Как домовой хозяйку отдал замуж (СИ) - Северная Елена

-Влад! Это и твой ребенок! – впервые за столько времени Света повысила голос.

Домовой согласно закивал – правильно! Дитя смастерил и в кусты! Так не пойдет!

-И что? Я его не хотел! Ты сама решила его родить! Сама и крутись! И вообще – эту квартиру мне мама подарила! Ты здесь никто! Что хочу, то и делаю! – он прижал к себе Алису. -Правда, любовь моя?

Девица согласно муркнула и впилась ему в губы. Широко раскрытыми карими глазами света смотрела, как бывшая подруга виснет на её муже. Женщина почувствовала острую боль внизу живота и скрутилась. Домовой растерянно захлопал глазами. Он не знал, что предпринять и только метался из стороны в сторону, подымая легкий ветерок около лица Солнышка.

Владик поморщился:

-Ну только ты способна на ночь глядя рожать начинать! Мне завтра на работу, а тут ты со своим ребенком!

-Там в шкафу сумка, я давно приготовила в роддом, достань! И скорую вызови!

Пока Владик искал сумку скорую вызвала Алиса. Они вдвоем вытолкнули Свету на площадку, выкинули сумку и закрыли за ней дверь.

-Слушай, - опомнилась Алиса, - а её родные нам ничего не сделают?

-А нет у неё никого! – он выпростал из халата полную грудь и со вкусом присосался. – И свою однушку она продала, ещё до свадьбы, чтоб добавить маме и купить эту!     

Домовой с ужасом наблюдал, как эти двое прошли в спальню и как ни в чем не бывало, занялись друг другом. Он мгновенно обратился за помощью к своим сородичам. Только что могли сделать домашние духи? Немного облегчить вес сумки, да обдуть теплым воздухом, чтобы не замерзла, пока ждала на улице скорую помощь. Проводив Солнышко в больницу, Домовой впервые за долгие свои годы заплакал. Он не проронил ни одной слезинки, когда первый раз лишился при пожаре дома и хозяев, мужественно перенес кончину последних хозяевов, а сейчас сидел на почтовых ящиках и ревел белугой.

-Это ж я, дурья башка, свел их! Думал, устыдится Владик, успокоится, дитенка нянчить будет! А что теперича? Куда она пойдет? В зиму? Ой, горе мне, горе! Некудышний я домовой!

-Отставить панику! – по-военному рявкнул старший. Он долго жил в квартире военных и нахватался там таких словечек. -  Мы обязаны помогать нашим хозяевам! Давайте думать!

-Предлагаю пойти ко мне, - предложил малой, - у меня хата свободна. Хозяева за кордон укатили на Новый год. – он жил в пятикомнатной квартире на последнем этаже у бизнесмена.

-Ой-ёй! – заголосил опять Домовой. – И Новый год жа! Бедное моё Солнышко!

-Да прекрати ты так убиваться! – загомонили духи. -Нешто мы всем скопом одну девчонку с дитенком не пристроим? 

Заседали долго. До самого утра. Да так ни к чему и не пришли. Старший, щурясь на зимнее солнце, изрек:

-Всем по домам! Как только у кого какая мысля – сразу ко мне!

На том и разошлись. Домовой просочился в замочную скважину и хмуро уставился на лярву. Та приготовилась защищать свое право жить в этой квартире.

-Да ладно, живи уже, - махнул он лапой, - не до тебя сейчас.

-А че так? – осмелела лярва. -Ить гонял вчерась?

-Нету моего Солнышка, -решил пожаловаться Домовой, - рожает. А куда возвращаться? Эти вон, одно лижутся.

-Не люблю я детских визгов, - передернулась лярва и присела на подоконник рядом.

За окном зимняя ночь укутала темным холодным одеялом город, падали снежинки, исполняя свой завораживающий танец и ложась искрящимся ровным пухом на землю.

-Красиво, -сказал Домовой.

 -Ага, - поддакнула лярва. -А знаешь, -она вдруг оживилась, - я тебе помогу твою хозяйку пристроить!

-Да? – недоверчиво покосился он на энергетическую сущность. -С чего это?

-Дак у меня сестра живет у одного мужика. Хотя не живет, а так, выживает, - она махнула щупальцем. - Вот ты с ней и поменяйся местами. Нам здесь хорошо будет! – она мечтательно закатила глазки-бусинки и опять передернулась, - а детей не люблю. Бр-р-р!

-Я ж не могу сам пойти, - удручился Домовой, - мне с хозяйкой надо.

-Ну так она все одно за вещами придет! С ней и уцепишься! А как того мужика подтолкнуть к твоему Солнышку – это уж наша с сестрой забота! Ты только съезжай отседова.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Немного поразмыслив, Домовой решил, что ничего не теряет и ударил с лярвой по рукам.

Глава 5

Сергей вот уже который год жил один. И вроде все у него было – и квартира роскошная, и дача, и машина дорогущая, и бизнес процветал. И сам он был, как сказали бы раньше, косая сажень в плечах, брюнет с серыми прозрачными глазами, смуглой кожей и легким природным румянцем, одним словом - сухота девичья. А вот в личной жизни не везло. С первой женой разошелся сразу после института – не смогла она принять образа жизни Сергея, работал тот по 20 часов в сутки, надо было раскручивать свое дело. Вторая жена оказалась падка только на деньги, которые к тому времени стали появляться. Её ничего не интересовало, кроме драгоценностей, дорогих курортов и бомонда. Купился Сергей тогда на её кукольное личико и точеную фигурку. А как застал в постели с другом, так и выгнал обоих из своей жизни. Сейчас ему было вполне комфортно жить одному. Вернее, вместе с собакой – большим голубоглазым хаски. Собака требовала внимания, порода живая, любознательная и физически активная. Они подолгу гуляли перед сном в парке – Нильс носился за снежинками, барахтался в снегу и был по-собачьи счастлив. Сегодня они почему-то изменили свой привычный маршрут – Нильс потянул его на детскую площадку во дворе. В это время там уже никого не бывало, вся детвора сопела в кроватях.

 Ах, да! Сегодня 5 января, завтра же Сочельник! Он совсем забыл! А ведь в детстве Сергей очень любил этот праздник. Хотя родители давно приглашали его провести выходные в загородном доме, сейчас он совсем не горел желанием встречаться с родными. Там будут сестра и брат с семьями, опять начнутся расспросы, попытки познакомить с какой-нибудь дочкой хороших знакомых и так далее.

Сергей не заметил, как Нильс убежал далеко вперед и обеспокоенно стал его искать. Каково же было его удивление, когда он нашел своего пса рядом со скамейкой, на которой сидела женщина с ребенком. Рядом стояла небольшая сумка и переноска с шипящим пассажиром.

-Добрый вечер! – он поздоровался и взял собаку за ошейник. – Мой обормот Вас не напугал?

-Добрый вечер! – ответили ему грудным голосом. – Нет, не напугал, у Вас очень воспитанная собака!

Нильс поскуливал и пытался заглянуть в конверт с ребенком. Сергей заметил, что щеки у женщины совсем белые – замерзла что ли?

-Почему так поздно гуляете?

-Так получилось, на улице он спокойнее спит.

Смутилась? Почему отводит глаза?

-Не сидите так долго, холодно. Замерзнете и малыша простудите.

-Да, мы уже скоро пойдем.

Она осторожно встала и взяла одной рукой сумку.

-Давайте, помогу! – предложил Сергей и потянулся рукой к ручке.

Домовой со всей силы толкнул мужчину под локоть и тот, промахнувшись, коснулся не ручки сумки, а руки женщины.

-Да Вы совсем ледяная! – Сергей возмущенно смотрел на неё. -Пойдемте, мы с Нильсом проводим вас до дома.

-Не надо, - женщина отдернула руку, - мы сами.

-Хорошо, - согласился Сергей, - С наступающим Рождеством!   

Женщина кивнула, повесила сумку на плечо, взяла переноску и побрела по аллейке.

Нильс опять заскулил.

-Что? – спросил пса.

Домовой усиленно шептал собаке, чтоб та позаботилась о ребенке. Хаски - добрые животные и Нильс сразу откликнулся на призыв. Он беспокойно крутился и тянул за собой хозяина.

-Успокойся, -Сергей натянул поводок. – Давай проследим за ними, что-то мне не нравиться эта ситуация.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Они дали поздним «гуленам» небольшую фору и пошли следом. Как и думал Сергей – а об этом ему нашептывал Домовой, сидя на плече, - странная женщина завернула за угол дома и опять села на скамейку, теперь уже около подъезда. Она повернулась спиной к ветру, заслоняя собой ребенка и потихоньку стала раскачиваться, баюкая малыша.