Цветок под куполом. Возвращение - Олла Дез

— Нат, твоя и ее жизнь для меня и империи гораздо важнее тринадцати воинов. Ими я готов пожертвовать. Вами нет. — В голосе Ива послышалась злость, а Нат не ответив повернулся ко мне.

— Ана, давай руку. Действуем. — И Нат, улыбнувшись, протянул мне ладонь, куда я незамедлительно вложила свою руку.

Подойдя вплотную к огненному шару, мы сделали большой шаг вперед, переступая границу и отрезая нас от окружающего мира. Оказавшись внутри, мы сразу почувствовали удушающую жару и резкий запах гари. Похоже, времени на спасение людей у нас было не так много. К Нату сразу же подошел тот самый маг, с которым они обменивались жестами и они обнялись.

— Вот уж не думал старый друг, что ты решишься зайти и попрощаться со мной. — Сказал маг, когда они разомкнули объятья.

— Я не просто зашел попрощаться, я собираюсь тебя отсюда вытащить. — Рассмеялся Нат в ответ.

— Вытащить? Серьезно? — От искреннего удивления лицо мага приобрело облегчение.

— Когда это я шутил такими вещами. Кстати, познакомься. Это моя подопечная, высшая жрица света Анаин лан Саумден. Ана, это мой старый друг, магистр темных искусств Юриус лан Совалин.

— Темных вам свершений. Нат, надо выбираться. Не время и не место для знакомства и представления. — Сказала я и закашлялась.

— Светлых вам путей, лана. Высшая жрица? Ну, тогда у нас есть шанс. У всех, Нат? — Ухватил он самую суть.

— Нет. Прости, Юр. Мы можем взять шестерых. Вы трое и еще три стражника. Отбери, пожалуйста? — Грустно и едва слышно произнес Нат.

— Нат. Но я не могу. Как ты себе это представляешь? Я предпочту сам остаться. — Маг был потрясен.

— Стоп. Я тут высшая жрица. И этот вопрос буду решать тоже я. И вы мне подчинитесь, иначе все тут сгорим. Все маги остаются внутри купола. Если вы трое уйдете, ваши щиты рухнут и все кто внутри, погибнут. Поэтому первыми идут стражники. Вставай, давай. — И я потянула одного из них за рукав.

А потом решительно стала тыкать еще шестерых стражников, которые потрясенно смотрели на меня. Нат удивленно глянул на меня, но потом пришел к своим выводам и решительно кивнул.

Мы заставили шестерых стражников встать вплотную друг к дружке, положить руки соседу на плечи и образовать из своих тел тесный клубок. А потом я и Нат стали возводить светлый щит, я со своей стороны клубка тел, он с другой. Я плела и плела вязь, краем глаза видя, как кое-где она стала соприкасаться с вязью Ната, надежно сцепляясь краями. А потом, когда купол накрыл нас, я, переглянувшись с Натом, принялась его подпитывать, с радостью наблюдая, как он засветился мягким ровным светом. Мы снова обменялись взглядами, и Нат громко скомандовал.

— А теперь все вместе, не размыкая рук, делаем шаг из шара. Руки можно будет отпустить только по моей команде, когда мы все покинем его. Итак, двинули.

И мы стали выходить. В лицо ударила волна горячего воздуха, обжигая и не давая вздохнуть. Купол над нашими головами заискрился и покрылся серебряной коркой, но стоял. Внутри стало не хватать воздуха. Я почувствовала себя курицей в духовке и глупо хихикнула. Мои щеки покраснели, и я отчетливо поняла, что будут ожоги. Но загнала подальше дурацкие мысли и сделала последний шаг. И тут же, не дав никому ничего сообразить и задержать меня, только и успев вдохнуть прохладного воздуха и заполнить им все легкие, рванула обратно. Влетев внутрь шара, я развернулась и увидела, как Нат согнулся пополам и судорожно вдыхает прохладный воздух. Как попадали на мостовую выведенные нами стражники, изрядно обожжённые, но главное живые. И как затопила чернота глаза Ива, когда он увидел, что я внутри шара.

— Девочка, ты что же натворила? — Ко мне сзади подошел Юр, друг Ната.

— Меня бы сюда второй раз император не пустил. А сейчас видите он что-то говорит ошарашенному Нату? Наверняка просит его войти и вернуть меня. И Нат это сделает, несмотря на то, что переход ему тяжело дался. Но вы бы не ушли в тот раз с нами. Ваша врожденная благородность и ответственность вам бы этого не позволили. Поэтому я приняла это решение.

— Лана Ана. Вы сумасшедшая? — Вскинув брови, поинтересовался маг.

— Нет. Я могу потом все объяснить. А сейчас давайте вставать в кучу. Нат сейчас придет, не будем терять время. — И я решительно потянула за рукав ближайшего ко мне стражника.

И в самом деле. Нат что-то сказал императору, тот кивнул и светлый маг сделал решительный шаг нам на встречу. Пройдя внутрь шара, он не стал ругаться, а немедленно подхватил мое плетение и продолжил покрывать вязью наш кубок тел. На этот раз было гораздо тяжелее. Нас было больше и купол мы растянули до предела. Жар был нестерпимый, и кожа болезненно пылала, а легкие отказывались принимать раскаленный воздух. Мы буквально вывалились из шара, и я облегченно рухнула на колени, краем глаза заметив, как рядом упал Нат. Собрав последние остатки магии, я просканировала свои повреждения, и поняла, что все не так плохо. Легкие повреждены не сильно и мне хватит сил на их восстановление. И только собралась сделать это, как меня резко за руки подняли с каменных плит мостовой.

— Ана, ты что творишь! Как ты посмела меня ослушаться? Меня, Ната. Ты ослушалась императора и своего покровителя, нас обоих. Что у тебя в голове? Я чуть не сдох, когда тебя там увидел. Только посмей еще раз подобное выкинуть. Я тебя к кровати прикую цепями. Из дворца не выйдешь. — Ив орал и не мог успокоиться.

Я подумала, плохо, что они не взяли Марка. Только он мог сейчас успокоить разбушевавшегося императора. А Ив стремительно сжал меня и, приподняв голову за подбородок властно поцеловал. Поцелуй длился недолго. Моя кожа была чувствительна, местами и волдыри не настраивали на романтический лад, он это понимал. Ив быстро меня отпустил, но видимо даже короткого поцелуя хватило, чтобы успокоить не в меру разошедшегося императора.

Высвободившись из объятий, я коротким заклинанием привела в порядок легкие. С ужасом осмотрела свои руки, покрытые волдырями и все в дырах платье, через эти дыры была видна красная кожа. Так. Сейчас не до этого. Я опустилась на колени рядом с Натом и, просканировав его, поняла, что его легкие пострадали существеннее, но меня и на него хватит. Я положила ему на грудь руки и влила в него остатки резерва, с радостью понимая, что не только вылечила