Его вторая семья (СИ) - Юлия Гауф

Ой. Сонь. Ох, — мама потерла виски. Проморгалась и снова посмотрела на меня. — Это Полина такое сказанула?

Помотала головой.

За окном раскинулся больничный парк, на лавочке сидит дворник и опирается на метлу. Врачи идут из одного корпуса в другой, останавливаются поболтать.

Для всех сегодня обычный четверг.

Только у меня жизнь рухнула.

— Я их видела, — повернулась к маме. — Денис встречал Полю в аэропорту с цветами. А их сын, — сглотнула ком в горле и отмахнулась. — Пойдем к Макару. Мам, детей даже зовут на одну букву, Макар и Матвей. Помнишь, Денис говорил? Что если будет сын — давай назовем на букву М.

— Я еще возмущалась, что это породистым щенкам заводчики дают первую букву, — тут же вспомнила мама. — Но Сонь, ты это из-за буквы решила что ли? Что Полина родила от Дениса.

От ее глупого вопроса даже рассмеялась. Вытерла брызнувшие из глаз слезы и, запинаясь, рассказала про худшее в моей жизни утро.

— Так Денис от нее приехал?

— Из их нового дома, — подтвердила и по коридору свернула к кабинету.

— Слушай… — мама замолчала, когда дверь открылась и в проеме вырос мой муж.

Денис даже смутился, так мы обе уставились на него.

— Что у меня, звезда во лбу горит? — пошутил он и махнул рукой внутрь. — Макар спит, надо его в палату перенести. Куда?

Мама пошла договариваться с врачом.

Прислонилась плечом к стене и впилась глазами в мужа. Денис такой, как обычно, никаких мятых рубашек и следов размазанной помады, от него лишь едва уловимо пахнет женскими духами.

Я бы раньше и внимания не обратила, на него вечно вешаются фанатки, просят сфотографироваться, и Денис редко отказывает, я и не против.

Всегда с улыбкой наблюдала за тем, какой эффект производит на женщин мой муж и уверена была — мой.

— Растяжение? — Денис коснулся бинта. — Может, мне тоже остаться?

— Съезди за вещами, — я отодвинулась не подумав, это просто порыв, мне не хочется, чтобы он меня сейчас трогал. — Макару нужно пижаму. И мне что-нибудь переодеться. И игрушки возьми. И…

— Я разберусь, Соня, — муж усмехнулся.

Я не хотела, но улыбнулась.

Денис — он из тех мужчин, которые знают, где лежат «те синие брючки с вышитыми машинками», из какой книжки мы на ночь читаем сказку и какая у Макара любимая игрушка.

Он любит сына.

Почему тогда так поступает с нами?

— Иди ко мне, — муж сделал шаг ко мне, я попятилась. Денис нахмурился. — В чем дело?

— Нам в пятую палату, — прозвучал за спиной ледяной голос мамы, и я с облегчением повернулась.

Мне надо ее мысли услышать, ведь я сама я не знаю, что должна — наброситься на Дениса с кулаками или убежать, проораться где-нибудь в углу, а потом общаться с этим человеком только через адвоката.

Хочется первое — высказать ему всё, сейчас же.

Господи.

На нервах будто кто-то играет как на гитаре, струны тянет, и вот они рвутся, рвутся…

— Палату надо оплатить внизу, у администратора, — сказала мама, когда Денис со спящим сыном на руках вышел в коридор.

— Будет сделано.

— Что Полина? — спросила она одними губами.

Покачала головой.

— Через час тогда вернусь, — муж уложил Макара на кровать и похлопал себя по карманам пальто. — Лидия Алексеевна, вы со мной?

После маминого отказа Денис решительно шагнул на меня и рывком притянул за шею. Поцеловал за ухом и шепнул:

— Не волнуйся. Всё хорошо будет. Очень люблю тебя.

Он отпустил меня, не оглядываясь, вышел из палаты.

Потерла кожу там, где его губы коснулись, поймала мамин взгляд.

— Только не уходи, мам, — попросила по-детски. Так же, как Макар просил меня полчаса назад. На деревянных ногах дошла до постели и прилегла к сыну. — Заберешь у него вещи, когда он приедет? Я его видеть не хочу.

— Доченька, — мама вздохнула и присела в кресло возле кровати. Поворошила карамельки в вазочке на столе. — Если все так, как ты говоришь. Надо это хорошо взвесить. Будешь разбираться с Денисом или уйдешь — подумай сначала. Чтобы не на эмоциях.

— А уйти или разбираться — не скажешь? — шепнула. Лежу. Перебираю мягкие волосы сына. На этой кровати не хватает Дениса, мы часто вот так лежали втроем.

Да очень многое мы делали вместе.

У меня давно все воспоминания из Дениса состоят. Там если вырезать — что останется?

— Что делать — решай сама. Это твоя жизнь, Соня, — мягко сказала мама. Помолчала и добавила. — Мы с папой тебя в любом случае поддержим, ты же наша дочка.

Да.

Глупая и доверчивая.

Приподнялась на локте и нашарила сотовый в кармане пальто.

Залезла в фотографии.

Искать долго пришлось, у меня тут почти все папки забиты снимками сына. Нашими с Денисом. И везде мы счастливы, улыбаемся.

Так же муж сегодня лыбился в аэропорту. До ушей.

Нашла.

Два года назад Полина присылала последнюю фотку Матвея.

И даже здесь уже есть общие черты с Денисом, а я тогда не видела. Теперь же, спустя два года, лишь слепой не заметит, что это его ребенок.

Мама тихонько сидела рядом, пока я память ковыряла, как нарыв.

А потом скрипнула дверь палаты.

Я сунула руку с телефоном под пальто и закрыла глаза.

Слышала, как шуршат пакеты, как мама негромко переговариваются с Денисом.

Он уехал, а через полчаса и мама.

Остались с сыном вдвоем.

«Муж сейчас с моей подругой?» — с этим вопросом я промаялась в больнице до утра, глаз не сомкнув.

И на рассвете приняла решение.

Глава 5

Утром Макару разрешили вернуться домой.

— Пару дней следите за сыном, берегите от излишне подвижных игр и особенно от падений, — посоветовал нам с Денисом врач, и позволил поехать домой.

Я стараюсь быть спокойной, но мне невыносимо больно смотреть как Денис сажает в детское кресло нашего сына. Такое банальное действие — а я в мясо.

Ведь еще вчера в этом кресле ехал другой мальчик. И тоже сын.

Боже мой! Сын Дениса и Полины.

— Ну как ты, боец? Скучал по дому? — весело обратился к Макару Денис.

— Да. Пап, а я решил что доктором стану.

Макар у нас впечатлительный мальчик. Сначала он испугался падения, но ночь в палате он воспринял как приключение.

— Ты же говорил что в бокс пойдешь, как и я. Передумал?

— А я стану и врачом, и боксёром! — заявил ребёнок.

— И ветеринаром, — поддакнул Дэн, вспоминая все планы нашего ребёнка. — И моряком, и скалолазом.

— Стану, вот увидишь, пап!

— Увлекающийся у нас сын, скажи? — обаятельно улыбнулся мне муж.

Я рассеянно кивнула.