Мой (с)нежный барс (СИ) - Ваниль Мила

Шу не подвел. Шади легко взобрался по стене, проскользнул в окно второго этажа и мягко приземлился на пол.

- Не заметили? – шепотом поинтересовался Шу.

- Скоро узнаем, - повел плечом Шади.

И уставился на Алану, спящую на кровати.

Тусклый свет от ночника позволял рассмотреть и девичью грудь с острым соском, и круглую ягодицу, и точеные гладкие ножки с маленькой аккуратной ступней. Алана лежала на боку, откинув одеяло, а подол ее ночной сороки задрался, и бретелька сползла с плеча.

- Она… - Шади ткнул пальцем, показывая на девушку.

- Не проснется, - заверил его Шу. – Я ей снотворное вколол. Идеальный вариант, родственники уже проверили ее комнату, и она заперлась изнутри.

- А-а-а…

- А мы будем ждать. Хочешь, поспи, я успел отдохнуть.

- Ты не видел, где тут сейф?

- Нет, дорогой, - хохотнул Шу. – Сейф придется искать.

Искать и вскрывать. И если никаких чертежей нет, а это ловушка…

Ладно, всего предусмотреть нельзя, а пока, действительно, лучше поспать. Шади скинул одежду, привычно связал ее узелком, чтобы удобно было схватить зубами и драпать, если придется, и перекинулся.

И уже белоснежным барсом растянулся на полу так, чтобы не видеть кровать и Алану.

Девушка его волновала. Понять бы, отчего. Человеческие самки забавны – гладенькие, мягкие. Шади мог бы заняться с ней сексом, удовольствие получили бы оба. И никакой заботы о защите, девушка не понесет котят. Но это экзотика, так… на один раз. По-настоящему привлекают только самки его рода. И это правильно.

Он выполнит это рмырзово задание и вернется домой богатым мужчиной, выгодным женихом. Найдет свою самку, и она не посмеет ему отказать. Где-то в груди больно кольнуло воспоминание о Лие. Шади рыкнул и стукнул хвостом. Нашел кого вспоминать!

- Ты чего? – спросил Шу.

- Ничего, - огрызнулся Шади.

И встал, подошел к кровати. Понюхал Алану. Она смыла противные духи, но ее естественный запах перебивал аромат мыла – нежный, даже приятный.

Шу смотрел на него с прищуром, и Шади немного смутился. Вроде бы давно уже не котенок, а ведет себя, как идиот, да еще и на задании. Он отошел и снова лег, отвернулся, закрыл глаза. Хвост мелко дрожал.

На рассвете, когда поисковую сетку сняли, Шу выпустил Шади, и тот убежал в парк. Или в лес? Резиденция занимала огромную территорию, тут и озеро было, и луга, и лес, и сад. В лесу водилась живность – не настоящая, биороботы, - и Шади спрятался среди них до следующей ночи.

Узелок с одеждой и кое-какое снаряжение закопал – так надежнее. И засел на крепком дереве в ипостаси барса, на всякий случай. А день, как назло, выдался жарким. К обеду парило так, что и в тени все плавилось. И ни малейшего дуновения ветерка – листья на деревьях застыли, как будто стали искусственными.

Шади не хотелось получить тепловой удар, но все к этому шло. Даже с его выносливостью, терпеть дальше глупо. В конце концов, люди не гуляют по такой погоде, и если он пройдется до озера и обратно, ничего страшного не произойдет.

Он выглянул из леса и принюхался. В воздухе разлился аромат луговых трав, водорослей и… мыла Аланы. Шади даже привстал на задние лапы, но девушку не увидел. Может, просто вещи у озера оставила? Он припал на брюхо и пополз, прячась в высокой траве, на запах.

Алана спала на животе, положив голову на руки. Абсолютно нагая и беззащитная под лучами палящего солнца. Шади забыл, куда и зачем шел, и плюхнулся на зад, обернувшись хвостом. Красивая спина, аппетитная попа, едва заметная щелочка между ног, которую так и хочется лизнуть языком.

Шади потряс головой. Кажется, у него просто давно не было самки. А эту девицу надо будить, иначе ее даже смуглая кожа не спасет от ожога. Возможно, она спит из-за ночного укола Шу. Какую дозу снотворного он ей вкачал? Хотелось лизнуть Алану за ушком и потереться мордой о плечо.

Шади дернул хвостом и зашел в озеро. От прохладной воды полегчало, но купаться он будет потом. Он встал рядом с девушкой и отряхнулся, окатив ее брызгами.

Алана вздрогнула и резко перевернулась на спину. И заорала так, что Шади прижал уши. Но кричала она вовсе не от испуга, а от боли. Все же сожгла кожу на спине и на… попе. И в этом есть и его вина.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Ой-ой...

Алана пыталась дотронуться до кожи, тут же отдергивала руку, скулила, как маленький котенок и… плакала. Шади она не замечала. Может, потому что он сидел против солнца? Самое время уползти в густую высокую траву.

Вместо этого Шади подошел поближе и заурчал, как ему казалось, успокаивающе.

4. Солнечный удар

Выспаться Алане не дали. Тетушка Хлоя придерживалась строгого расписания и считала, что лишние минуты в постели вредят здоровью. А спать хотелось сильно, как будто ночью она не сомкнула глаз. Крепкий кофе помог ненадолго, но, к счастью, после завтрака дядя, как обычно отправился на работу, а тетушка, позабыв о простуде, объявила, что идет в гости к подруге.

- Никого не нашли? – поинтересовалась Алана. – Что с защитным куполом?

- Никого, все в порядке, - безмятежно ответила тетушка. – Специалисты проверили программу, на всякий случай сменили пароли и кодовые ключи. Обедать мы с Рэмом будем в городе. Будь добра, запусти уборщиков.

Алане нравилось оставаться одной в доме: она могла делать, что угодно, никто не стоял у нее над душой и не придумывал нелепые поручения. Это случалось редко, и при желании она не могла покинуть резиденцию – ее запирали в «клетке», - но Алана не обращала внимания на мелочи. А сегодня с ней остался Шу, и жизнь казалась чуточку веселее.

Едва тетушка покинула дом, Алана активировала роботов-уборщиков и собралась идти на озеро. Жаркий день, она одна, и можно купаться голышом. А Шу куда-то исчез, видимо, решил осмотреть территорию. Алана не стала его искать, общительный чертенок навряд ли одичает. Вернется, как проголодается.

Солнце припекало, вода в озере стала похожа на парное молоко. Алана наплавалась всласть, а потом прилегла, расстелив полотенце, всего на пять минут, позагорать на солнышке.

И уснула.

Глупо спать на солнце в самое жаркое время суток! Это она поняла, едва подскочила от ледяных капель, брызнувших на спину. Как больно! Кожу жгло огнем, дотронуться невозможно. И голова раскалывалась, а в глазах все плыло и двоилось.

Алана не сразу заметила барса, который сидел рядом. Видимо, это он и окатил ее водой, отряхнувшись. Она услышала рычание и только после этого увидела зверя. Пришлось напомнить себе, что и хищники на территории резиденции – биороботы, и не могут причинить вред человеку. Она не знала, что дядя завел новую «игрушку», но не предупредить – это вполне в его стиле.

Боль оглушала, но Алана отметила, что барс красив: неестественно большой, белоснежный с пятнышками, длинный хвост елозит по траве, аккуратные ушки прижаты к голове, и глаза – голубые, как небо, - внимательно за ней следят.

- Чего тебе? – пробормотала она, всхлипывая, как будто тот мог понять. – Иди, гуляй.

Надо одеться и вернуться в дом, пока не стало хуже. В доме хотя бы прохладно. Морщась от боли, Алана встала, кинула в сумку полотенце и нижнее белье, надела сарафан. Он был свободным, но прикосновения ткани к обожженной коже добавили мучений.

Барс не ушел. Так и сидел, уставившись, наблюдал. Ждет, когда освободится место у озера? Или… у нее галлюцинации…

Пройдя несколько шагов по тропинке, Алана упала на колени, и ее вырвало. Несмотря на жару, стало холодно, и от озноба застучали зубы. Так она и до дома не доберется, а дядя и тетя вернутся только вечером. И чертов телефон она оставила в комнате. Зачем он ей на озере, если никто не позвонит?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Она умрет от собственной глупости. Тетушка никогда ей этого не простит.

В плечо ткнулась морда. Барс словно пытался просунуть голову под руку. Рыкнул и лег рядом.

Робот, запрограммированный помогать людям? Барс предлагает взобраться к нему на спину? Она у него широкая, и лапы мощные, а Алана худенькая и невысокая. Может, попробовать? Хуже все равно не будет.