Перемещение - Лидия Орлова

сторон потянулись руки, как конечности мучеников из преисподнии. Отбиться от них было очень сложно. Пришлось делиться, пока чья-то особо наглая рука не утащила всю пачку с оставшимися хрустящими ароматными тончайшими картофельными дисками.

— Малая, — окрикнул меня один из одноклассников. — А что у тебя найдется хлебнуть?

— Колян купил энергетики, — крикнула я в ответ на весь автобус.

А дальше в замкнутом пространстве автобуса начался хаос. Все парни требовали у Коляна только по одной баночке энергетика, он отвечал, что только одну и купил. Врать он никогда не умел. Зато сразу сдал Алекса, который купил две банки бодрящей газировки. Кто-то требовал делиться, время от времени слух резали довольно эмоциональные словечки ненормативной лексики. И никто из старших не пытался привести наш класс к порядку. Чем может быть увлечен учитель, чтобы не призвать к тишине разбушевавшихся старшеклассников?

— Что ж так жарко-то? — После этой фразы Жанны, я поняла, что и мне очень жарко. Мы с Жанной оглянулись друг на друга и синхронно вытерли испарину со лба. А потом одновременно выглянули в окно автобуса, но сейчас за ним ничего невозможно было рассмотреть из-за непроглядного тумана, буквально облепившего наши окна.

— Водить в слепую едет? — Спросила Жанна.

— Наверняка, он противотуманки включил, — сказал кто-то из парней за нашими спинами.

— Армен профессионал, он и с закрытыми глазами автобус поведет. — Добавил другой уверенный голос.

— Я бы с таким профи ехать не согласилась. — Заметила я.

— А кто тебя спрашивать-то будет. Ведьма скажет — надо, и ты поедешь хоть с шимпанзе вместо водителя. — Недовольно вставил Колян, у которого все-таки умыкнули напитки.

— А, ладно. — Не стала я спорить. И начала стягивать с себя куртку.

Все кругом уже давно были без верхней одежды.

— Армен, что с отоплением? Тут душно! — Повторил вопрос наш староста, который в более вежливой форме уже задавала Людмила Борисовна.

И водитель уже отвечал что-то невразумительное.

А среди пацанов начался спор.

— В автобусах нет отопления.

— Везде есть отопление.

— В автобусе — печь.

— Какая разница, как это греющая штука называется? Главное, отключить ее.

— Отопление и печь ни одно и то же.

— Да какая разница!

Ксения Олеговна, которая всегда требовала идеальную тишину на уроках, и чуть ли не армейскую дисциплину в поездках сейчас никого к порядку не призывала. Очень нетипичное для нее поведение. Если у нее самой не было желания ехать на ферму, могла бы просто отменить эту поездку.

— Арменчик, — повысив голос, почти завизжали одна из девчонок, — здесь как в духовке жарко!

— Ребята, — наконец отвлеклась от телефона Ксения Олеговна. — Сядьте, пожалуйста. Сели все на свои места! Потерпите немного, не растаете.

— Но тут душно. — Продолжили возмущаться девочки уже тише.

Ксения Олеговна обвела салон автобуса недовольным взглядом:

— Наш навигатор сбился, а мы давно должны были доехать до фермы. И самое неприятное, пропала связь, мы не можем до директора дозвониться, — сообщила она.

— Мы же не могли до Америки доехать? А в России в октябре так жарко не бывает. — Оставшись в футболке, сказал Колян.

— И Африка далеко. Кажется. — Добавил с широкой улыбкой Алекс. Он тоже скинул куртку, а, снимая водолазку, растрепал свои короткие волосы, и теперь они торчали во все стороны, как после удара током.

Наш староста выглядел, в отличие от них обоих, сильно встревоженным:

— Смотрите, какой здесь туман. Даже дороги не видно. Как мы, вообще, едем с такой-то видимостью?

В этот момент автобус резко дёрнуло, и он с пронзительным визгом затормозил. Если бы мы не ехали очень медленно, нас бы могло и занести в кювет. Или автобус завалился бы на бок. Можно было радоваться и отсутствию встречных машин на дороге.

Армен экспрессивно и громко заметил, что дорога неровная. И помянул добрым словом дорожников и их почтенных матушек. Людмила Борисовна смутилась и извинилась за него перед нами. А мы сидели загадочно улыбаясь, как будто ничего из услышанного не разобрали и не запомнили для удачного воспроизведения в подходящей компании. Но, в общем-то, мы водителя понимали, сами тихо, но единодушно помянули женщин, которых в Америке называют "жертвами обстоятельств".

Перепугались все, сидевшие в автобусе. Только одноклассники потом начали подшучивать над нами и утверждать, что они-то ничего не боятся. А водитель, крикнув в салон, что быстро разберётся с преградой на дороге, вышел из автобуса.

— А что там за преграда? Не видно?

— Из-за тумана ничего не видно.

— Может, мы в яму попали?

— Из ямы Армен быстро бы выехал. Для него яма не проблема.

— Может, люк на дороге открыт?

Все начали переговариваться, при этом расстегивая пуговицы теплых рубашек или стягивая свитера. А Колян даже ботинки свои снял и аккуратно, под пристальным взглядом всего автобуса, поставил их под одно из сидений. Алекс сразу последовал его примеру.

— Что? — Ответил он на устремленные уже на него взгляды. — У меня ноги вспотели.

Жара, действительно, оказалась не осенняя. А автобус давно стоял, значит, и печка в нём не работала. Армен всё не возвращался, а всем хотелось пить и выбраться из этого раскаляющегося автобуса. У меня были бутылки с газировкой и пачки с соком, но на всех бы их, все равно, не хватило, поэтому я не спешила делиться. И сама пить не могла.

— Ребята, ребята, не знаете как дверь открыть? — Спросила у мальчиков Ксения Олеговна. Она тоже давно скинула пальто и жакет.

— Там наверху сбоку от двери есть аварийная кнопка, — сказал Алекс.

— Не трогайте эту кнопку! — Вскричал Рома. — Тут же бесконечный звон поднимется. Я вот так дверь открою.

И он, самый примерный ученик нашего класса, кандидат на золотую медаль, дотянулся через передние сиденья к панели управления автобуса и нажал там какую-то кнопку. Передняя дверь распахнулась мгновенно. А мальчики ещё и люки подняли и форточки открыли. Сквозняк сделал жару не такой нестерпимой. Но оставаться в автобусе уже никто не хотел. И больше всех на свежий воздух рвалась наша классная. Она сказала, чтобы мы оставили все лишние вещи на своих сиденьях и вышли из душного автобуса. Я, которая сама только что хотела наружу, резко расхотела покидать его.

И Людмила Борисовна попросила нас оставаться в автобусе:

— Мы не знаем, что это за место. Давайте, я пойду и попробую там осмотреться. — Предложила она Ксении Олеговна.

— Нам лучше всем вместе выйти наружу. Правильнее будет нам не расходиться, и всем держаться вместе. — Некоторый из старшеклассников поддержали и классную.

Но организатор школы оказалась убедительнее. Под конец, она настойчиво попросила Ксению Олеговну, остаться пока с классом, и нам повторила, чтобы мы автобус