочли это приказом и послушно примолкли, а я уже в который раз хмыкнула. Первое предположение было верно: это какой-то отряд и их командир.

Миновало еще не меньше часа до того, как он медленно поднял ресницы – я этот момент не пропустила, все равно он стал самым интересным из пустых мест в этой темнице. А странностей-то прибавлялось, будто я выиграла у богов целый день сплошных чудес. Удивилась я не чистым серым глазам, а серебристым отблескам вокруг радужки – признаку значительного магического резерва. Да у нас тут не просто генерал нищих, а самый настоящий светлый маг.

Озарение ударило в затылок и заставило подскочить на ноги. Я вспомнила, где слышала это странное слово – «Сэрс». Я не слишком хорошо разбиралась в местных магических школах, хоть и пыталась отыскать хоть какие-то книги по местной истории, географии и культуре. Но есть и иной источник новостей – сплетницы, что живут в любом селении. Про орден Сэрс шутники выдумывают весьма забавные байки – и там есть где развернуться. Одна из сильнейших светлых школ, адепты которой достигают невероятного могущества, попасть туда ребенку со средними способностями просто невозможно – да мало кто горит желанием. Дело в том, что обратной стороной их небывалого уровня самосовершенствования является полное подавление человеческих эмоций, потому это направление и носит название «школа бесчувствия». Лучшие из них никогда не прикасаются к женщинам, лишают себя всех земных удовольствий, но взамен получают почти бессмертное существование. В народе их пренебрежительно называют «кастратами» – и я звонче других смеялась, соглашаясь, что такое существование жизнью не назовешь. Но сейчас искренне порадовалась, что с нами здесь заперли именно такого старикашку – если я раньше ставила только на себя, то при новом раскладе готова принять и его помощь.

– Тихо, девочка, – попросили меня шепотом слева. – Ему надо закончить целительскую медитацию.

Но, видимо, названный «Сэрсом» как раз ее и завершил. На меня не смотрел, он вообще ни на кого не смотрел. Взял один кувшин – и залпом его осушил. Затем опрокинул в себя и второй. Надеюсь, нашего спасителя не стошнит, водичка-то не источала особой свежести. После этого еще немного посидел, а потом плавно, одним движением поднялся на ноги.

– Уши, – снова прозвучало от него только одно слово.

Я ничего не поняла, но слева заорали, будто были переводчиками с древнего языка на современный:

– Зажмите уши! На пол, живо!

Хоть я и прижала ладони к ушам, но от оглушительного свиста покачнулась. Видимо, надо было припасть к полу, тогда не так сильно зацепило бы магической волной. Но направлена она была не на меня – удар сотряс все здание целиком, а не только нашу скромную подвальную обитель. Решетки отлетали, вырывая замки с корнями. Выскакивать вперед я не спешила – понятно, что на шум теперь сбежится вся охрана, и все еще ставила на Сэрса.

Он вышел в дымный проход, отвел в сторону левую руку. Воздух заискрился, и из его ладони в пространство вытек меч с серебристым лезвием. У меня перехватило дыхание. Он не просто светлый маг, адепт какой-то там школы кастратов-идиотов, он – кейсар минимум первого круга. У светлых только кейсары обладают достаточным могуществом, чтобы призывать оружие. Ай да дедок! Как же нам всем с тобой повезло!

Похоже, барон все еще не вернулся с охоты, а вся охрана поместья, слетающаяся по лестнице галдящими чайками, не могла остановить кейсара. Он даже не напрягался – расправлялся с ними как с безрукими и безногими младенцами. Только раз под его ногами мелькнули круги магии, когда на него налетели сразу трое. Кажется, кругов было два, а может, даже целых три – я не успела разглядеть, поскольку они сверкнули серебром в воздухе только на миг. Я посчитала его шестидесятилетним, но теперь понимала, что ошиблась – для двух или трех кругов кейсара он должен быть уже очень-очень старым – возможно, ему уже сотни лет. А двигался он совсем не по-старчески – чем больше я на него смотрела, тем сильнее бросались в глаза странности. Я немало повидала стариков-вояк на своей родине. Демоны даже в преклонных годах могут быть непобедимыми бойцами – и все же в их движениях угадывается некоторая тяжесть. Но этот со спины выглядел высоким стройным юношей.

Он упрямо шел вверх по лестнице, пока не оказался на улице, но и там одолеть его никому не оказалось под силу. Мы же в некотором отдалении следовали за своим спасителем. Когда он расправился со всеми, не согласившимися с нашим побегом, узники кинулись врассыпную – кто-то, кто уже и на ногах от измождения держаться не мог, уползал на четвереньках. Перед Сэрсом остановилась лишь его пятерка подчиненных, а я любопытной кошкой замерла за спиной крайнего.

Его голос снова прозвучал спокойно и тихо, и на этот раз он поусердствовал и использовал куда больше слов:

– Возвращайтесь и расскажите господину. Дальше я сам.

– Один? – возмутился старший. – Господин Сэрс, вы ранены! Да, мы обязаны сообщить герцогу Мейзу, но это может подождать!

– Исполняйте.

Развернулся и, не дожидаясь ничьего одобрения, зашагал в сторону высоких ворот. А я подалась за ним, просто пытаясь пока не упустить из виду. Да, кейсар – самый опасный для меня человек. Если меня до сих пор не раскусили, то как он на подобное способен. И если догадается – я умру в течение секунды. Но с другой стороны, где еще я найду местечко теплее? Он уже ушел из своего ордена – служит теперь какому-то герцогу. В подштанники он ко мне не полезет – ему это не надо ни от меня, ни от других женщин. Я могу еще много лет не начинать продавать свое тело за кусок хлеба! При этом могучем старикашке служат приличные люди – живи я среди них, вообще о спокойствии и безопасности заботиться не буду.

– Господин Сэрс! – окликнула я, когда он уже вышел на дорогу.

Обернулся и застыл, будто бы впервые за все время заметил мое присутствие. Не переспросил, просто ждал, когда сама сформулирую просьбу – ему, видимо, все произносимые слова доставляют невыносимую боль.

– Господин Сэрс! – повторила я. – Можно мне пойти с вами? Я не надеялась когда-нибудь увидеть настоящего кейсара. Хочу к вам в ученицы! Я очень талантливая, правда! Могу прислуживать, стирать ваши вещи, готовить похлебку…

Он нехотя разомкнул тонкие сухие губы и ответил:

– Нет.

Почему-то другого я и не ожидала. И моя магия темная – ее при нем ни в коем случае нельзя обнажать. Но многие их заклинания подвластны и мне: кто еще меня при Свете возьмется обучать? Сейчас главное навязаться, а потом разберусь.

– Господин Сэрс, – я широко улыбнулась, зная, какой эффект на мужчин уже начинает производить моя улыбка. – И, кстати, почему Сэрс? Это разве не название ордена? Вы такую фамилию из-за ностальгии по учебе носите? И почему «господин», а не какой-нибудь «магистр»? Вам бы зваться «генералом» тоже подошло! Не проявите ли доброту к сироте, которой больше некуда податься? Ваши солдаты – благородны и честны, сразу меня защищать принялись, вы не хотели бы показать им дополнительный пример сострадания? Я буду полезной, обещаю!

Немного просчиталась, решив его заболтать ерундой или смягчить сердце врожденным очарованием – не на того напала. Ожидала, что теперь он меня никаким ответом не удостоит, но Сэрс все-таки повторил, да еще так многословно и красноречиво, что я загордилась:

– Нет. Уходи.

– Меня зовут Ви, – услужливо подсказала я.

На что он демонстративно наплевал:

– Скоро сюда придет армия герцога Мейза навести порядок. Можешь случайно пострадать.

И только после этого пошел дальше, больше не обращая внимания на оклики. Общаться с таким человеком очень сложно. Не зря он мне с первого взгляда не понравился – я эмоциональная, мне претят люди, по лицам которых ничего не поймешь. Вот конкретно по этой морщинистой морде не получится даже с уверенностью сказать, жив ли он вообще.

Интересно, как прислужникам барона удалось его схватить? Неужели тоже ворованными яблочками отравился? Тогда у нас с ним намного больше общего, чем он пытается показать.

Глава 2. Служитель Света

Сэрс открыл глаза посреди ночи и прислушался к ощущениям. Ни внутри, ни снаружи его палатки никаких странных звуков не доносилось. Один из его людей нес караул, остальные отсыпались, а лес шелестел лишь звуками, положенными мирной ночи. Однако он сел на развернутом одеяле и почти поморщился – настолько непривычно