Сердце камня (ЛП) - Торн Джессика

Не удержавшись, я поднимаю глаза на него. О, предки, за все эти годы он стал ещё прекраснее. Как такое вообще возможно?

— Ну, твой дракон определённо это понимает. Она только что метила свою территорию?

Или я? Несказанные слова отражаются блеском веселья в его ореховых глазах.

— Она не мой дракон, ваше высочество, — отвечаю я, отступая на шаг, чтобы коротко поклониться. — Она вообще не дракон. Это местные обитатели, древние антейцы. Это их мир. А мы здесь непрошеные гости.

В этот момент приближается Бел и завладевает вниманием брата, обвив руками его шею совершенно неподобающим принцессе образом — наверняка это вызовет настоящий скандал среди чопорных, помешанных на этикете антейских придворных.

А может, и нет. Они уже почти привыкли к Бел.

У межзвёздных СМИ, напротив, сегодня счастливый день — это понятно по одному только растерянному виду Джондара. Он всячески старается относится к Бел с пониманием, но теперь, когда во дворце будет сразу двое Мерринов, у него нет шансов. Делаю мысленную заметку переговорить с Томом, чтобы тот его успокоил. Он единственный, кто сможет. Может даже, придумает какие-нибудь советы, как вести себя с вейрианской знатью. Они совсем не такие, как антейцы. Наши миры очень разные, и люди в них воспитаны совершенно иначе.

— Кел, — обращается ко мне Дария с кратким кивком. — Отлично сработано, — я принимаю неожиданный комплимент кивком. — Они часто так делают?

— Именно это не часто. Но они почти всегда ведут себя, как хотят.

Дария усмехается.

— Ну, к этому-то мы уже привычные, не так ли?

Бел тем временем безостановочно болтает со своим удивлённым и внезапно несколько беспомощным на вид старшим братом, знакомя его с различными придворными. Он хорошо справляется, учитывая, что это же Зендер, и он бы предпочёл отправиться прямиком в бар, если я правильно помню.

И затем, не успеваю я осознать, что происходит, как всё внимание вновь оказывается на мне.

— И ты, конечно, помнишь генерала Кел, — радостно произносит Бел. Коварный маленький монстр. Она даже интонацией выделяет. Подчёркивая. Я теперь генерал. Её генерал.

— Генерал Кел, — он прокатывает слова на языке, словно пробуя на вкус. Ну, может, он теперь и кронпринц, но до генерала дослужиться не успел. Конечно, он мог бы и сам себя назначить генералом хоть сейчас, если бы захотел, но это было бы не совсем то. Да и я скорее антейский генерал, чем вейрианский, а он, вероятно, не считает это за настоящее звание. И… он улыбается мне. Почему он улыбается мне?

О, предки, точно. Формальности. Вежливость. Петра, не молчи.

— Кронпринц Лисендер, — приветствую я, кланяясь. Что бы там ни говорил Джондар, я не собираюсь приседать в реверансе. Выпрямляюсь, стою по стойке смирно и жду. Какой-нибудь подколки или удара ниже пояса — он непременно выдаст что-нибудь, просто чтобы выбить меня из колеи.

— Я так понимаю, вы с Томом возглавляете переформированную армию? — спрашивает он.

— Да, ваше высочество. Вейрианские и антейские ветераны теперь служат вместе.

Он издаёт смешок. Весёлый, но всё же очень короткий.

— Ты не можешь быть ветераном в таком возрасте, Петра.

Внутри меня всё застывает на мгновение. Я старше Бел, но не сильно. Но с учётом того, что мы пережили во время вторжения, мы определённо считаемся ветеранами. Годы тут не причём.

Надо было позволить Ренне съесть его. Бел бы пережила. В конце концов, у неё есть ещё два брата.

Но вместо меня отвечает Бел, непривычно резким для неё тоном:

— Ты будешь удивлён, как молоды некоторые из наших ветеранов, Зендер. Мы потеряли целые поколения. Это была тяжёлая война. Никто не отсиживался дома… или ты забыл? — укоризненный взгляд. — А теперь пойдём. Нужно возвращаться во дворец. Нас ждёт Кон.

Кон не вышел встречать Зендера. Многие бы сочли это за неуважение, но Зендер, кажется, даже не обратил внимания. Кон по уши в делах в последнее время. Если он не наблюдает за ходом строительства, то занимается каким-нибудь новым изобретением, выделяет финансирование ещё одному приюту или вмешивается в археологические раскопки скрытого города.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Так что «ждёт» может быть сильным преувеличением.

***

Когда мы добираемся до дворца, Кона нигде не видно. Мы задерживаемся на широкой, залитой солнцем террасе, ведущей к залу для аудиенций, который когда-то был всего лишь малым залом приёмов. И всё же это здание прекраснее любой вейрианской постройки, и я чувствую небольшой прилив гордости за свой новый дом. Бел пытается скрыть своё раздражение, а Джондар рявкает в коммуникатор, думая, что делает это незаметно. К счастью, к нам присоединяется Том, и уже через пару минут они с Зендером смеются, обмениваясь историями с фронта. Причём делают это громко и по-мужски грубо. И хотя я к такому уже привычная, эта сцена внезапно кажется совершенно неуместной, неправильной, неподобающей в рафинированной атмосфере Антееса. Я больше не часть этого. Почему Том ещё да, а я нет — не могу сказать. Я стою неподвижно, соблюдая все формальности, в стороне от них и наблюдаю за происходящим.

— Генерал? Вам что-нибудь требуется? — Дуайер выскакивает из ниоткуда. Кто бы ни настоял на этой дурацкой затее засадить меня в кабинет, вдобавок ещё додумался приставить ко мне пажа — пятнадцатилетнего сироту, чьи родители погибли на войне; пугающе исполнительного и напоминающего меня саму в его возрасте.

— Нет, Дуйаер. Я просто… наблюдаю.

— Воздушный отряд передал сообщение. Имперский корабль вошёл на орбиту и просит разрешения посадить шаттл.

А теперь я вся во внимании.

— Что за корабль?

Он проверяет планшет в руке, просматривая информацию.

— Это… эм…

— Выкладывай, Дуайер. Что ещё за корабль?

— Галласийский. Из Куоре.

Из Куоре не прилетало к нам ни одного корабля до этого момента. Я точно знаю. Перехватываю взгляд Джондара. Он хмурится и, извинившись перед собеседником, подходит ко мне.

Я сообщаю ему.

— Галласийский? — он смотрит на меня озадаченно. Дуайер прочищает горло.

— Он отклонился от запланированного маршрута, чтобы, по приказу Империи, высадить здесь группу пассажиров. Это так странно. Зачем им?..

— Каких ещё пассажиров? — перебивает Джондар, в голосе звучит настороженность.

Дуайер передаёт ему планшет.

Я ещё никогда не слышала, чтобы Джондар так ругался, как в этот самый момент.

Глава 2

БЕЛ

Ко времени возвращения во дворец я уже готова задушить всех и каждого из них. Ренну — за собственнические замашки, Зендера — за то, что он Зендер, и Петру — за странное поведение. Я не просто недовольна, я в бешенстве. Но, само собой, не подаю виду. И, конечно же, Кона в зале приёмов нет.

С чего бы ему быть там, где его ждут? Он же правитель этого абсурдного, своевольного мира! Поэтому, разумеется, его нет там, где нужно.

Широкими шагами я пересекаю галерею, сжимая руки в кулаки по бокам. Всем встречным хватает одного лишь взгляда, чтобы убраться с моей дороги. И только мой телохранитель Бек следует за мной. Он выдерживает дистанцию, но я всё равно знаю, что он здесь. Не такой уж он незаметный.

Сворачиваю к уцелевшему крылу, где сейчас находится мастерская Кона. Он хотел разместиться поближе к старому кабинету, как если бы там осталось что-то из прошлого. Поднимаюсь по узкой винтовой лестнице.

Я чувствую присутствие Аэрона. Он тоже здесь — если не телом, то духом, — смотрит глазами Кона на его изобретения. Как и со всем Рондетом, я уже общалась с ним мысленно, но Кон ему ближе всех. У них схожие интересы и одинаково пытливый ум.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Дверь закрыта, и ни следа стражников, которые должны стоять снаружи у входа. Значит, он опять позвал их внутрь. Вероятно, в качестве рабочей силы или подопытных кроликов. Я искоса смотрю на Бека, но тот тут же находит точку на стене и разглядывает её с интересом, лишь бы не встречаться со мной глазами.