Дракон в подарок (СИ) - Айлин Лин

лишь в пору юности молодёжь отправляют в путешествие, посмотреть мир и набраться опыта. Гномы живут внутри гор, точнее под ними, они лучшие рудокопы и маги земли. Их оружие славится на весь мир. Орки — степняки, отдельные племена обитают в предгорьях, но таких мало.

— Вот бы посмотреть на всех… — я мечтательно прикрыла глаза.

— Так за чем дело стало? В Лоделике хватает разных… — Дол с торжеством на меня покосился, словно самолично собрал все расы, ради такой замечательной попаданки, как я.

— Здорово! Посмотрю на эльфов, пока ваши маги меня назад не отправят.

— Я бы не советовал леди общаться с другими расами, — это уже замечание Риона.

— Почему? — ага, щаз-з-з, чтобы я пропустила такое приключение? Мне, может, никогда больше не представится такой возможности увидеть настоящих орков, гномов и прекрасных эльфов.

— Как вам объяснить. Эльфы — снобы, и так помешаны на своём этикете, что даже косой взгляд сочтут за оскорбление. Гномы угрюмы и молчаливы, даже высокомерны. Драконы вспыльчивы.

— Гордецы и забияки, чуть что в драку лезут, всё честь свою блюдут — заметил Дол, потешаясь.

Рион цыкнул на него и продолжил:

— А с орками леди вообще общаться не пристало. Грубые, неотёсанные, не питающие должного почтения ни к дворянам, ни к самому королю. К тому же любят выпить и помахать кулаками. Украдут вас и увезут в степь, поминай как звали.

— Угу, уяснила. В степь к оркам не хочу… А эльфы и правда удивительно красивы? — вот сейчас и узнаем, так ли правдивы наши книги.

— Посмотри на Долерона, — это когда мы на ты перешли? Ах, да, я же вроде как дворянка.

— А что с ним? — вопросительно повернулась к пажу. В темноте его лицо было видно плохо, но, когда мальчишка повернул голову, и «словил» лунный свет, убедилась, что не показалось — паж оказался весьма привлекательным малым. Тонкие черты, глаза в пол-лица, хотя как не приглядывалась к его ушам, ничего необычного не заметила. — Значит ты эльф?

— Полуэльф, моя мама — человек, — судя по всему, мы затронули не самую приятную для парнишки тему, он поник, потупив взор.

— Прости, — извиняющееся улыбнулась я.

— Всё в порядке, леди, — Дол робко изогнул кончики губ, — эта давняя история. В юности мой отец, как и положено у эльфов, путешествовал, дорога привела его в Эмеральд. Здесь он познакомился с юной маркизой и добился её благосклонности. Но эльфы не признают браков с другими расами, детей-смесков тоже. Узнав о беременности, папаша живо вернулся в свои леса, а маму спрятали в монастыре, чтобы избежать скандала. Но история всё равно выплыла наружу, пересуды не стихают до сих пор. Меня не приняли эльфы, и дворяне тоже не признали. Прав наследования я лишён, как и титула матери, остаётся только надеяться, что сам смогу заработать на жизнь.

— Но ведь родители могут тебе помочь? — не укладывалось в голове подобное равнодушие к сыну.

— Отец рад бы вообще обо мне забыть, а для мамы я лишь горькое напоминание о разрушенной жизни, об упущенной возможности выйти замуж за благородного. Она отказалась от меня, едва я появился на свет. Лишь мой дед заступился тогда за новорождённого. Вырастил и воспитал в своём замке, потом отдал в обучение к лорду Риону.

— Вот тебе и мир магии, и вы нас называете варварами, сами недалеко ушли. В моём мире люди различаются оттенком кожи, но межрасовых браков очень много, где отец, например европеец, а мать азиатка. И живут прекрасно, а дети-смески замечательные и очень красивые.

— Ну да, а когда-нибудь их начнут жечь, как тех ненастоящих ведьм, — в голосе Риона сквозило едва прикрытое презрение.

— Глупости! — фыркнула я.

— Смешение рас — путь для их вырождения! — герцог был непреклонен.

— То есть и драконы на людях или эльфах не женятся?

— Леди, сие невозможно! Великие кланы никогда не примут человечка. А смесок, скорее всего, будет лишён второй ипостаси.

— Скорее всего? Так это даже неизвестно? — вот тебе и прекрасный новый мир.

— Юных драконов оберегают от опасных связей.

— Говорите прямо, держат под такой круглосуточной охраной, что дракончику и вариантов других не остаётся, — теперь презрение сквозило и в моём голосе. — Про ваш мир мне всё понятно, довезите побыстрее к магам, домой хочу, — не сильно-то я горела желанием жить среди чванливых аристократишек. Прибьют ещё за то, что салфетку не в ту руку взяла или не так поздоровалась с каким-нибудь высокомерным эльфом.

— Придётся недельку-другую подождать. Дорога в Лоделик идёт в окружную, напрямик можно добраться только по горам, — также холодно, в тон моему, ответил герцог.

— Так вы же дракон. Давайте полетим! — вдруг дошло до меня. И как я раньше не предложила?

На этих словах Рион до хруста сжал челюсти, зыркнул на меня, будто я на любимую мозоль ему наступила и замолчал, всем видом показывая, что разговор окончен. Что-то нечисто дело с этим драконом. Вроде должен уметь обращаться в могучего сказочного змия, ан всё в отказ идёт. Ладно, пусть его, возможно, причины есть.

Забрезжил рассвет, первые лучики солнца обнимали своими розовыми ладошками стылую землю. Снежные шапки переливались брильянтами в свете зари. Просыпались птицы, на все лады приветствуя новый день. Между деревьев иногда было видно робких зайцев, шнырявших по кустам. Лошади уже плелись шагом, понуро склонив головы. Меня одолела зевота: это вам не шутки — вот так из мира в мир скакать, да потом ещё на лошади трястись. Хоть бы карету какую найти, эдак я и полдороги не осилю, спина развалится по позвонкам.

Наконец, вдали показались крыши какого-то города. Рион и Дол обсуждали, где лучше остановиться на постой. В итоге предпочтение отдали трактиру, что стоял на въезде в город. Добравшись до заведения, мы прошли наверх, где были комнаты для постояльцев и легли спать. Мне сняли, естественно, отдельную спальню.

Сил на новые впечатления уже не осталось, добравшись до кровати, скинула сапоги и шубку, и как была в платье, рухнула на постель.

Глава 4

Открыв глаза, увидела, что солнце уже достигло своего пика, начав отсчёт второй половины дня.

— Леди, поднимайтесь, пора, — тихонько поскреблись в мою дверь.

— Сейчас выйду! Погодите чуток!

Я думала, что так и будет, но оказалось, что показалось: стоило мне попытаться сесть, как всё тело, каждую мышцу прострелило неприятной острой болью. Всё ныло так, словно меня вчера до города не довезли, а допинали железными сапогами. Кое-как сползла на пол и, кряхтя, едва слышно бормоча не самые красивые слова, натянула-таки обувь. Мамочки мои, ну почему я не надела угги? Эти сапожки