Если хочешь, останься - Александра Шервинская

– Спасибо, – просто отозвался Теодор и протянул руку альву, а затем обменялся рукопожатиями со всеми вернувшимися, показывая, что они здесь и сейчас уже не студенты, а соратники. – Думаю, нам есть, о чём поговорить. Приглашаю вас всех на военный совет, который состоится через час в моём кабинете. За это время вы успеете заселиться в свои или любые другие комнаты.

– Предлагаю всем поселиться неподалёку, – сказал Огюст, оглядев товарищей, – места всем хватит.

– А я бы предложил жить всем вместе, – мягко предложил граф, – объясню, почему. Если вдруг что-то случится, вестника проще послать в одно помещение, чем заглядывать во все комнаты подряд. Лорд Холверт, есть тут такое помещение, где мы все могли бы поместиться с относительным хотя бы комфортом?

– Наверное, нет, но это как раз не проблема, – оценил предложение графа Леонарда Теодор и мысленно потянулся к Зайке.

Когда из пушистого облачка вышла уже почти совсем непрозрачная девочка, Огюст пунцово покраснел, но не смотреть на леди Изабель не мог: он словно впитывал в себя её очаровательный облик, радостную улыбку, изящную фигурку. И, конечно же, он не заметил сначала удивлённый, а потом понимающий и сочувствующий взгляд Шелдона-старшего.

– Зайка, скажи, ты можешь переделать комнаты на первом этаже мужского общежития так, чтобы одна стала большой, на несколько человек? – Зайка быстро-быстро закивала, радостно улыбаясь Теодору. – Сделаешь? Человек на…

– Пусть будет десять, – негромко подсказал граф, – я уверен, что будут ещё вернувшиеся.

– На десять, – подтвердил Тео, а девочка внимательно оглядела присутствующих, потом подошла к каждому, пристально всматриваясь в глаза, словно проникая в душу.

Возле Огюста она задержалась и знаком попросила юношу наклониться. Тот вздрогнул, неверяще посмотрел на неё, но послушно присел на корточки: так Изабель была даже немного выше, чем он. Девочка нежно провела рукой по его щеке и ласково улыбнулась, отчего Огюст сначала покраснел, потом побледнел и, казалось, перестал дышать. Зайка на секунду задумалась, а потом сделала то, чего от неё никто не ожидал: она развязала светло-розовую ленту, вплетённую в волосы, вытащила её и повязала на руку Огюсту, как раньше дамы повязывали избраннику свой шарф. После этого она наклонилась к потрясённому юноше и что-то неслышно шепнула ему. Он помолчал, потом взял тонкую ручку и прикоснулся к ней лёгким поцелуем.

– Клянусь, – прошептал он, глядя в глаза Изабель, и она очень серьёзно кивнула ему, принимая клятву.

Остальным досталось меньше внимания, лишь возле графа Зайка задержалась, долго всматривалась в его лицо, а потом строго погрозила пальцем. Словно ребёнку, которому строгий воспитатель напоминает о необходимости вести себя прилично. Это выглядело очень забавно, но никому и в голову не пришло засмеяться. Граф приложил руку к груди и что-то негромко быстро сказал, после чего Зайка задумалась, но потом кивнула, соглашаясь.

Пообщавшись таким образом во всеми, девочка подбежала к Теодору, привычно обняла его и закрыла глаза. Через минуту она засмеялась и, послав всем воздушный поцелуй, исчезла в своём облачке.

– Невероятно! – негромко проговорил граф Шелдон, глядя на то место, где исчезло пушистое облачко, унёсшее удивительную девочку, ставшую Душой замка. – Я никогда не видел таких, как она… Только слышал и читал в старых манускриптах…

– Леди Изабель удивительная, – светло улыбнулся Милиен, – после неё остаётся ощущение, что твою душу омыло хрустальной утренней росой и высушило наполненным ароматом цветов ветром.

Услышав эту изысканную фразу, сундуки одобрительно зашептались, а Второй начал что-то бубнить, видимо, стараясь запомнить красивые обороты, чтобы в нужный момент подсказать Огюсту.

– Да, Зайка чудесная, – перед внутренним взором Тео мелькнул старый замок, такой, каким он увидел его полтора года назад. Сегодня уже и представить было сложно, что когда-то здесь царили запустение и мрачный холод. – Она сделает нам такую комнату, как мы попросили, у неё это просто замечательно получается!

– Но вещи, я думаю, можно перенести уже сейчас и оставить в холле, – Владислав был, как всегда, немногословен и по-хорошему прагматичен, – потом будет ближе нести.

И он первый подхватил свой увесистый рюкзак, в котором что-то сердито звякнуло, и зашагал в сторону мужского корпуса.

Остальные собрались последовать за ним, так как время было, а валяющиеся посреди центральной площадки вещи выглядели неаккуратно, но остановились, увидев увеличивающееся окно очередного портала.

– Ну теперь-то это Морриган? Не верю, что Кайл может остаться в стороне! – воскликнул непосредственный Бенджамин, жизнерадостность которого не могло испортить ничто. Теодор в очередной раз подумал, что из юного Шелдона получится очень необычный некромант: некромант-оптимист. Так сказать, новый вид… эксклюзивный. Но сейчас, в это тревожное время, тепло и радость, которые буквально излучал Бенджи, были как нельзя более кстати.

Окно портала тем временем развернулось, и из него действительно вышел мрачный, как осенняя туча, Кайл Морриган. Все разом замолчали, и над площадкой повисла тревожная, напряжённая тишина.

– Кайл! – воскликнул Бенджи и шагнул навстречу даже не улыбнувшемуся парню. – Что случилось? Что тебя так расстроило? Что-то не так дома?

– Мне нужно сказать вам очень важную и очень неприятную вещь, – сглотнув, проговорил Кайл и поднял на Теодора больные глаза, – и это срочно.

– Идём в мой кабинет, – решительно проговорил Теодор и сделал знак остальным, чтобы шли следом.

– Остаётесь за старших, – повернулся к сундукам Огюст, – если вернётся кто-то ещё, пусть отправляется в главный корпус.

– Можете прибывших направлять сразу в мой кабинет, – присоединился к инструкциям Тео, – не думаю, что среди вернувшихся будут враги.

– Есть! – козырнули лапками сундуки, а Третий добавил:

– Не подведём, шеф!

– Боги, где только набрались-то слов таких, – вздохнул Огюст, привычно пряча улыбку. – Вот меньше надо с Мортимером общаться, он на вас плохо влияет.

– Прекрасно он на нас влияет!

– Да ты что, Огги, он же только добра желает!

– С ним так интересно!

Сундуки с таким жаром бросились на защиту Мортимера, что Огюст махнул рукой и поспешил за Теодором, мысленно обещая самому себе непременно попросить Морти следить за словами, а то скоро его сундуки начнут разговаривать точно так же, как сам бог-практикант. А этого никакая психика может не выдержать. Но это всё уже после того, как они решат насущные проблемы, сейчас своеобразный словарный запас сундуков – это наименьшая из проблем.

В кабинете, куда Огюст вошёл почти сразу за ректором,