Царевна ужей - Лоя Дорских

– посмотрев на моё вытянувшееся лицо, дед пустился в объяснения. – Царство Белогора, твоего будущего свёкра, стоит на изломе миров. Поэтому одна его часть находится в вашем мире. Это очень хорошо для тебя – люди плохо реагируют на перемещение между мирами. Проход отнимает много жизненных сил. В царстве Белогора же переход из вашего мира в подземный очень мягкий, если можно так выразиться, так что две недели пролежать без сознания тебе не грозит. Но недомогания возможны. Поэтому обряд решено провести здесь, в горах.

Мне на мгновение показалось, что я ослышалась. А вот Святослав обратил внимание на то, что я побледнела. Пришлось путанно объяснять ему про странную женщину, и не менее странного мальчика.

- Пророки, - назидательно протянул дед, - они обычно говорят путанно, на первый взгляд, но все их предсказания всегда бьют в цель. Просто понимаешь это обычно только тогда, когда нельзя уже ничего изменить. Не думаю, что тебе есть о чём беспокоиться, всё же тебе пророчил ребёнок, а их дар раскрывается с возрастом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Они обитатели подземного мира? – немного успокоившись решила уточнить.

- Нет, вашего, но иногда приходят. Обычно по приглашению. Но иногда пророк появляется в самый неожиданный момент, наговорит Боги ведают что, и исчезает.

Уточнив у меня, всё ли я помню про поведение и главные правила, дед слегка расслабился. Правил было немного. Самое главное – мужчина всегда прав, женщина просто следует за ним. Второе по значимости – я в глаза никогда не видела родную сестру и брата. Понятия не имею, зачем и как Святослав умудрился представить их в подземном мире убрав из родословной нашего папочку – простого смертного, но рушить его легенду мне категорически запрещалось. Коробило, конечно, что со мной он поступил по-другому, но пути назад всё равно нет.

- Пока не забыла, - достав из кармана письмо, написанное сестре, я протянула деду конверт. – Передай Акулине, пожалуйста.

В письме я просила у сестры прощения за всё, что связано с Женей. Не знаю, сможет ли она меня когда-нибудь простить, но от осознания того, что она хотя бы узнает правду, мне становилось легче.

- Ты написала…

- Нет, - перебила я Святослава, прекрасно понимая, что он имеет в виду. – Про брак и подземный мир я не упоминала.

- Хорошо, - конверт он спрятал в карман, - нам пора.

Вложив ладонь в протянутую дедом руку, я на мгновение погрузилась в темноту. А уже буквально в следующую секунду, чуть не согнулась пополам от холода и охватившего меня ужаса.

Мы стояли под пронизывающим ветром на отвесе скалы среди груды камне и валунов, рядом с черным проходом, ведущим куда-то в глубь.

- Тише, тише, - придержав меня за талию на грани слышимости прошептал мне дед, а далее добавил более громко и властно. – Проводить!

Из темноты вышли две девушки в красных закрытых платьях и накидках с меховыми капюшонами, взяли меня под руки и практически потащили в пещеру. Идти сама я была не в состоянии. Тело свело от невыносимого холода. Оставалось только надеяться, что ничего себе не отморожу, и не свалюсь с воспалением лёгких, змеелюдям на радость!

По тёмным каменным коридорам петляли мы недолго. В какой-то момент пол и стены изменились, перестав быть порождением скальной породы. Шли мы уже по мраморной плитке белого цвета с золотыми прожилками. Этим же материалом были покрыты и стены, с добавлением разноцветных камней, поблёскивающих в свете висевших на стенах факелов. Не спорю, идти было приятней, но теплее мне не стало. Температура в отделанных коридорах не отличалась от уличной.

Вскоре на нашем пути начали появляться массивные двери, и у одной из них мои конвоиры остановились. Заведя меня внутрь, девушки сдали меня на руки трём дородным женщинам в платьях медного цвета и покинули помещение. Первым, что я отметила, было тепло.  Здесь было что-то вроде сауны, так как комната была наполнена паром и насыщенным хвойным запахом. По центру помещения находился небольшой бассейн, вокруг которого стояли длинные лавки и пара стоек с многообразными баночками и склянками.

Женщины шустро меня раздели и принялись наводить красоту – мыть, втирать какие-то масла в кожу и промывать волосы сомнительной зелёной жижей. Сопротивлялась произволу я вяло – с замёрзшим и непослушным телом это не так-то и просто! Вслух возмущаться мешали стучащие друг об друга зубы, вырывались из меня лишь непонятные вскрики, на которые никто не обращал внимания. А когда конечности обрели способность двигаться – водные процедуры закончились, и меня облачили в халат, надев на ноги мягкие балетки, провели через незамеченную мной ранее дверь в соседнюю комнату.

Здесь ждали ещё две женщины в таких же длинных полностью закрытых платьях, но чёрного цвета. Впятером они очень быстро натянули на меня нижнее бельё, сорочку и платье холодного золотого цвета, я даже пискнуть не успела, и творили что-то на голове, усадив меня на пуфик. Долго они не провозились, и буквально минут через пять вывели меня в следующую дверь, за которой находилась небольшая гостиная с камином и двумя креслами. В одном сидел Святослав, взмахом руки приказавший моему сопровождению удалиться.

- Ты очень красивая, - сделал мне комплимент дед, внимательно окинув взглядом с головы до ног. – И совсем не похожа на мать.

- В папу пошла, - согласилась с ним, - жаль, сама внешний вид свой оценить не могу.

- Позади тебя зеркало, - поморщившись, подсказал мне царь, переведя взгляд на огонь в камине.

Негативную реакцию царя на упоминание моего папы я решила не замечать и не комментировать. Развернувшись, увидела висящее на стене зеркало. А подойдя к нему немного разочаровалась.

Мои натуральные блондинистые волосы просто заплели в косу и уложили в колосок вокруг головы, закрепив диадемой. Честное слово – сама бы я сделала причёску лучше! Но, тут остаётся просто смириться.

Платье было ужасным само по себе. Полностью закрытое, с воротником стоечкой и рукавами, почти скрывающими костяшки пальцев – излишествами и шармом не обладало.  А если добавить ко всему этому мою и так бледную кожу, которая на фоне блеклого цвета платья казалась ещё прозрачней… И даже глаза, цветом которых я всегда гордилась – насыщенно голубые, сейчас смотрелись как два выцветших пятна на безжизненном лице.

Не такой невестой я себя представляла в своих девичьих мечтах, не такой. Но я и замуж выходить не собиралась, в ближайшие лет пять, чего уж там!

- Нам пора,